— Что, едешь к своему кровососу?
— Не врут, тебе понравится.
— А у вас детям дают соски? — расхохоталась Калина.
— Вы меня удивляете, Калина! Я изначально дал вам всю информацию. И даже намекнул где ответ. Помните, вы так легко поняли, что Катерина мама Ванечки, на самом деле подсадная утка. Вы еще тогда могли задаться вопросом, зачем я подослал туда женщину — мать одиночку, которая желает найти любви вампира?
— Я не понимаю… — с трудом взяв себя в руки, хрипло ответил вампир.
Мужчины большую часть времени пили в баре, пили в парной или же в бильярдной. Они могли пить и еще где-нибудь, ведь очевидно, что главное для них не место, а сам процесс. Но выше обозначенные места были для этого процесса все-таки удобней.
Жалкие попытки что-то выведать у ничего неподозревающих офицеров, ни к чему не привели. Именно жалкие, потому что ни про свою жизнь в казарме, ни про политику страны, а тем более государя или преемника, никто из них говорить не пожелал. «Запрещено», — поняла Проскурина.
— А пролетая можно притормозить?
— А если мы сделаем это сейчас? Очень быстро, что бы никто нас не увидел. Всего секундочку.
— Не поможешь?
— Даже лучше.
— Валинар, если вам будет угодно, — предлагает он доступное сокращение, откинув самую непонятную часть имени.
В тот день гости города бессмертных проспались лишь к десяти утра, непростительно опоздав к завтраку, на котором в назначенный час присутствовали двое — бывшая журналистка и дама преклонных лет — Лидия Петровна Зорина. Последняя считала, что уже достаточно пожила в этом мире и терять ей уже нечего. Вот и подалась в гости к вампирам. Очень хотелось увидеть все своими глазами.
— Просто передайте, Фавиан. Капитан поймет.
— А он их передавал? — изумилась Калина.
— Что скажите, шеф? — прикрывая стыд шутливостью тона, спросила Калина преувеличено бодро.
— Я близорука, увы… — Соврала Калина, отлично рассмотрев, что это преемник.
— Вам нравится? — взглянув на женщину, спросил солдат с нескрываемой надеждой.
— Она все врет, — беспардонно приобняв женщину, заявил Кирилл. — Он даже ни разу не пришел! Паршивый кровосос ее разлюбил!
— Интересно узнать, — протянула Калина.
— Да, — сокрушенно кивнул горе-солдат. — Он меня на дух не переносит. Даже видеть не может. И спокойно ему не стоится, если я в той же комнате что и он. Все время норовит одернуть и морали прочитать… А знаете почему?
— В каком номере желаете жить? — спрашивает вежливый администратор, когда гости столицы оказываются в гостинице. Пока все прочие туристы бегают по первому этажу и удивляются всему что видят, Проскурина, досрочно разделавшись с анкетированием, подает электронный бланк сотруднику. Вокруг неописуемая роскошь. В прошлый визит журналистки в этих стенах еще завершалось строительство, и отсутствовала мебель. Сейчас в просторном холле на фоне лакированного белого пола стоят бесконечно длинные кожаные диваны черного цвета. Проскурина изо всех силы пытается понять, растут ли непривычные взгляду красные стебли цветов из прозрачных вазонов или же они пробились из подлокотников дивана?.. Чтобы рассмотреть это, нужно приблизиться, а ей безумно хочется сохранить невозмутимый вид. Но не получается, глаза разрывает желанием смотреть сразу во все стороны. С потолка свисает невероятная хрустальная люстра, изображающая собой сотни больших и малых цветов. Это чудо необъятных размеров светится и переливается многообразием красок, получается проекция радуги на пол и белую стену. Противоположная сторона — зеркала, между ними затейливая лепнина. Зеркальная сторона зрительно увеличивает и без того огромное пространство с невероятно высоким потолком.
И более ничего… Во дворце пусто, словно вымерли все. А еще бессмертные!.. Только дежурные на постах. Но когда экскурсию не очень восторженных, слегка местами не трезвых гостей повели обратной дорогой, в одном из коридоров они издали увидели самого правителя бессмертных. Вишнар в сопровождении охраны вышел из одних дверей и вскоре исчез за другими, недолго шествуя коридором навстречу гостям. Даже не взглянул на туристов. А как показалось Проскуриной — умышленно щелкнул ее по носу. Смотри, женщина, я тут, просто не желаю тебя видеть!
— Вот те раз! И вас постоянно наказывает ваш собственный двоюродный брат?
— А что это за окна? Там, внизу? — спросила женщина, когда они облетели дворец по кругу.
Валинар же улыбнулся от души. И Калина улыбнулась повторно, изо всех сил скрывая эффект от зрелища — у нее от страха свело живот.
Душевая в черном цвете с белой сантехникой. Цветовое решение точь-в-точь как в ресторане! И спорить невозможно — красиво так, что хочется остаться жить, в ванной даже больше, ведь тут еще можно и пописать. Проскурина задорно улыбается этой шутке и рассматривает себя в огромное зеркало на пол стены. Включила подсветку со всех сторон и сокрушается. Жаль, нет фотоаппарата! Сделала бы штук сто снимков этой красоты. И себя. На фоне красоты, конечно. И губки уточкой. Губки уточной непременно! А то ведь иначе никто не поймет, как ты красива! Проскурина прыснула.
— Калина, пошевелите мозгами! Как я, ярый борец за мир с вампирами пойду на враждующий с властью телеканал? Вы пойдете туда сами. Глава телеканала очень специфический человек, но любит бунтарей — резких и прямолинейных как он сам. Вы понравитесь, если расскажите ему свою историю. Но только не додумайтесь провоцировать его на жалость! Не вздумайте дуть перед ним в платок!.. Вы отличный специалист! Работаете как пишущая единица и берете интервью на камеру. Бывали в горячих точках. К тому же агрессивно настроены по отношению к вампирам. Именно это вы ему и покажите! Он заинтересуется и возьмет вас на работу. Платить будет мало, но я по-прежнему буду помогать. Главное устроиться и хорошо себя зарекомендовать. Рвать всех на куски ему на радость. И когда придет желаемое приглашение, он позовет вас с собой. Вы были там, вы знакомы с самим государем. Это будет провокационная встреча и ему это понравится.
— Как огорчительно. Я думал иначе…
— Безусловно… — Не без огорчения ответила она, задетая за живое — свое самолюбие. — Тогда я буду писать статьи. Раз из меня такой никудышный агент.