– Она горячая весьма. – М’Айк Лжец провёл кончиком пальца у её губы, вытирая линию крови. – Ты услышишь такую брань, когда она придёт в себя, которую ещё никогда не слышал.
– Я знаю, – ответил каджит, не сводя взгляда с Кейт. – Я знаю…
Нисаба встала посреди длинной, уходящей в горизонт дороги. Каджитка смотрела вдаль. Впереди, по левую сторону, возвысился дорожный указатель.
– И куда же нам идти теперь? – взвыла Ра’Мирра, прижавшись к плечу своего мужа.
– Мы живы, смогли убежать. Это главное, – успокаивал её Джи’Фазир.
– А теперь-то что?! – каджитка была вне себя от страха и эмоций, что наполняли её. – Мы лишились нашего крова, лишились безопасного места, куда нам идти?! Везде только смерть и холод…
– Я знаю, куда нам идти. – Нисаба подошла к каджитам, присела, положила руку на плечо Ра’Мирры. – Вспомните, с чего мы начинали, все мы, – она посмотрела на каждого, кто сидел по разным сторонам тракта от неё. – Каждый раз мы были на волосок от смерти, но мы выжили. Мы выжили, потому что верили в себя, в свои силы. Мы были едины и в этом наша сила. Маркиз постоянно твердил нам об этом, он научил нас единству. Мы все как один. И пускай его сейчас с нами нет… но мы все есть. Каждый друг у друга. И мы выживем ещё раз и будем это делать постоянно, – она поднялась, сунула кинжал в ножны, поправила ремень на поясе. – Я помню это место. Неподалёку есть хижина, очень крепкая. Укроемся там на ночь, переждём непогоду, а на утро решим, что делать. Там мы будем в безопасности, я вам гарантирую.
Голос Нисабы звучал ровно и уверенно. Её волосы, цвета каштана, разветвлялись на ветру, а осанка была прямой, её лицо поднято, глаза холодными. Её слова внушили в душу каждого каджита уверенность. Все поднялись, посмотрели на неё. Сейчас, когда дул сильный ветер и обеспокоенно вздымалась листва под лапами каджитов, они увидели в ней лидера. Даже Дро’Зарим, что повидал многое и ещё большее пережил, молча поднял Кейт, перебросил одну её руку через свою шею, крепко держа каджитку на лапах, и посмотрел на Нисабу. Каджитка, не считая Кейт, что была сейчас без сознания, единственная знала о месте, где они могли бы переждать ночь. Она умолчала о таящейся опасности, которая некогда подстерегла их возле того места, которая засосала их в бешеный водоворот бойни и смертей, но другого выбора не было.
Она пошла. Группа последовала за ней. А ветер дул, гнал листву и капли дождя с шумом бились о блеклые, выпуклые камни широкой дороги.
Невысокая хижина томилась в одиночестве. Поблизости не было никого. Даже звери редко пробегали здесь. Лишь деревья и покоящиеся озеро неподалёку – единственная компания каменной хижины, в которой некогда жила семья нордов-тружеников. Главными их заботами были дровосечное ремесло и рыбалка. Возле хижины находилась рубильня: смастерённый большой инструмент, который используется на лесопилках в Скайриме. Механизм состоял из возвышенного каменистого пьедестала, на который поднимались по ступеням. На пьедестале располагалась деформированная по бокам продольная балка, в середине которой выпирало острое лезвие. Бревно клалось в начало балки и с помощью рычагов просачивалось через острое лезвие, что разрубало древесину пополам. А дальше в ход вступали острые топоры. Однако следы, что остались здесь, повествуют не об активной работе. Земля пропахана стальными сапогами, а на стенах дома до сих пор разливались, словно брызги краски, засохшие пятна крови. Здесь была бойня.
Первыми из лесной чащи вышли Нисаба и Джи’Зирр. Каджит всю дорогу не отпускал рукоять чёрного меча. Его лапы крепко сжимали её, а когда они вышли к хижине, глаза резво метались по сторонам. Возле хижины были две могилы. Джи’Зирр сразу заметил их, как только миновал небольшой овраг, являющийся словно границей между лесом и тем, что за этим оврагом. Вскоре появились и другие каджиты.
Нисаба прошла вперёд, осматривая площадь перед хижиной. Следы о недавней бойне всё ещё оставались, дождь ещё не смыл их. Каджиты осмотрелись. С одной стороны, с угла хижины, просматривались могилы, с другой находилась куча из погоревших тел в горелых железных доспехах. А стены дома были изукрашены кровью, стёкла выбиты, осколки разбросаны неподалёку. Ра’Мирра, увидев это, спрятала свои глаза в грудь мужа. Джи’Фазир обнял её, обхватив своими лапами.
– Что здесь произошло? – спросил Джи’Зирр, обходя место недавней бойни и осматриваясь.
– То, о чём рассказал нам Маркиз, – ответила Нисаба, повернувшись к своему брату.
– Значит, это здесь было? – сказал Дро’Зарим, спокойно проходя с Кейт на лапах и осматривая следы минувшей бойни. Почва была взрыхлена. В некоторых местах валялись клинки, шлемы, смятая травинка была неестественного цвета.
Нисаба молча кивнула.
– Эти твари были здесь, – сказал М’Айк Лжец, упёршись ладонями в бока. – Знают это место и могут вернуться сюда. Откуда нам знать, что здесь безопасно?
– Ниоткуда, – сказала Нисаба. – Но в стенах дома куда безопаснее, чем снаружи. Ночью бродить по окрестностям опасно. Не только эти исчадия, но и другие твари выходят на охоту. А дорогу ничто не освещает, тучи заслонили звёзды и луну. Ну а лично нам нужно как следует хорошенько отдохнуть, перевести дух и набраться сил.
– Она права, – сказал Дро’Зарим, встав рядом с Нисабой. – Мы запрём дверь на засовы, запрём ставни и не высунем носа до рассвета. Если не будем шуметь, то в случае опасности сможем не выдать себя.
Резко подул ветер. Дверь, что до этого была распахнута настежь и на что поначалу не обратили внимание каджиты, громко хлопнула. Все резко обернулись. М’Айк Лжец попятился назад, Ра’Мирра вздрогнула в объятиях мужа, посмотрев в сторону хижины. Они стояли позади всех, ибо страх сковал движения обоих. Джи’Зирр выставил меч остриём вперёд. Каджит медленно поплёлся ко входу, стараясь ступать как можно легче. Нисаба смотрела на него, сжав в руке свой кинжал, что мгновенно вытащила после резкого грохота бьющейся двери. Джи’Зирр подошёл к хижине. Он бегло осмотрел её испачканные стены. Дверь была распахнута настежь, внутри было темно.
– Ох, и не нравится мне это… – М’Айк Лжец нервно глядел на каджита, что уже был возле порога.
Изо тьмы выбежала крыса. С писком она пронеслась между ног каджита. Джи’Зирр вздрогнул.
– Ох, крыса… – сказала Нисаба, вздохнув и опустив кинжал.
– Хорошо, что не злокрыс, – послышался молодой, звучный голос за спиной у каджитки. Кейт посмотрела на Нисабу, потом на Дро’Зарима. Каджит ответил ей взглядом. Она слегка оттолкнула его, ступила на травянистую землю. Её глаза горели, а кулак был сжат. Дро’Зарим никак не реагировал. Он смотрел в глаза Кейт, стараясь объясниться взглядом, но каджитка жаждала момента для импульсивного взрыва эмоций.
– Ты… Это из-за тебя, ты слышишь, старый ты дурень! – она медленно сделала шаг, не сводя глаз с каджита, словно весь мир вокруг перестал существовать. – Его смерть на твоих лапах!
Все молчали. Никто не посмел проронить ни слова, ни звука. Нисаба стояла позади Кейт. Она потупила взгляд. Джи’Зирр, опустив меч, стоял у входа, сделав вид, будто бы он с заинтересованностью рассматривает стены дома и его порог. Дро’Зарим молча смотрел на неё. Он выслушивал большой поток укора в свою сторону от этой буйственной каджитки.
– Ты дал ему умереть, пожертвовать собой… вместо того, чтобы наставить, что жизнь куда важнее смерти и безрассудной глупости!
– Вот ты и ответила на свои собственные укоры, – сказал Дро’Зарим, не сводя глаз с Кейт. – Думаешь, ты бы решила судьбу каджита и общины, ступив тогда на берег? Ты бы убедила Маркиза, не дала бы ему умереть? Ты подалась своим эмоциям, а это чревато гибелью. Не только твоей. Сделай я осечку, проявив я бездействие, дав умереть тебе – я дал бы умереть всем. И тогда смерть Маркиза действительно была бы на моих лапах. На лапах того, кто допустил погибель всей нашей семьи. Кто позволил умереть Маркизу напрасной смертью.
Кейт замолчала. Она смотрела на каджита широко раскрытыми глазами, из которых, сливаясь с каплями больно бьющего по плечам и лицу дождя, струились слёзы. Она стиснула клыки, сжала кулак, поникла. Каджит подошёл к ней.
– Можешь винить меня из-за своей боли, но знай – это боль общая. Чувство потери слишком велико. Это дыра, которая никогда не заполнится, а будет шрамом для нас всех до конца дней каждого. Но мы будем жить вместе с этим и его смерть ещё больше должна сплотить нас, придать сил для… для мести. – Дро’Зарим положил лапу на плечо Кейт. Каджитка посмотрела на него. Ветер дул, гоня капли дождя, что с каждым разом били всё сильнее. Каджитка отстранилась, повернулась спиной к Дро’Зариму. Она посмотрела на Нисабу, что еле сдерживала ровное дыхание. Горечь, словно кинжал, поразил её насквозь, доставлял боль. Кейт увидела это по её глазам.