– Положения? – непонимающе сдвинув брови, повернулся судья к Рэтбоуну. – Какого положения?
– Он зарабатывал много денег на военных контрактах, – объяснил мальчик.
– Которые ему предоставлял генерал Карлайон?
– Да, сэр.
– И ваша мать так вам сказала? Подумайте, прежде чем ответить, Валентайн!
– Да… Она так мне сказала.
– А вы абсолютно уверены, что ваша мать знала о том, чем занимается с вами генерал? Вы в самом деле все ей рассказали?
– Да! Я ей говорил! – Слезы снова хлынули у подростка из глаз.
Атмосфера в зале уже пропиталась яростью.
Максим Фэрнивел с мертвенно-бледным лицом сидел, неестественно выпрямившись. Луиза застыла как изваяние. Глаза ее пылали, а рот искривился от ненависти.
– Пристав! – негромко позвал судья. – Приказываю вам взять под стражу Луизу Фэрнивел. Надлежит также сделать соответствующие распоряжения, чтобы позаботиться о будущей безопасности Валентайна. В настоящий момент пусть остается с отцом.
Огромный судебный пристав, блистая пуговицами, пробрался к тому месту, где сидела бледная Луиза. Не церемонясь, он поднял ее на ноги и повлек вдоль скамей, спотыкающуюся и путающуюся в юбках, – к выходу.
Максим встал в растерянности, но, уяснив, что тут уже ничего не поделаешь, сел снова. Все, что он слепо лелеял, рушилось в одночасье. Отныне его забота сосредоточилась на Валентайне.
Судья вздохнул:
– Мистер Рэтбоун, у вас еще остались вопросы к свидетелю?
– Нет, милорд.
– Мистер Ловат-Смит?
– Нет, милорд.
– Спасибо, Валентайн, суд благодарен вам за вашу честность и мужество. Верьте, что мы искренне вам соболезнуем. Вы можете вернуться к отцу и быть его утешением.
Мальчик молча сошел по ступенькам и под сочувственный шепот двинулся туда, где неподвижно сидел и смотрел на него Максим.
– Мистер Рэтбоун, есть ли у вас еще свидетели? – спросил судья.
– Да, милорд. Я могу вызвать посыльного Фэрнивелов, служившего когда-то барабанщиком в Индии. Он объяснил бы, почему бросил стопку белья и бежал сломя голову, столкнувшись лицом к лицу с генералом Карлайоном в день убийства… если вы сочтете это необходимым. Но я бы предпочел обойтись без этого – по понятным теперь причинам.
– Хорошо, мистер Рэтбоун, – одобрил судья. – Вы можете не вызывать его. Мы ограничимся фактом, что он был испуган и растерян. Вас это удовлетворит?
– Да, благодарю вас, милорд.
– Мистер Ловат-Смит, у вас есть возражения? – обратился судья к обвинителю. – Настаиваете ли вы на том, чтобы посыльный дал точные объяснения своему поступку, отличные от тех, о которых подумали сейчас присяжные?
– Нет, милорд, – немедленно отозвался Уилберфорс. – Если защита заверит, что посыльный действительно служил в полку генерала Таддеуша Карлайона.
– Мистер Рэтбоун? – Судья вновь повернулся к адвокату.
– Да, милорд. Документы подтверждают, что юноша служил под командованием генерала Карлайона, – отозвался тот.
– Тогда не стоит вызывать его. Кто ваш следующий свидетель?
– Я прошу у суда разрешение вызвать Кассиана Карлайона. Ему восемь лет, милорд, и он достаточно сообразителен, чтобы знать разницу между правдой и ложью.