– Торнли Колтон! Ты не знаешь Торнли Колтона? Сидни, это Торнли Колтон! А ты – Сидни Темз! Сидни Темз!
Эти слова повторялись снова и снова. Иногда голос слепого становился успокаивающим и напевающим. Затем слова звучали твердо, резко, холодно. Обычно завивающиеся седые волосы выпрямились, отяжелев от пота. Повязка на глазах больше не помогала – многочасовое воздействие света иссушило их.
– Джордж… Нельсон… двадцать… семь лет… официант.
Сидни говорил, запинаясь, словно повторяя не до конца выученный урок.
Колтон победил! Победил! Сидни начал забывать слова, вбитые ему в голову. Фразы, повторявшиеся так часто, что даже ворон смог их заучить. За сознание секретаря сражались слепой и старуха с безумными глазами. И Торнли Колтон побеждал!
Внезапно тело лежавшего человека объяла дрожь. Он поднял руку, чтобы помассировать лоб. Колтон почувствовал это, так как его пальцы касались плеча Сидни. Голос слепого усилился.
– Сидни Темз! Сидни Темз!
На какую-то минуту секретарь запнулся и пробормотал что-то неясное, но затем вновь стал отчетливо говорить, но теперь уже по слогам:
– Джордж Нель… Темз. Темз… Сид… о-фи-ци-ант… Темз.
Слепой наклонился поближе. Его кулаки сжались так, что вены выделились большими голубыми хребтами. Наступала кульминация его затеи. Колтон знал, что в процессе гипноза ум подобен фотопластине – на ней запечатлеваются яркие огни, но их можно затмить еще более яркими. Когда Сидни освободится от влияния старухи, то вспомнит все, о чем забыл. Слова и фразы казались мелочами, но это было то, что нужно проблемисту.
Руки Сидни медленно ощупывали лоб. На его лице проявилась та борьба, что прежде шла лишь в сознании спящего тела.
– Другой! – пробормотал Темз. – Другой! – его голос усилился, и он вложил всю силу в шепот: «Господи, другой!»
– Так сказала девушка! – резко сказал Колтон. – Так сказала девушка!
– Девушка… – Сидни Темз пытался что-то вспомнить. – Да… золотистые волосы… что-то не так… с правой рукой.
– Я знаю, Сидни, я знаю. Она порезала руку о бокал, Сидни.
– Да… – бормотание утихло. Сидни Темз все еще лежал, но теперь он набирался сил, чтобы снова заговорить. – Ворон! – выпалил он. – Она так сказала! Ворон. Перо! Ворон знает! Быстро, Рут! Перо Рамзеса. Нет времени, перо, девушка!
У Колтона опустились руки. Он вздохнул сквозь сжатые зубы.
– Сидни Темз! Сидни Темз! – он снова и снова повторял его имя, пытаясь успокоить человека на кровати. Его дыхание снова стало ровным. Колтон едва не касался секретаря собственным лицом – казалось, что он смотрит в глаза Сидни через влажную повязку на собственных глазах. Темз снова шевельнулся. Он медленно открыл глаза.
– Торн! – вяло пробормотал он. – Торн!
Колтон поднял голову.
– Поспи, Сидни, – сказал он. Его голос был очень мягок, и человек на постели закрыл глаза, словно ребенок.
Слепой встал. С его губ сорвалось: «Слава Богу!», а затем к нему вернулась усталость. Он нащупал часы в кармане. Полночь. Эта битва с гипнозом продолжалась целых два часа! Он вышел из спальни на цыпочках и спустился в библиотеку. Налил еще одну порцию бренди, на этот раз покрепче, но так и не почувствовал бодрящего огня. Нащупал пустую шахматную доску и листки бумаги на ней. Перевернул их и провел пальцами по изнаночной стороне. Это были записи Креветки о словах, сказанных вороном.
Весь день и вечер ворон не повторял ничего, кроме: «Пафкипси! Пафкипси! Джордж Нельсон! Официант! Двадцать семь лет!» Больше не было ни слова, ни даже слога. Странно, что у ворона такой маленький словарный запас. Почему годами живя со старухой, он не научился другим словам? Через этого ли ворона говорила немая гадалка?
Колтон сунул руку в нагрудный карман. Нащупал грубую, сложенную бумагу. «Никакая человеческая рука не сможет отпереть его. Только из мертвой династии» – именно это написал старик, ожидавший смерти. Это было…
Раздался телефонный звонок. Это прогнало все мысли. Одним рывком проблемист подтянул аппарат к себе и снял трубку.
– Алло! – отозвался он.
Вот, чего он ждал! Небольшое доказательство того, что он вынудил кого-то что-то сделать!
Голос на том конце провода прохрипел:
– Алло, мистер Колтон. Это Белдон из штата окружного прокурора. Мы нашли официанта! Он здесь, в двадцать седьмом участке. Поторопитесь, и сможете допросить его!
– Хорошо! – голос слепого был полон рвения и триумфа. Положив трубку, он нажал на кнопку, вызывавшую его большой черный автомобиль. Схватив трость и пальто, он побежал к выходу. Колтон захлопнул дверь и сбежал вниз с крыльца, не задерживаясь, чтобы убедиться, что дверь плотно закрылась. Автомобиль подъезжал из-за угла. Слепой пробежал по улице и запрыгнул на подножку прежде, чем испуганный Майкл успел остановить машину.