Школа смелых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пятеро комсомольцев сошлись в ореховом лесу за усадьбой.

Первым к ее ограде подошел Ангел. Усадьба состояла из большого белого дома и нескольких более мелких пристроек — конюшни, коровника, птичника. Каменная ограда высотой в человеческий рост окружала ее. Местами она была опутана колючей проволокой, натянутой на колья, а местами покрыта обыкновенным, уже обломанным терновником. Ангел подошел к воротам. Раздался свирепый лай, послышался звон цепи, и пес заметался, шурша листвой, застилавшей двор. Потом что-то шлепнулось на землю: это Ангел бросил ломоть хлеба с куском мяса. Собака тявкнула, схватила приманку и довольно заурчала. Ангел тихо, ласково сказал ей что-то и бросил за ограду еще кусок. Собака умолкла. Просторный одноэтажный белый дом в форме буквы «П», в котором жил хаджи Радков, стоял далеко от ворот, в глубине участка. Все четверо осторожно один за другим перелезли через ограду. Оружие находилось в большой гостиной, в левом крыле дома. Страхил указал окно; Сокол, став на цыпочки, заглянул в темную комнату. При слабом свете звезд на стене чуть обозначались длинные тени ружей и револьверов. Металлические части поблескивали.

— Здесь!

Старая деревянная оконная рама была заперта на крючок. Сокол нажал на нее ладонью; она подалась, но все же не сразу открылась, хотя от долгого употребления крючок расшатался. Тогда Сокол, просунув нож, приподнял раму снизу и опять нажал на нее ладонью. Створки, тихо поскрипывая, открылись внутрь. Сокол схватил за плечо Живко, который стоял тут же, позади. Это означало: тихо, не шевелись!

Они прислушались. Глубокая тишина царила во всем доме. Только у ворот глухо ворчала собака, но это было далеко, и Ангел, видимо, продолжал подбрасывать ей лакомые куски. На низкой веранде белел подвешенный к перекладине луженый медный котел. С висевшего над ним мешка что-то капало. Отчетливо слышался равномерный звук падающих капель: тук, тук… Должно быть, сцеживалась сыворотка с брынзы. Справа во дворе желтела похожая на башлык копна сена, подпертая со всех сторон жердями. Сокол подозвал к окну Живко, и они оба влезли в комнату. Калин со Страхилом остались во дворе.

Сокол подошел на цыпочках к двери, за которой, по словам Ангела, находились боевые винтовки.

— Держи! — скоро послышался его замирающий от радости голос, и он сунул в руки Живко винтовки.

— Принимайте! — передал их тот Калину и Страхилу.

Калин взялся дрожащей рукой за холодную сталь. Вот револьверы, вот охотничьи ружья. Через окно он видел, как на освещенной стене двигалась тень Сокола: тот осторожно снимал со стены одно за другим повешенные крест-накрест ружья. А Калин крепко прижимал их к своей груди, словно обнимая. Когда на стене ничего не осталось, Сокол принялся было шарить в комнате. Но тут собака зарычала громче, потом разразилась лаем, и где-то на другом конце дома хлопнула дверь.

— Услыхали! — испуганно прошептал Калин.

— Скорей, бате! — крикнул Живко и выпрыгнул в окно.

Где-то в передней части дома женский голос громко произнес:

— Кто там? Это ты приехал, Маринчо?

Вслед за Живко вылез в окно и Сокол, ругаясь себе под нос.

Калин побежал с оружием к ограде. Живко и Сокол догнали его, взяли у него из рук несколько ружей и револьверов. Он понял, что они помогли и Страхилу. Запихивая револьверы в карманы, Сокол командовал:

— В ивняк, в ивняк скорей подавайтесь! Ах ты черт!

Калин не понял, почему Сокол ругается: он решил, что им угрожает опасность, и поспешил к ивняку. Прибежал туда первый. Потом один за другим подбежали Живко и Страхил. Последним явился Сокол. Там они, как было условлено, дождались Ангела.

— Женщины проснулись! — сообщил он. — Всё захватить успели?

Пятеро друзей пошли по берегу реки в дубовый лес, начинающийся за селом, где находился овечий загон одного из членов местной партийной организации. Там они решили спрятать оружие. Через час, промочив ноги во время ходьбы по топкому речному берегу, запыхавшиеся, возбужденные, но счастливые, они собрались в загоне.

— Эх, жаль, патроны не успел разыскать! — сообщил наконец Сокол.

Тут Калин понял, почему он тогда выругался.

— А боевые все с патронами! Красота! — обрадовался Калин, проверив боевые винтовки.

Завернув оружие в рогожу и солому, они засунули его пока под балки овечьего загона. После этого Калин и Живко пошли к себе домой, а остальные — на черепичную фабрику.

Сторож на фабрике еще спал. Не успел Сокол и его товарищи, подбросив топлива в печи, снова приняться за работу, как издали, с другого конца села, от усадьбы хаджи Радкова донеслись женские голоса. В ночной тишине было ясно слышно каждое слово:

— Нас ограбили! Помогите! Ограбили!

— Ну-ну, мы ведь не очень: денежки ваши целы! — смеялся Сокол, весело похлопывая товарищей по плечу.

Утром они не разговаривали между собой, сторонились друг друга. Думанов появился поздно, мрачный как туча. Во дворе к нему подошел один из старых рабочих:

— У меня ребенок заболел, бай Антон. Ты мне помочь обещал, да и жалованья прибавить.

— Жалованья прибавить? — вскипел Думанов. — Жалованья? Кончено! Чтоб я когда-нибудь еще прибавку дал? Вам, разбойникам, которые на наше добро зарятся? Ночью хаджи Радкова ограбили! По-твоему, это чьих рук дело? Таких вот, как вы!