– Старайся не брыкаться… – сказал он, после чего рубанул по верёвке. Потом рубанул ещё раз, третий, оставляя на стволе дерева следы от острого клинка. Освободив их, каджит подбежал к Дро’Зариму.
– Быстрее, быстрее… – в пол голоса протянул каджит, наблюдая за дракой и криками нордов у лагеря. Джи’Зирр справился с верёвками намного быстрее, чем в прошлый раз.
Освободив всех, они помогли подняться каджитам.
– Друзья мои, самое время делать ноги, – сказал М’Айк Лжец, что только что подбежал к ним из гущи мордобоя.
– Куда? – спросила Нисаба, хватая лапу Тхингалла и сжимая её. Тхингалл сжал её руку ещё сильнее.
– В лес. Скроемся из виду, пока нас не спохватились! – отрывисто произнёс Дро’Зарим.
– А ну стоять! Стоять сказал! – послышался крик норда.
Держа каджитов на прицеле, несколько солдат, натянув тетиву, окружили их группу.
– Любое движение и несколько из вас тут же отправятся в Сов… Куда вы там после смерти попадаете? Не важно. Ни шагу, хвостатые! – гулом из-под закрытого шлема доносились приказы.
Каджиты стояли на месте. М’Айк Лжец покорно поднял лапы вверх.
– Сдаёмся, не стреляй! Сдаёмся!
Тем временем шум стих. Сцепившихся друг с другом солдат разняли. Рагнар подошёл к лучникам, скрестил руки на груди, усмехнулся.
– Какие же вы всё-таки буйные попались, – сказал он. – Впервые вижу каджитов, которые прям таки из кожи вон лезут ради приключений на свой зад. Что ж, раз вы не усвоили урока, то тогда вот вам ещё один. Эй ты, – Рагнар глянул через левое плечо на норда, – неси сюда кандалы, закуём этих… безобразников так, что мало не покажется!
– Стойте, – раздался голос Тхингалла. Опустив руку Нисабы, каджит не спеша сделал два шага вперёд и тут же услышал треск постепенно натягивающейся тетивы. Наконечник стрелы поднялся до уровня его головы. Тхингалл резко остановился, медленно поднял лапы. Нисаба и остальные каджиты непонимающе посмотрели ему в затылок.
– Решил самопожертвовать собой, каджит? – спросил Рагнар, усмехнувшись. – Благородно, но не думаю, что кто-либо оценит твой доблестный поступок.
– Я хочу поговорить с Галмаром. У меня есть для него деловое предложение, – сказал Тхингалл, чуть опустив голову и смотря на норда исподлобья.
– «Деловое предложение»… – повторил норд, рассмеявшись и посмотрев на солдат за его спиной. – Заговорил как какой-то торгаш, что приплёлся на базар. Здесь не торг, каджит. Ты здесь пленник, судьба которого решится с минуты на минуту.
– Я знаю, что вы все с предостережением относитесь к нам, ибо мы не такие, как вы, – сказал Тхингалл, опустив лапы. – Мы разные. Вы люди, мы каджиты. Мы отличаемся не только по внешним признакам. У нас разная культура, разные взгляды на жизнь. Вам нравятся бесконечные битвы, реки выпивки и, чёрт возьми, пышные груди баб, которых вы тискаете в тавернах и кабаках после очередного сражения, сливая в разрезы их окружностей все свои септимы! Нас же завлекают бескрайние пустыни, тёплые пески и яркое солнце. Но у нас у всех есть разум, есть голова на плечах для того, чтобы думать перед тем, как предпринять что-то. И сейчас я призываю тебя, Рагнар, и всех стоящих за тобой солдат прибегнуть к гласу рассудка! Я слышал, что вас всего шесть тысяч. Этого явно мало для того, чтобы взять город штурмом, после того, как в чистом поле вы разгромите имперский легион, который, неизвестно, больше или меньше по численности. Поэтому, вам нужен каждый клинок, что сочтёт желание сражаться вместе.
– Ха! Не уж то ты думаешь, что достоин сражаться рядом с Братом Бури, идя с ним в одном строе? – усмехнувшись, спросил Рагнар.
– Почему нет? – ответил каджит, слегка поднимая брови. – То, что я не норд, не отделяет меня от возможности сражаться за страну, в которой я вырос и прожил добрый тридцать один год.
Норд замолчал, улыбка медленно растаяла. Он почесал свою голову, полувыбритую, на которой красовался сплетённый за затылком толстый хвост светлых волос.
– Ну, что ж, сейчас, пожалуй, я соглашусь с тобой. Раз ты желаешь проливать кровь, свою и чужую, то вперёд, – сказал Рагнар. – В любом случае мы воюем за свободу Скайрима. А значит, каждый в Скайриме должен быть свободен. Имеет право на это. Но это право должно заслужить… Иди в шатёр, поговори с Галмаром, а твои дружки останутся здесь, под нашим наблюдением. Если Галмар примет твоё предложение, мы не закуём вас в кандалы.
Тхингалл посмотрел на Нисабу и на остальных, после чего не спеша пошёл сквозь стену окруживших их солдат. Каджиты проводили его взглядами, полными ярко горящей надежды.
– Так.
Галмар расстелил на деревянном, тёмно-коричневом большом прямоугольном столе пожелтевшую карту, на которой были нанесены различные символы, надписи, обозначены границы каждого владения, а так же всего Скайрима. Карта была нарисована чёрными чернилами и в некоторых местах были небольшие пятна и кляксы, которые отображали места, таящие опасность для всех, кто забредёт туда.
На пожелтевшей бумаге было обозначено девять владений: на крайнем севере расположились Винтерхолд и Белый берег, что граничил с морем Призраков, покрытым огромными ледниками и айсбергами; южнее их, у восточных границ Скайрима, находился Истмарк со своей древней столицей – городом Виндхельм; на северо-западе от него находился Хаафингар со своим городом-столицей Скайрима Солитьюдом; южнее от него располагался Хьялмарк, чей город – Морфал – был окружён вечным болотистым густым мороком; на крайнем западе возлегал Предел – недружелюбный горизонт из огромных каменистых пустошей, высоких скал и гор, в которых ютятся самые опасные твари из числа природных отроков, а так же не менее опасные люди, что расселяются в многочисленных племенах в тех извращённых землях; на юге простирается Рифт – владение золотистое и почти всегда солнечное, а через горный хребет, разделяя вечно осенний рифтенский лес и могучие хвойные столбы пышных сосен, раскинулись владения Фолкрита. Все они огибали центральные тундрические земли: степная равнина изрезалась скалами, валунами и древними брошенными руинами. Здесь, в Вайтране, восседал над степным горизонтом Драконий Предел – старинный нордский дворец, у подножия которого расстелился большой и шумный город.
В шатре, помимо Галмара, что стоял с противоположной от выхода стороны стола, находилось ещё четыре норда.
Рогвальд Стальная Жила – высокий, плечистый норд, чьи тёмные волосы доходили до плеч, а щетина придавала ему внушительный вид.
Гейрлейв Медвежья Лапа – кряжистый, русоволосый пожилой ветеран, что прошёл не одну битву и войну, сражаясь как с Галмаром, так и некогда с имперскими легионерами во времена Тридцатилетней войны.
Ёрунд Снежный Молот – низкого роста здоровяк, носящий на своей могучей спине высокий молот, что свисал у него за затылком. Рукоять оружия была вдвое выше его макушки.