Школа смелых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Второй агент вскочил на ноги. Резкий звук выстрела прорезал воздух: агент выстрелил в беглеца. Но Сокол, укрывшись за придорожным камнем, стал отстреливаться. Агенты с криками отступили в контору.

— Дал им жару! — радостно зашептали встревоженные перестрелкой рабочие, прекратив работу.

Страхил убежал в лес через ограду позади фабрики. Ангел, взбудораженный стрельбой, видя, что происходит, решил, что ему здесь тоже нельзя оставаться, и кинулся вслед за товарищами.

Это было 12 сентября 1923 года.

Глава седьмая.

В лесу

В то утро Живко, находясь в Берковице, разводил огонь в слесарной мастерской хозяина, у которого работал подмастерьем за стол и квартиру. Он раскалил докрасна ручку котелка и начал ее припаивать. Ему хотелось поскорей окончить работу, чтобы успеть попасть в гимназию. Накаляя котелок второй раз, чтобы выровнять место спайки, он рассеянно посмотрел в дверь на улицу. И сейчас же выпустил из рук веревку мехов. Подошел, крадучись, к двери. Из портняжной мастерской напротив двое жандармов и агент в штатском вывели портного и куда-то его повели. Что он такое сделал? Почему его арестовали?

Живко вышел на улицу и смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду. Жандармы и агент не ругали портного, не толкали его, как обычно поступали с арестованными во время выборов. Всего за несколько минут перед тем Живко через открытую дверь видел, как портной, склонив голову со свисающими на глаза светлыми прядями волос, наметывал чей-то пиджак. А сейчас он покорно шел между жандармами и только рыскал глазами по сторонам, словно прикидывая, как бы удрать. Его повели к околийскому полицейскому управлению.

«Надо сообщить об этом кому-нибудь из наших», — решил Живко и, скинув прокопченный, засаленный до блеска, жесткий, как клеенка, фартук, побежал в клуб. Но, увидев еще издали, что перед клубом стоит часовой, остановился. Дверь клуба была опечатана. «Гм! Тут что-то неладно», — подумал Живко.

Он вспомнил, что не запер мастерскую, и поспешил обратно. У двери ему встретился сам хозяин, пожилой человек, знакомый Сокола, сочувствовавший коммунистической партии. Войдя в мастерскую, хозяин надел свой клеенчатый фартук и покачал головой.

— Что случилось, бай Мирон?

— Плохо дело. Ночью арестовали много наших. Клуб опечатан.

Живко слушал, и страх охватывал его все сильней. То, о чем давно шла речь — что Черный блок, военнофашистская власть, после «земледельцев» обрушится также на коммунистов, — совершалось воочию.

«Но наши ведь не „земледельцы“, не дадутся!» — подумал Живко. В глазах его загорелась отвага, он нахлобучил кепку.

— Я пойду пройдусь, бай Мирон.

— Куда? — встревожился хозяин.

— Просто так… Разузнать. Я уже запаял котелок.

И, не слушая наставлений слесаря о том, чтобы поберечься, он выпорхнул на улицу и побежал к Калину. Калин жил на старой квартире, вместе со своим младшим братом Андреем, который учился теперь уже в пятом классе.

Братья приехали только накануне и еще не устроились как следует. В дверь были видны неразвязанные мешки с вещами. Андрей только что вымылся и, намочив волосы, аккуратно расчесывал их на пробор; они блеетели. Ему хотелось поскорей побежать на улицу к товарищам.

Нетерпеливый и непоседливый, он рвался на волю, но Калин, выкладывавший книги из сундучка на стол, строго остановил его:

— Без меня никуда ни шагу. Помнишь, что сказал отец? А то отлуплю!

— А ты иди умывайся. Чего копаешься?

— Слышали? — спросил Живко еще с порога.

— Что?

— Черный блок теперь на наших накинулся. Хватают кого ни попало. Сейчас портного арестовали. Кажется, это…

Калин слегка побледнел и перестал возиться с книгами.

— Кто тебе сказал?

— Все говорят. А дядю Камена на моих глазах увели.

— Неужели и в Бистрице?

— Наверно, там…

— До сёл, может, еще не дошло… — промолвил Калин.