«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я тебе этого, майор, не забуду и обещаю, что отыграюсь в полной мере.

— Ты кому угрожаешь, хомячок?! Заруби себе на носу: этот материал я проверю самым тщательным образом, и, если выяснится твоя причастность к этому делу — ответишь полной мерой. Ты меня очень рассердил. Давай команду, чтобы принесли отказной материал, — от вспыхнувшей волны гнева голос Санева прерывался.

Ситняк вынужденно отдал необходимые распоряжения, и минут через десять все необходимые материалы были доставлены и лежали на столе против Санева. Собрав их и не попрощавшись, Петр Федорович быстро вышел из кабинета.

Свою перепроверку Санев решил начать с опроса задержанных, постепенно расширяя круг свидетелей. Готовясь к разговору с генеральным директором Хохловым, Санев понимал, что правды тот не скажет, а будет искать «объективные причины», которые помогут ему уйти от ответственности. Внешне пытаясь быть искренним, Хохлов рассказывал:

— Начальник цеха Карауш попросил водителя отвезти коньяк в лабораторию для исследования. Она находится за пределами комбината. На нашу беду, у ворот оказался подполковник Тузлуков, который оформил документы задержания, хотя, поверьте, никакого хищения не было.

— Почему же, Вячеслав Янович, не были выписаны соответствующие документы на вывоз продукции? Почему занизили цену? Зачем было вывозить коньяк по фальшивым накладным? Я призываю вас ответить правдиво на эти вопросы.

Перед Саневым сидел лысоватый, за пятьдесят, человек с бледным, полноватым лицом, покрытым бисеринками пота, которые он вытирал носовым платком, стремясь убедить в правдивости своих ответов.

— Мы ничего не занижали. Накладные выписаны ошибочно. Я обещаю разобраться в этом деле и привлечь виновных к ответственности.

Большего Петру Федоровичу добиться не удалось. Хохлов твердил только одно: с его стороны никакого умысла на хищение не было. Это же заявлял и его водитель. Однако материалы дела, показания лаборантов говорили о том, что никаких анализов они в этот вечер не проводили. Ни телефонных звонков, никаких других сигналов по этому поводу к ним в лабораторию не поступало. Все свидетельствовало о совершенном хищении, однако прямых улик не было.

Время неумолимо. Оно неутомимо идет вперед, и Петр Федорович не заметил, как пролетел январь и половина февраля. Опрашивая рабочих купажного цеха Светловского головного предприятия «Арома», он сумел все же выяснить, что водитель Хохлова Ляховец довольно часто вывозил в ящиках дорогостоящий коньяк, который ему отпускал начальник цеха Карауш. В частности, в декабре прошлого года на автомашине «Волга» во двор комбината заехали генеральный директор Хохлов и его водитель. Начальники цехов Карауш и Воробейникова выдали им по ящику коньяка, которые Ляховец загрузил в багажник. Женщина-сторож, дежурившая на проходной, открыла ворота и выпустила автомашину без досмотра. Это уже была серьезная зацепка, могущая привести к положительному результату.

Тщательнейшим образом проанализировав собранный материал, Санев пришел к выводу, что необходимо возбуждать уголовное дело. Свое мнение он высказал Рыкову.

— Не возражаю, Петр Федорович. Поехали в прокуратуру республики, будем доказывать необходимость возбуждения уголовного дела, — Рыков набрал номер телефона Федченко и, когда тот ответил, сообщил, что они выезжают к нему.

В прокурорском кабинете, как всегда, было накурено. Из полуоткрытого окна тянуло холодом, но эта мера не освежала помещение.

— С чем пожаловали к нам, скромным работягам, матерые сыщики? — поднимаясь из-за стола и улыбаясь, спросил Федченко.

— Решили немного вас взбодрить, а то мхом обрастать стали, — шутливо ответил Федор Федорович.

— Мхом обрасти не дают преступники. Они иногда заставляют работать сутками. Так что, Федор Федорович, не по адресу критика. Садитесь к столу, сейчас кофе попьем. Машенька, — открыв дверь, обратился он к секретарю: — Приготовь нам, пожалуйста, по чашечке, — и, возвратившись обратно, спросил: — Так с чем пожаловали, Федор Федорович?

— Считаем, что нужно возбуждать уголовное дело, — подавая материалы, заявил Рыков.

В это время секретарь принесла на небольшом подносе кофе, сахар, печенье и расставила все на приставном столике. Пока гости пили кофе, Иван Сергеевич внимательно читал представленные материалы и, перевернув последнюю страницу, несколько минут сидел молча, разминая в пальцах очередную сигарету, потом прикурил и, глубоко затянувшись, выпустил дым к потолку.

— Понимаете, уважаемые товарищи, основания для возбуждения уголовного дела имеются, но для обвинения именно Хохлова их недостаточно. Нужно учитывать, что он имеет правительственные награды, по должности — генеральный директор, пользуется полной поддержкой некоторых работников Совмина и ЦК республики. Можно представить, сколько последует звонков после первых допросов! И если мы не сможем доказать Хохлову совершенного им преступления, то я не позавидую сотрудникам, причастным к расследованию этого дела. Изгадят, в грязь втопчут и ноги вытрут. Как вы смотрите на такую перспективу? — Федченко вопросительно посмотрел на Рыкова.

— Волков бояться — в лес не ходить. С помощью уголовного дела мы можем скрупулезно расследовать все махинации, совершенные на комбинате, а использование статей процессуального закона даст возможность изобличить Хохлова, как бы тот ни прятал концы в воду, — уверенно ответил Рыков.

— Иван Сергеевич, — обратился Санев к Федченко, — возбуждать уголовное дело необходимо и по другой причине. Вокруг Хохлова образовалась коррумпированная группа, в которую входят довольно солидные люди в мундирах и не в мундирах. Один из них — начальник Буденновского отдела милиции Ситняк. Мне очень хочется посадить на скамью подсудимых этого подлеца, чтобы он не позорил звание милиционера.

— Одного желания маловато. Нужны доказательства. И веские! У вас есть уверенность, что вы их найдете? — спросил Федченко.

— Найду, Иван Сергеевич, сутками работать буду, но найду. Ради торжества справедливости сделаю все возможное и невозможное. Преступники будут на скамье подсудимых, — уверенно заявил Санев.

— Ну что ж, в случае неудачи отвечать будем вдвоем, Федор Федорович, — подписывая заранее подготовленное постановление о возбуждении уголовного дела, сказал Иван Сергеевич. — Это дело беру на контроль, — передавая папку Саневу, предупредил он.

3. Кадровый садизм

Из головы Рыкова не выходили слова подполковника КГБ Фомина о Саневе. «Образованный, профессионально подготовленный сотрудник, ранее возглавлял уголовный розыск Светловска и снят с должности неизвестно по каким мотивам…»

«Головоломка какая-то, — недоуменно пожал плечами Рыков. — Надо с ней разобраться.»

Федор Федорович позвонил в отдел кадров, пригласил к себе подполковника Тремова, заместителя начальника отдела.

Вскоре в его кабинет вошел высокий стройный офицер в общевойсковой форме.

Федор Федоровича всегда возмущало, что сотрудники одной системы носили разную форму, в частности, кадровики, тыловики и руководители — первые лица. Как правило, на должностях руководящего состава, в том числе и кадрового аппарата, значились люди из партийных органов, и главным образом, те, кто уже не имел перспектив продвижения по служебной лестнице в своей системе. Но эта категория партийных чиновников шла, как правило, на «укрепление» органов. Сугубо штатские люди, они с удовольствием надевали общевойсковые кителя, и, естественно, ни один из них не внес предложения ввести в МВД форму единого образца, сугубо милицейскую. А ларчик тут просто открывался. Руководить службой, не зная ее сути, мог каждый посланный на «усиление», с апломбом заявляя, что, дескать, в МВД ничего сложного нет, организация работы такая же, как в любой другой системе. Но вот в дела практические такие «руководители» стремились не вникать, боясь опростоволоситься. Поэтому вся черновая работа ложилась на плечи «сильных» замов. Однако, чтобы оградить себя от случайностей, эти «специалисты широкого профиля» одевались в общевойсковую форму.