В заключение Своей речи Господь лишает иудеев последней почвы и основания, на котором они строили свои надежды. Он говорит им, что не кто другой, как Моисей, на которого они уповают, будет их обличителем на Суде Божием. Он их обвинит в неверии во Христа, ибо он писал о Нем. Здесь имеются в виду как прямые пророчества и обетования о Христе в книгах Моисеевых (см. Быт. 3, 15; 12, 3; 49, 10; Втор. 18, 15), так и весь вообще закон, который был тенью грядущих в Царствии Христовом благ (см. Евр. 10, 1) и детоводителем ко Христу (Гал. 3, 24).
Срывание колосьев в субботу
(Мф. 12, 1–8; Мк. 2, 23–28; Лк. 6, 1–5)
После этого Иисус ушел из Иудеи в Галилею. На обратном пути в Галилею в одну из суббот, которую святой Лука называет первой по втором дне Пасхи (Лк. 6, 1), Он проходил со Своими учениками через засеянные поля. Ученики Его, чувствуя голод, начали срывать колосья и, растирая их руками, ели зерна. Это было дозволено законом Моисеевым, который не разрешал только заносить серпа на чужую ниву (см. Втор. 23, 25). Но фарисеи сочли это нарушением субботнего покоя, не упустив случая упрекнуть Господа за то, что Он дозволяет ученикам это делать.
Чтобы защитить учеников от нарекания, Господь указывает фарисеям на случай с Давидом, описываемый в Первой книге Царств: как Давид, убегая от Саула, пришел в священнический город Номву и просил священника Авимелеха дать ему хлебов пять или что найдется, а тот дал ему прежние хлебы предложения, которые, по закону, могли съедаться только священниками (см. 1 Цар. 21, 1–6). Сила примера в том, что если никто не судил Давида за то, что он, мучимый голодом, ел эти хлебы, то и ученики Господа не заслуживают осуждения за то, что они, служившие Господу и не имевшие иногда даже времени, чтобы вкусить пищи, застигнутые голодом в субботу, нарушили заповедь о субботнем покое в столь незначительной степени, срывая колосья и растирая их руками.
Оправдав поступок Своих учеников, Господь открывает затем источник, из которого проистекло несправедливое осуждение учеников. Это – ложное понимание требований закона Божия. Если бы фарисеи понимали, что сострадательная любовь к голодному выше преданий и обычаев обрядословных, то не осудили бы невинных, ради утоления голода срывающих колосья. Не человек создан для соблюдения субботы, а суббота дана для человека, для его пользы, а потому человек, сохранение его от смерти и истощения сил, важнее, чем закон о субботе.
А что закон о субботе не есть полное запрещение что-либо делать вообще, это видно из того, что священники в храме по субботам закалывают жертвенных животных, снимают с них кожу, приготовляют их к принесению в жертву и сжигают их и, однако, невиновны в нарушении субботнего покоя. Если служители храма невиновны в том, что нарушают покой субботнего дня, то тем более невиновны служители Того, Кто больше храма и Кто Сам есть Господин и субботы, властный отменить субботу, как Он и установил ее.
Исцеление сухорукого в субботу
(Мф. 12, 9–14; Мк. 3, 1–6; Лк. 6, 6–11)
Этим исцелением Господь вновь возбудил против Себя негодование книжников и фарисеев, видимо, повсюду сопровождавших Его с целью обличать Его в нарушении Моисеева закона. Поставив фарисеям вопрос: Кто из вас, имея одну овцу, если она в субботу упадет в яму, не возьмет ее и не вытащит? (Мф. 12, 11). Господь показал, что в Его очах дела милосердия важнее соблюдения закона о субботнем покое и что вообще ради дел благотворения этот покой прерывать дозволительно.
Большое стечение народа вокруг Господа и обильные исцеления. Господь избегает известности. Пророчество об этом
(Мф. 12, 15–21; Мк. 3, 7–12)
По удалении Господа из синагоги, в которой Он исцелил сухорукого, за Ним последовало множество народа из Галилеи, Иудеи и даже из заиорданских и языческих стран, и Он совершил весьма много чудесных исцелений, запрещая, однако, разглашать о Нем. В этом святой Матфей видит исполнение пророчества Исаии о Возлюбленном Отроке Божием (см. Ис. 42, 1–4). В этом пророчестве, несомненно относящемся к Мессии, пророк прославляет кротость и смирение Христовы.
Приводя это пророчество, святой Матфей хочет показать евреям, что их представления о Мессии как о земном царе-завоевателе, который возвеличит еврейское царство и будет с внешним блеском и славой царствовать на престоле Давидовом, – ложны, что ветхозаветные пророки возвещали о Мессии кротком и смиренном, Царство которого будет не от мира сего, но Который тем не менее дарует закон всем язычникам и на имя Которого будут уповать народы.
Избрание
двенадцати апостолов
(Мф. 10, 2–4; Мк. 3, 13–19 и Лк. 6, 12–16)
Пробыв всю ночь в молитве, несомненно, об утверждении основываемой Им Церкви, на горе (по мнению древних, на Фаворе), Господь призвал учеников Своих и избрал из них двенадцать, чтобы они постоянно были при Нем и могли потом свидетельствовать о Нем. Это были как бы начальники новых будущих двенадцати колен Нового Израиля.
Число двенадцать имеет в Священном Писании знаменательное значение как произведение трех и четырех: Три – вечное несозданное Существо Божие, четыре – число мира (четыре стороны света). Число двенадцать обозначает проникновение человеческого и мирового Божественным.
Три первых евангелиста и Книга Деяний дают нам список имен двенадцати апостолов. В этом списке замечательно то, что апостолы разделены везде на три группы по четыре человека в каждой, причем во главе каждой группы стоят одни и те же имена и в составе каждой группы одни и те же лица. Имена апостолов следующие:
1. Симон-Петр
2. Андрей
3. Иаков
4. Иоанн
5. Филипп
6. Варфоломей
7. Фома
8. Матфей
9. Иаков Алфеев
10. Леввей, или Фаддей, как называли Иуду Иаковлева
11. Симон Кананит, или Зилот
12. Иуда Искариотский.
Варфоломей – это тот же, кого евангелист Иоанн называет Нафанаилом. Кананит – это перевод на еврейский язык греческого слова «зилот», что значит «ревнитель». Так называлась еврейская партия, ревновавшая о независимости еврейского государства. Слово «Искариот» считают составленным из двух слов: «Иш» – муж и «Кариот» – название города. Самое слово «апостол» в переводе с греческого значит «посланник», что соответствовало назначению избранных быть посланными на проповедь. Для большего успеха их проповеди Господь облек их властью исцелять болезни и изгонять бесов.
Нагорная проповедь
(Мф. 5, 6 и 7 главы; Лк. 6, 12–49)
Полностью Нагорная проповедь изложена только у евангелиста Матфея. В сокращенном виде ее излагает евангелист Лука, у которого отдельные части Нагорной проповеди встречаются далее в разных местах его Евангелия. Нагорная проповедь замечательна тем, что содержит всю сущность евангельского учения. Недалеко от Геннисаретского озера между Капернаумом и Тивериадой доселе показывают «гору Блаженств», с которой была произнесена Господом ради удобства многочисленного слушающего народа Нагорная проповедь.