Танец на волчьем берегу (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Почему-то слушать собственную историю в чужом исполнении было весьма нелицеприятно. Особенно — в таком эмоциональном исполнении, в котором ее подал Стайлз.

Тихо звякнули льдинки о граненую поверхность бокала, и я покосилась направо, где на чудом сохранившемся целым мягком кресле устроился Питер Хейл, тот самый харизматичный мужчина с плотоядной улыбкой и пристрастием к терпкому алкоголю. Рассказ моего друга он выслушал с поистине хладнокровным спокойствием, лишь иногда вопросительно вздергивая бровь и время от времени мечтательно закатывая глаза. Мне почему-то казалось, что особого интереса история у него не вызывает, и слушает он нас только из-за хорошего воспитания.

Хотя та самая усмешка до сих пор холодила кровь, стоило только вскользь взглянуть на мужчину.

Неподалеку от родственника, дяди, если я все правильно поняла из сбивчивого объяснения Стайлза, у разбитого окна расположился Дерек. Высокая мрачная фигура по-прежнему не внушала никакого доверия, пробивающийся из тонкой трещины в разбитом окне солнечный свет путался в темных жестких прядях, а тяжелый взгляд серо-зеленых глаз буквально гипнотизировал, от чего я сидела, словно на иголках все это время. Зубы нервно покусывали припухшую губу, метание Стайлза нервировало, и отчаянное желание оказаться отсюда как можно дальше жгло грудную клетку.

Беспокойная волчица в груди ворчала и драла когтями легкие, заставляя буквально задыхаться.

— Конец, — подвел итог своему монологу Стилински, вновь привлекая всеобщее внимание к себе. Оглянулся на меня, подбадривающе улыбнулся, а после обратил свое внимание на Дерека, который признаков жизни до сих пор не подавал. — Ты сам прекрасно понимаешь, что альфа свою бету просто так не отпустит, тем более, если у него на нее такие обширные… планы.

— Да разве это вообще возможно? — младший Хейл, кажется, нахмурился еще больше, переведя свой взгляд на меня. Я поежилась, тут же уставившись на собственные ботинки и пытаясь не замечать нервной дрожи, прокатившейся по всему телу. — Как можно силой установить связь с парой, не являющейся твоей истинной? Это же просто абсурдно!

— Не будь так категоричен, — лениво произнес Питер, отвлекшись, наконец, от своего бокала, в котором как раз в этот момент закончился виски. С сожалением отставил его в сторону, потянувшись всем телом, а после забросил ногу на ногу, немигающе уставившись на меня, словно пытался заставить сознаться во всех грехах. — Лично я слышал, как минимум, о двух таких случаях. В 1831 некий Армонд Браун в Мичигане решил побороться за территорию и устроил на севере штата настоящую резню, в которой полегло много оборотней. Так вот, он тогда похитил дочку другого альфы, решил его унизить, чтобы доказать свое превосходство. Держал девчонку при себе, как цепную собаку, уж прости, лапуля, — мужчина примиряюще поднял руки, заметив, как я невольно поежилась после его слов. — У той на почве страха и постоянного давления крыша поехала, бедняжка совсем тронулась, а потом, как побочный эффект, среагировала на Брауна ее татуировка. Я почему-то даже не хочу представлять лицо папочки-альфы, когда он смекнул, что противник за счет его любимой дочурки еще и в полную силу вошел, — в голосе Питера скользнула нескрываемая жесткая насмешка, от которой передернуло не только меня.

Я почувствовала, как планка моего настроения опустилась еще ниже после услышанного. Было безумно жаль неизвестную мне девушку, над которой так поизмывался сущий псих, было безумно жаль ее отца, узнавшего о том, что сделали с его ребенком, и я, чувствуя себя невероятной эгоисткой, почему-то на мгновение испытала облегчение, — мне еще невероятно повезло, что удалось сбежать. Повторять судьбу несчастной девушки отчаянно не хотелось.

— А второй случай? — необыкновенно заинтересовался новой информацией Стайлз, сложив руки на груди и задумчиво почесав подбородок. Его происходящее, кажется, вовсе не смущало, в отличие от меня.

— Похожая ситуация была, — кивнул старший Хейл, чуть нахмурившись и пытаясь припомнить детали. — Парень явно был психом, кажется, его даже пытались обвинить в нескольких изнасилованиях с последующим убийством, только в полиции ничего доказать не смогли, сказали, что девушек зверь разорвал. Выжить повезло только одной жертве, после изнасилования она тоже совсем плохая стала, и результат такой же — татуировка вдруг признала насильника истинной парой.

— То есть, это что-то вроде стокгольмского синдрома для сверхъестественных существ? — уточнил Скотт, сжав мое плечо еще сильнее. Я шумно вздохнула, чувствуя, как в горле вновь формируется горький комок, а когда Питер неопределенно дернул подбородком в ответ на вопрос МакКолла, и вовсе помрачнела, чувствуя себя хуже некуда.

Замечательно, только подобной возможности для полного счастья мне не хватало.

— Думаю, все зависит от самого носителя татуировки, — Хейл поднялся на ноги, медленно приблизившись ко мне, а после неспешно обошел меня по кругу, сверля внимательным взглядом. По-прежнему не решаясь подавать голоса, я настороженно следила за его перемещениями, вертя головой и чувствуя, как недовольно рычит в груди волчица. Близкое присутствие мужчины, которому верить я не торопилась, меня изрядно удручало.

Скользнув взглядом по сложенным на груди рукам, я заметила на его предплечье светлую татуировку, резко выделяющуюся на смуглой коже. Словно сизый дым оплел руку, формируя тонкую женскую фигуру, и дым этот казался живым, клубился серыми потоками, то приглушенно темнея, то ярко вспыхивая. Зрелище было воистину завораживающим, и я даже не сразу сообразила, что пропустила какой-то важный вопрос.

Мужская рука требовательно хлопнула меня по плечу, заставив вздрогнуть.

— Прости? — хлопнула я ресницами, уставившись в глаза нависшего надо мной Питера. Его лицо внезапно возникло прямо напротив, и я невольно попыталась отодвинуться, спасая личное пространство. — Я не слышала, что ты спросил.

— Я поинтересовался, повезло ли тебе удержать свою метку под контролем, — терпеливо повторил мужчина, чуть склонив голову набок. — Потому что если истинная сбежала от своего альфы… Ситуация резко ухудшится.

— Нет-нет, все в порядке, — поспешно покачала я головой, чувствуя, как от подобных перспектив меня передернуло. Поджала губы, чуть нахмурившись, а после нервно улыбнулась, облизав губы. — Ему не удалось подчинить волка.

— Что не может не радовать, — опять поддакнул Стайлз, уставившись на меня немигающим змеиным взглядом. Я неопределенно пожала плечами, а после уже который раз за последние несколько минут потерла надежно скрытую под плотной тканью татуировку, которая буквально жгла кожу, чего никогда раньше не случалось.

Взгляд, старательно избегающий стоящего рядом Питера, рефлекторно скользнул к Дереку, и я опять едва подавила шумный вздох, чувствуя, как неприятно запершило в горле. Мужчина, являющий собой все ту же идеальную статую Микеланджело, соблазнительную в своей мрачности, по-прежнему молчал, предпочитая не участвовать в разговоре, однако внимательно ловил каждое слово, наблюдал за малейшим изменением эмоций на моем лице, изучал и будто бы сканировал, а я…

Я почему-то никак не могла посмотреть своему истинному в глаза.

В том, что мой волк признал Хейла, не было никаких сомнений, в конце концов, на той поляне было только трое мужчин, на которых могла отреагировать татуировка. Питер, судя по всему, свою истинную уже нашел, глаза Джексона, с которым я успела подраться, были лазурно-голубыми, но никак не алыми, а Дерек… Дерек меня просто пугал.

Он был сильным, уверенным в себе мужчиной, альфой, в конце концов, и волчице в груди до безумия хотелось подчиниться ему, чего никогда не случалось рядом с тем, кто превратил меня в оборотня. Инстинкты выли, нервы были натянуты подобно струнам, и мне казалось, будто сердце стучит невообразимо громко, будто отбойный молоток. От осознания этого скулы исправно горели ярким румянцем, а пальцы нервно мяли полы рубашки в тщетной попытке взять себя в руки. Меня радовало только то, что татуировка тщательно скрыта рукавом, и что никто не может видеть подтверждения моей минутной слабости.

Как же это глупо, в самом деле. Я три года боролась за собственную свободу, защищая своего волчонка, ставшего частью меня самой, но не смогла удержать его тогда, когда все, казалось бы, осталось позади.

Что в этой ситуации пугало меня больше всего, это полная непроницаемость Дерека, ледяная маска на лице и сквозящий в глазах равнодушный холод. Казалось, что его не смущало совершенно ничего, будто сам он изменения в своей татуировке и не чувствовал, и всего на несколько мгновений, на краткие пару секунд мне показалось, что как и в случаях, рассказанных Питером, мой волк ошибся.

Но такого ведь быть не может, правда? Ошибка исключена, в таких делах… не ошибаются.

— Это ничего не меняет, — негромкий хриплый голос поплыл по помещению, заставив вздрогнуть, и я вновь украдкой взглянула на младшего Хейла, который вдруг пришел в движение.

С неповторимой грацией крупного, вальяжного хищника он шагнул вперед, отлепившись, наконец, от своего окна, и яркий солнечный луч опять скользнул по темным волосам, спрятавшись где-то за широкой спиной. Внимательный взгляд, пробирающий до самого сердца, недовольно скользнул по тихо хмыкнувшему Питеру, тут же убравшемуся в сторону, смерил что-то бормочущего себе под нос Стайлза, а после мужчина в упор взглянул прямо на меня.

Показалось, что то, как я шумно сглотнула, услышал даже Стилински с его обычным человеческим слухом.