– Вы же не думаете, что найдете там улики против Брэкена? – по голосу управляющего было видно, что он надеется на то, что осмотр ничего не принесет.
– Я собираюсь найти кое-что, не замеченное полицией, – ответил слепой, ожидая, когда его проведут.
Окружной прокурор ничего не сказал, и выглядел совершенно измотанным. Он надеялся, что подозрения развеются, уповая на то, что управляющий Карл докажет невиновность Брэкена. Но последний наврал управляющему точно так же, как и прокурору, одинаково использовав симпатию со стороны обоих.
Открыв дверь кабинета, управляющий встретился с жадным взглядом полудюжины газетчиков. Они ожидали снаружи. Карл разогнал репортеров грозным рыком и провел своих спутников к боковому выходу из отеля. Он кивнул швейцару защищать их тыл, и они пересекли дворик отеля. Карл вставил ключ в замок, и они вошли внутрь. Закрыв за собой дверь, управляющий облегченно выдохнул.
– Они хуже пиявок, – заметил Колтон.
– Чертовы взгляды! – выпалил управляющий. – Сюда!
Они были в маленькой столовой. Колтон споткнулся о стул.
– Прошу прощения, – извинился прокурор и, взяв слепого за руку, провел его к маленькому лифту в углу за ширмой. Двери лифта закрылись, и они начали бесшумно подниматься.
Прежде чем лифт остановился, они смогли услышать голоса двоих мужчин в квартире, а когда Карл оказался внутри, то издал гневный крик. Комната была буквально перевернута. Мебель сдвинута, ящики выдвинуты, ковер сорван с пола. Посреди комнаты стоял краснолицый капитан Макманн, без пиджака, в одной рубашке, но, тем не менее, обливался потом. Из-под кровати выбирался детектив с квадратным подбородком.
Торнли Колтон шагнул из лифта.
Его тонкая трость наткнулась на перевернутый стул, и он остановился в дюйме от перевернутого стола.
– Во всяком случае, это был тщательный обыск, – заметил он, принюхиваясь к воздуху в закрытой квартире. На его тонких губах промелькнула слабая улыбка: он понял, что капитан прибыл после того, как он телефонировал ему что «собирается что-то найти».
– Здесь ничего! – заявил капитан таким тоном, будто он ставил на это всю свою жизнь, репутацию и честь. – Здесь никогда ничего не было! – прорычал он.
– Нет? – протянул Колтон. Проблемист жестом предложил всем свой портсигар, после чего взял сигарету. – Капитан, повезло, что вы привыкли не курить при исполнении. Как только я зажгу сигарету, в квартире пропадет стойкий запах египетского ладана.
– Запах? – переспросил капитан, с шумом вдыхая воздух.
– Ваш нюх не такой острый, как у меня, капитан. Острое зрение ограничивает вас.
– Откуда взялся фимиам? – нервно спросил Карл, которого беспокоило присутствие полиции.
– Убитый. Когда я коснулся его в ресторане, аромат был очень слаб. В доме ясновидящей он был намного сильнее. Прокурор, вы его чувствовали?
Чиновник кивнул.
– Это говорит о том, что он был здесь.
– Ладан встречается не так уж редко, – заявил капитан. – Многие люди сжигают его у себя дома.
– Верно, – согласился слепой. – Но я говорил о стойком запахе. Все, кто жгут его, могут подтвердить – запах не долговечен. Это всего лишь ароматный дым, от которого через несколько минут ничего не остается – ни на одежде, ни в комнате. Но здесь был стойкий запах, запах чего-то другого.
– Вы пытаетесь доказать, что тот человек был здесь до убийства? – саркастично спросил капитан.
– Нет. Он всего лишь пришел сюда перед смертью, – слепой обернулся к детективу с квадратной челюстью. – Не поставите ли стол на место? – спросил он. Его голос был резок, а на его щеках вновь проступил румянец. Сыщик поспешил выполнить приказание, даже не подумав подождать реакции капитана.
– Спасибо, – Колтон прислонил трость к стулу. Его пальцы двигались по поверхности стола. Дюйм, два дюйма. Так медленно и кропотливо он ощупал целый фут. Наблюдавшие за ним начали нервничать, ведь минута за минутой протекали без звука, без движения – если только не считать таковым медленно скользящие пальцы. Внезапно выражение лица Колтона изменилось. Внезапно его пальцы практически замерли, двигаясь так медленно, что на глаз это было совсем незаметно.
Проблемист поднял голову.
– Кое-что вы пропустили, капитан, – сказал он.
Движение Макманна стало сигналом для остальных. Они столпились вокруг стола, уставившись на место, где остановилась рука слепого. Но там ничего не было, совсем ничего – только нетронутый лак.
– Острое зрение не так уж и полезно, а?
– Так ведь здесь ничего нет! – выпалил капитан.