Каджит инстинктивно, спонтанно поднял лапы, натянул тетиву и, не прицеливаясь долго, пустил её. Стрела поразила тварь в висок. Бестия упала. Воин поднялся, взял свой меч и, прихрамывая, бежал из последних сил.
– Маркиз… – нервно прошептал каджит. – Дело дрянь.
Тхингалл рванул через чащу, следуя за преследователями. Он намеревался обогнать их на распутье, чтобы первым добраться до отбивающихся от тварей сородичей.
Каджиты выбежали из лесного массива на проросший высокой зелёной травой берег. Слева расстилался через быстротекущую речушку неширокий деревянный мост.
Группа смогла немного оторваться от преследователей в непроходимых дебрях, но шум их верещания был слышен всё отчётливее и ближе. Выиграв немного времени, каджиты остановились у самого моста. Ра’Мирра и Джи’Фазир, обнявшись, глубоко и учащённо дышали, ловя как можно больше воздуха после изнурительного кросса. Всё же, они были уже не молоды. М’Айк Лжец слегка нагнулся, делая то же самое. Каджит вступил на мост, опёршись одной лапой за оградку, смотря, как со стороны леса выбегают остальные каджиты. Все они, не теряя времени, перебрались через мост на другой берег. Никто не знал, что будет дальше. Куда бежать? Будет ли этой погоне конец, или же она будет длиться целую вечность? Но силы были уже на исходе.
Последними из лесной чащи на заросший травой берег выбежали Маркиз и Дро’Зарим. Маркиз запыхался от учащённого дыхания. Мощные, тяжёлые латы требовали много сил на такой резвый бег через неровные узенькие тропинки и кусты, одновременно отражая атаки бестий, что, словно стая шакалов, гналась за ними следом, желая загнать свою добычу в силки. И раны, что не переставали кровоточить, давали о себе знать.
– Дро’Зарим…– каджит положил лапу на плечо каджиту, когда тот остановился рядом с ним. – Веди остальных в безопасное место. Спрячьтесь и переждите, а потом идите, куда глаза глядят. Куда сочтёте безопасным. – Маркиз посмотрел ему в глаза.
– Что? Вести их? А как же ты?
– Я остаюсь. Я постараюсь задержать этих тварей, пока вы не скроетесь из виду. Пока они не потеряют ваш след, ваш запах.
– Бросить тебя?! Ты в своём уме?! – каджит чуть не кричал.
– Иного выбора нет… – Маркиз выпрямился, крепко сжимая свою рукоять. Верещание бестий становилось всё громче. Они приближались. – Они не отстанут, и тогда могут погибнуть все. Небольшая жертва одним, чтобы дать возможность всей общине, – он смотрел в глаза Дро’Зариму, в которых были видны огни отчаяния и… наступающие слёзы. Мало кто видел, как плачут воины.
– Прости… Веди их, береги нашу общину, Дро’Зарим, – каджит посмотрел в сторону крон деревьев. – Это моё предназначение, я должен исполнить его. Идите, скорее! – он толкнул Дро’Зарима. Тот обернулся, не спеша ступая спиной вперёд и смотря в глаза Маркизу.
Каджит повернулся спиной, схватив рукоять своего меча обеими лапами. Дро’Зарим обернулся и побежал, пересекая мост. Кейт обернулась, остановившись посреди моста. Она последней вбежала на него. Увидев приближающегося Дро’Зарима, она посмотрела на Маркиза, что остался на берегу и приготовился к бою.
– Что?… – тихо произнесла Кейт. Каджит подбежал к ней. – Что?! Нет!! Маркиз!! Пусти меня!! – каджит резко схватил её, старавшуюся вырваться из его лап, броситься на берег, но каджит держал крепко… и не справлялся.
– Пусти меня!! Сукин сын!! Пусти!! Маркиз!! Маркиз!! – каджитка орала, не щадя своих связок. Остальные каджиты, что были уже на противоположном берегу, смотрели на происходящее. Не без глаз, полных горьких слёз. Все понимали, что происходит. Что Маркиз жертвует собой ради спасения всей общины. И что Кейт, молодая и наивная каджитка, не желает мириться с такой печальной судьбой и что пытается всеми силами вырваться из крепких лап своего сородича.
Дро’Зарим развернул Кейт, хватаясь за плечи, и нанёс ей удар кулаком в челюсть. Каджитка в мгновение отключилась, выронила свой меч. Ноги подкосились. Дро’Зарим схватил её, поднял на лапы и, посмотрев на берег, где воин стоял в ожидании врагов из тёмного, мрачного леса, мигом пересёк мост.
– Уходим! Быстрее! – крикнул он на ходу. Каджиты, чувствуя угнетение от безысходности, от бессилия повернуть всё вспять, чтобы итог был иным, не таким печальным и драматичным, побежали за ним. Нисаба, не спеша отходя спиной, смотрела на Маркиза, что был таким грозным в такой могучей броне, но таким слабым перед ордой бестий, что вот-вот вылезут из плотной чащи, звонко рыча, оскалив свои клыки и смотря на воина своими багровыми глазами. Но он не испугается. Он посмотрит смерти в лицо и усмехнётся, ожидая её холодных объятий. Нисаба смотрела на него, возможно, в последний раз.
– Нисаба! – крикнул Джи’Зирр, оборачиваясь. Каджитка посмотрела на него, потом снова кинула взгляд на противоположный берег. Потом развернулась и побежала, догоняя группу, что скрылась из виду среди плотной стены хвойных деревьев.
Маркиз стоял молча. Каджит выравнивал дыхание, успокаивал биение сердца, что вырывалось из груди. Боялся он? Возможно, но лёгкая дрожь проскользнувшая по его телу, не сбивала его пылкость и не могла потушить бушующее пламя, бушующую злость и ярость внутри него.
Наконец, бестии показались. Сначала выбежала одна, остановилась, заверещала, растопырив ноги и взирая на окровавленного воина. Потом появилась вторая, третья. Вскоре берег заполонили эти проклятые исчадия. Они окружили каджита, лишая его пространства для манёвра, оттесняя всё ближе к краю берега.
Одна тварь ринулась на него. Отпарировав её удары, каджит резанул бестию по лицу. Она упала, и тут же напала другая. Каджит увернулся от режущего удара, рассёк твари бок и, когда та свалилась, вогнал свой меч в грудь, держа рукоять обеими лапами и опускаясь на колени, вкладывая весь свой вес, ибо сил было уже немного.
Твари окружили каджита, но не сломили. Послышался хруст веток и из чащи, словно грозный тигр, выпрыгнул Тхингалл. Он накинулся на ближайшую бестию, свернул ей шею. Выхватив её чёрный клинок, каджит отбил атаки двух исчадий, поочерёдно парируя их и отступая маленькими шагами. Расправившись с одной, каджит ловко увернулся от удара по боковой траектории и воткнул меч в брюхо бестии. Маркиз увидел, как в тылу идёт бой. Бестии громко верещали, нападая на Тхингалла. Маркиз встал и ринулся на них, когда всё внимание было приковано к внезапно появившемуся каджиту.
Завязался бой. Тхингалл умело расправлялся с тварями, не чувствуя ничего, заглядывая в их глаза без души. Хладнокровие овладело каджитом и придавало ему сил. Хладнокровие и ярость, неутолимая жажда крови этих тварей, желание слышать их предсмертные крики, месть за своих сородичей, общину. Он убивал их без малейших эмоций. Маркиз вёл бой с двумя бестиями, лишь парируя их атаки. На контратакующие выпады сил у него уже не хватало.
Расправившись со всеми тварями, усеяв этот проросший зеленью берег их телами, Тхингалл подбежал к Маркизу. Он проткнул бестию со спины насквозь, потом вынул меч и с мощным махом срубил второй твари голову.
Маркиз упал на колено, стараясь отдышаться. Каджит присел, положив лапу на его плечо. Воин обхватил её своей, в стальной перчатке, поднял глаза и посмотрел на Тхингалла.
– Спасибо, дружище… – проговорил он медленно, еле слышно, и улыбнулся. Но вдруг снова послышалось верещание. Твари приближались. Их было ещё больше. Они разгоняли стаи ворон, что взлетали высоко над лесом, громко каркая.
Каджиты посмотрели в сторону лесного массива. Они снова приближались.
– Это не все… – сказал Маркиз, глядя на тела убитых. – Проклятье, сколько их там…
– Не важно. – Тхингалл крепко схватил каджита за руку. – Вставай, давай. Уходим отсюда.
– Нет… – ухватившись другой лапой, выронив меч из неё, Маркиз поднялся и отстранился. – Они настигнут нас. Я ранен, бежать не могу. Ты можешь. Уходи отсюда, найди остальных и… выживайте. Выживайте изо всех сил…