– Мы ждали твоего прибытия, Галмар, – сказал главарь, просовывая меч в ножны. – Разбили лагерь, как и ты приказал. После того, как мы здесь обустроились, я послал своих лучших людей разведать местность. Вернулись они не одни, – норд указал жестом на Тхингалла и стоящих за ним скрученных остальных каджитов. – Они поймали шпионов, что ошивались здесь неподалёку. И, как я понял, все хвостатые из одной шайки, ибо знают друг друга. По крайней мере, вот эта, – солдат указал на Нисабу, чью шею обвили мощные руки одного из солдат, лишая её возможности двигаться, – знает вон того полудурка, что затеял весь этот сыр-бор.
Галмар медленно осмотрел стоящих каджитов, потом остановил взгляд на избитой морде Тхингалла, что смотрел на него оскалившимися из-под бровей горящими яростью оранжевыми глазами.
– Как эта шерсть на ногах смогла положить целую кучу наших ребят? М, Рагнар, что скажешь? – Галмар посмотрел на главаря. – Вам что, прочитать лекцию по основам рукопашного боя, или заместо мечей выдать детские деревянные имитаторы оружия?! Какого лешего вы себя на позор выставили перед этими самыми… «шпионами»?
Он не спеша слез с коня, отдал уздцы рядом стоящему солдату. Потом, прижав руки, сжатые в кулаки, к поясу, прошёл меж скопившихся солдат к группе каджитов. Остановился норд перед ними, ещё раз окинул их взглядом, более спокойным.
– Откуда вы и что здесь забыли? – спросил он.
Никто из каджитов не ответил. Ра’Мирра с мужем были до смерти напуганы, Нисабе рот перекрывало широкое предплечье норда, Дро’Зарим, сидевший подле двоих скрутивших его солдат на коленях, весь избитый, держался за ноющий затылок, который слабо кровоточил, а Тхингалл просто стоял и жарко дышал, звонко и полной грудью.
Галмар, приподняв бровь, остановил взгляд на Тхингалле.
– Ладно, чёрт с вами. Свяжите их и приставить по десятку к каждому. Кто заснёт на посту охраны, тому я раскалённый чугун засуну глубоко в его зад! – сказал норд, после чего вернулся к коню, открыл висячую на коричневой попоне кожаную сумку такого же цвета и вынул оттуда свёрток пожелтевшей бумаги.
– На вот, – сказал он, кинув его Рагнару. – Прочитай, ознакомься, займись наконец чем-нибудь полезным сегодня. Ралоф ещё не вернулся?
– Никак нет, – ответил Рагнар, стаскивая со свёртка нить и разворачивая его. – Если в двух словах, какие распоряжения с Виндхельма, Галмар? – спросил норд, бегло изучая текст.
– Самые что ни на есть радикальные и полные решимости, – ответил тот, приказывая солдату отвести коня к остальным жеребцам. – Я выехал из Виндхельма тремя днями ранее. Ульфрик собрал все силы в кулак и направил их сюда. К утру здесь будет наше войско. Я приехал, чтобы подготовить лагерь к осаде или битве. Не знаю, как долго продержится Вайтран. Его стены стары, но всё ещё крепки. Сюда стягивают несколько осадных машин, пехоту и кавалерию. Того не менее шести тысяч голов.
– Шесть тысяч? – Рагнар, спросив, посмотрел на Галмара. – Так мало?
– Столько, сколько можно было собрать. Ульфрик не стал рассредотачивать резервы, а наоборот только укрепил их, дабы с тылу не было внезапного удара. Ты в курсе, что в Рифтене произошёл военный переворот? Теперь там эта сука Мавен, подстилка Империи! Её интересы сосредоточены в потоке монет, а значит, она продаст даже свою матку за деньги, что о городе говорить? Мы перекрыли все большаки, мелкие тракты, имперскому легиону просто так не добраться до города. Везде наши посты, да и дорога пролегает через север. К тому же сам Туллий озабочен предстоящей битвой, поэтому Рифтену ещё очень долго придётся ожидать подкрепление легиона, о котором Мавен так страстно мечтает. Мы свергнем эту шлюху и вернём в Рифтен старую власть! Ярл Лайла Рука Закона смогла вместе со своим приближением покинуть город, ей помогли наши агенты. В скором времени, когда мы разберёмся с шакалами в Вайтране, она вновь усядется на свой трон. Ну а пока… Надо обговорить всё с нашими офицерами, тьфу это имперское поганое слово… Вожаками, что вот-вот приедут. Подготовьте шатёр, там будет совещание по поводу грядущей битвы. Выпивки туда принесите. С ней думается лучше.
– Сделаем, как говорится, в лучших традициях, – сказал Рагнар, свёртывая послание.
Каджитов группой отвели в сторону сгустка деревьев. К каждому стволу, а их было не менее пяти, рассадили по двум пленным, привязывая их к ним. Тхингалла привязали вместе с Нисабой полубоком друг к другу, лишая возможности хоть чуточку развернуться, дабы увидеть те желанные друг другу глаза, которые и сейчас остались недосягаемой для них роскошью.
– Я думала, ты погиб… – сказала Нисаба сразу после того, как солдат затянул узел и устранился, оставив их наедине.
– Я тоже так думал… Насчёт вас всех. Прости. Прости, что оставил тебя сражаться одну, что покинул тебя в тот момент, когда должен был быть рядом, – ответил Тхингалл, всё ещё ровняя своё возбуждённое дыхание, стараясь хоть каплю развернуться, чтобы посмотреть на неё. Однако верёвки туго прижали его к стволу.
– Всё произошло быстро, – ответила каджитка. – Мы не ожидали нападения… Если бы не Маркиз, нас бы точно застали врасплох. Хотя, так оно и было, но он принял удар первым. Ты не представляешь, сколько их было там… Они заполонили наш лагерь, выбили нас из нашего гнезда. Нам пришлось бежать. Они настигли нас у берега. Маркиз… Он, он принял решение, которое стоило ему жизни. Он задержал их…
– Я был там, – сказал Тхингалл, повернул голову влево. – Встретился с Маркизом. Мы отбили одну атаку. Вторая волна была больше. Мы разделились. Я половину увёл за собой, а он остался на берегу.
– Значит, всё-таки… Мёртв он, – тихо произнесла Нисаба, поникнув головой и закрыв глаза. – Мы все знали, что это так. Но не хотели верить, старались найти глубоко в сердце то чувство надежды. Особенно Кейт… Она ждала его возвращения.
– А где Кейт? Где Джи’Зирр и М’Айк? Стало быть, и Ахаз’ир не вернулся к тому времени вместе со Старейшиной? – спросил Тхингалл.
– Мы долго блуждали по лесу. Вышли на тракт, наткнулись на брошенную хижину, переночевали. На следующее утро двинулись в Ривервуд, дошли. По дороге туда нам опять пришлось бороться за свои жизни. Волки настигли нас. Если бы не М’Айк, нас бы и не было здесь возможно… Он высвободил свой потенциал, еле смог его контролировать… В Ривервуде мы переночевали. Там у них своя беда. Бандиты обложили поселение данью. Их шайка держит в страхе всю тамошнюю окрестность. Кейт хотела, чтобы мы помогли жителям с этой проблемой. Да и сами жители ждали от нас чего-то… невозможного. Но мы уши. Когда были уже на пол пути сюда, М’Айк обнаружил, что забыл свой кошель в таверне. Он вместе с Джи’Зирром и Кейт вернулись в Ривервуд, а мы обустроили небольшой привал на опушке леса, отдалившись от тракта на небольшом возвышении. Но они так и не вернулись. Прождали мы вечер и переночевали там же. Нас схватили, застали врасплох рано утром. Теперь мы здесь. Ты тоже. Что с тобой произошло? Где ты был? Придя сюда, ты уже выглядел весь побитым. У тебя губы все разбитые, – закончив, Нисаба так же старалась повернуться, однако в безуспешных попытках натёрла себе некоторые места.
– Долгая история…. – ответил ей Тхингалл. – Я не знал, где вас искать. Я завёл всех гнавшихся за мной тварей на ту поляну, где мы обычно тренировались. Они зажали меня, у меня не было шанса… Но в самый последний момент на поляне появился незнакомец. Ты не представляешь, как он всех их… Это не магия, Нисаба… Это что-то большее. Он просто… Крикнул, но крик был наподобие грома. Вся поляна в миг залилась неукротимым пламенем.
Каджитка непонимающе повернула голову в сторону голоса Тхингалла.
– Исчадия всполыхнули, как спички. Он спас мне жизнь и напутствовал дальнейшими действиями, – продолжал каджит. – Рекомендовал ехать в Фолкрит. Там у них тоже проблемы были, пришлось разгребать их. Вот поэтому я и предстал перед тобой такой… симпатичный. – Тхингалл усмехнулся, но потом закашлял, сплёвывая всё ещё красноватую слюну себе под лапы на траву. – Да, помотала нас всех жизнь за эти два дня…
– Мне казалось, что прошла целая вечность… – сказала Нисаба, оперевшись головой и смотря вдаль, где горел костёр в лагере. Перед местом, где усадили пленных, расположился отряд солдат, который сторожил их.
– Согласен… – ответил Тхингалл, поднимая глаза на ночное небо, усеянное многочисленными звёздами. – Знаешь, мне всё-равно, что сейчас мы здесь, связанные и лишённые свободы, находимся в сердце войны и, возможно, скоро можем погибнуть. Но знай вот что… Я рад, что эти минуты я проживаю рядом с тобой, со всеми вами. Я не могу смотреть на тебя, не могу касаться тебя, но я слышу твой голос. Это согревает мне душу…
Тхингалл услышал, как за его плечом каджитка глухо всхлипнула.
– Я тоже рада этому… – сказала она спустя некоторое время молчаливого плача, слегка дрожащим голосом. – Если это последний наш момент в жизни, то пусть он продлится как можно дольше…
В лагере послышались крики, громкие возгласы. Каджиты увидели, как несколько всадников спокойно топчут землю верхом на своих буланых меринах, проезжая к центру лагеря, загораживая собой горящий, высоко вздымающийся своими языками костёр. Как приезжих встречают вскриками и взбрасыванием вверх рук, сжатых в кулак. Стало понятно, что вожаки приехали и вот-вот начнётся совещание.