Великий Гэтсби. Главные романы эпохи джаза: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Всего лишь ловкий фокус, – мягко ответил Дик. Это было третье из тех мнений Бэйби, с которыми он никак уж не мог согласиться.

– И, конечно, мне нравится, когда соблюдают формальности – я люблю, чтобы все шло как положено, все и всегда. Я знаю, вам такая любовь, наверное, не по вкусу, но согласитесь – она свидетельствует об основательности моей натуры.

На это Дик и возразить не потрудился.

– Разумеется, я знаю, что обо мне говорят: Бэйби Уоррен рыщет по Европе, охотясь за новинками, и упускает лучшее, что есть в жизни, но, по-моему, все обстоит иначе, и я – одна из немногих, кто стремится найти действительно самое лучшее. Я знакома с большинством известных людей нашего времени. – Металлическое бренчание струн – гитарист заиграл что-то новое – попыталось заглушить ее голос, но Бэйби не уступила. – А больших ошибок я сделала лишь очень немного…

– …зато очень больших, Бэйби.

Она уловила в его глазах отсвет лукавства и заговорила о другом. Казалось, найти общую для них почву было невозможно. Впрочем, чем-то она понравилась Дику, и, провожая ее, надумавшую вернуться в «Эксцельсиор», он осыпал Бэйби комплиментами, от которых у нее заблестели глаза.

На следующий день Розмари настояла на том, чтобы угостить Дика ленчем. Они зашли в маленькую trattoria, где заправлял итальянец, проведший немалое время в Америке, угостились яичницей с ветчиной, вафлями. Потом отправились в отель. Сделанное Диком открытие – он не любит ее, а она его – скорее усилило, чем ослабило страсть, которую он питал к Розмари. Теперь он знал, что занять в ее жизни еще большее место не сможет, и оттого она стала чужой для него женщиной. Дик полагал, что многие мужчины, говоря о своей любви, именно это и подразумевают, а вовсе не отчаянный нырок души в неведомые глубины, где все краски сливаются в одну, неопределимую, – такой была когда-то его любовь к Николь. Некоторые мысли о ней – о том, что она может умереть, потонуть в мраке рассудка, полюбить другого, – доставляли ему физическую боль.

В гостиной Розмари сидел Никотера, эти двое поболтали немного о своих профессиональных делах. А после того, как Розмари намекнула ему, что пора уходить, он рассыпался в юмористических протестах, но все же удалился, нахально подмигнув на прощание Дику. Заверещал, как всегда, телефон, разговор отнял у Розмари десять минут, в которые нетерпение Дика все возрастало.

– Пойдем ко мне, – предложил он. Розмари согласилась.

Он сидел на большом диване, она лежала у него на коленях, пальцы его перебирали прелестные пряди ее волос.

– Ты позволишь мне снова полюбопытствовать? – спросил он.

– О чем ты хочешь узнать?

– О мужчинах. Я любознателен, чтобы не сказать – одержим нездоровым интересом.

– Ты хочешь услышать о времени, прошедшем после нашего расставания?

– Или до него.

– О нет!

Это ее возмутило.

– До тебя никого не было. Ты первый, кто стал мне небезразличным. Да так и остался единственным. – Она задумалась. – По-моему, прошло около года.

– Кем он был?

– Ну, кем – мужчиной.

Такая уклончивость была Дику на руку.

– Готов поспорить, я сам могу рассказать тебе, как все было: первый роман оказался неудачным, и после него долгое время ничего не происходило. Второй сложился получше, но ты с самого начала мужчину этого не любила. Третий был неплох…

Он продолжал, растравляя себя:

– Потом состоялся роман совсем уж настоящий, однако и он развалился под собственной тяжестью. К тому времени ты стала бояться, что тебе нечего будет дать тому, кого ты наконец полюбишь. – Дик чувствовал, как в нем поднимает голову самый настоящий викторианец. – Затем последовало с полдюжины эпизодических интрижек, так оно до нынешнего времени и шло. Похоже?

Розмари усмехнулась, позабавленная, хоть в глазах ее и стояли слезы, и к большому облегчению Дика сказала:

– Это настолько далеко от правды, что дальше и некуда. Но рано или поздно я встречу кого-то и полюблю, и буду любить, и никогда от себя не отпущу.

Теперь зазвонил его телефон, – Дик узнал голос Никотера, просивший позвать Розмари. Он накрыл трубку ладонью.

– Ты хочешь говорить с ним?

Она подошла к аппарату, затараторила что-то на быстром итальянском, которого Дик не понимал.

– Эти телефоны берут много времени, – сказал он. – Уже четыре с лишком, а у меня на пять назначена встреча. Тебе лучше пойти поиграть с синьором Никотера.