Гордый своим избранничеством и не могший примириться с потерей своей самостоятельности, еврейский народ начал мечтать о приходе такого Мессии, который освободит их от чужеземного владычества, отомстит всем врагам, воцарится над евреями и поработит им все народы земли, причем даст им чисто сказочное благополучие: повелит морю выбрасывать жемчуг и все свои сокровища, оденет народ свой в багряницу, украшенную драгоценными камнями, и будет питать его манной, еще более сладкой, чем та, какая посылалась им в пустыне. С такими ложными мечтами о земном блаженстве, которое дарует им Мессия, они окружили Иисуса, ожидая, что вот-вот Он провозгласит Себя Царем Израилевым и наступит этот блаженный век. Они думали, что наступает конец их страданиям и унижениям, и они будут отныне счастливы (блаженны).
И в ответ на эти их мысли и чувства Господь раскрывает им Свое евангельское учение о блаженствах, в корне разбивая их заблуждения. Он учит здесь о том же, о чем говорил Никодиму: о том, что нам необходимо духовно переродиться, чтобы создать на земле Царство Божие, этот потерянный людьми рай, и тем приготовить себе блаженство вечной жизни в Царстве Небесном. Первый шаг к этому – осознать свою духовную нищету, свою греховность и ничтожество, смириться. Вот почему блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное (Мф. 5, 3).
Блаженны те, которые, видя и сознавая свои грехи, препятствующие им вступить в это Царствие, плачут о них, ибо они примирятся со своей совестью и утешатся (Мф. 5, 4).
Оплакивающие свои грехи доходят до такого внутреннего спокойствия, что уже становятся неспособными на кого-либо гневаться – делаются кроткими. Кроткие христиане действительно унаследовали землю, которой прежде владели язычники, но они наследуют землю и в будущей жизни – новую землю, которая откроется по разрушении этого тленного мира, «землю живых» (см. Пс. 26, 13; ср. Откр. 21, 1).
Блаженны алчущие и жаждущие правды, то есть исполнения во всем воли Божией, ибо они насытятся (Мф. 5, 6) – достигнут той праведности и оправдания Божия, которые дает искреннее стремление жить по воле Божией.
Поэтому блаженны милостивые, ибо они помилованы будут Богом (Мф. 5, 7), как и, наоборот, суд без милости не оказавшему милости (Иак. 2, 13).
Искренние дела милосердия очищают человеческое сердце от всякой греховной нечистоты, а чистые сердцем блаженны, потому что они своим сердцем, как духовным оком, Бога узрят (Мф. 5, 8).
Зрящие Бога стремятся подражать Ему, уподобляться Сыну Его, примирившему человека с Богом, принесшего мир человеческой душе. Они ненавидят вражду и потому становятся миротворцами, стремясь всюду водворять мир. Поэтому и они блаженны… ибо они будут наречены сынами Божиими (Мф. 5, 9).
Достигшие такой духовной высоты должны быть готовы к тому, что этот греховный мир, который лежит во зле (1 Ин. 5, 19), возненавидит их за ту правду Божию (Мф. 5, 10), носителями которой они являются, и начнет гнать их, поносить их, злословить и всячески преследовать за их преданность Господу Иисусу Христу и Его Божественному учению. Таковых, которые много терпят здесь за Христа, ожидает великая награда на небесах (см. Мф. 5, 11–12).
Эти девять новозаветных заповедей, носящих название заповедей Блаженства, представляют собой в сокращенном виде как бы все Евангелие. Характерно их отличие от десяти ветхозаветных заповедей. Там говорится преимущественно о внешних поступках человека и налагаются строгие прещения в категорической форме. Здесь говорится преимущественно о внутренней настроенности человеческой души и излагаются не требования в категорической форме, а лишь условия, при соблюдении которых достижимо для человека вечное блаженство.
Евангелист Лука дополняет учение святого Матфея о блаженстве. Он приводит слова Господа Иисуса Христа, содержащие предостережение тем людям, которые видят блаженство лишь в упоении земными благами. Горе вам, богатые! – говорит Господь (Лк. 6, 24), противопоставляя этих богатых нищим духом. Здесь имеются в виду не просто обладающие земным богатством, конечно, а уповающие на него, гордые, превозносящиеся, надменно относящиеся к другим люди.
Горе вам, пресыщенные ныне! ибо взалчете (Лк. 6, 25). В противоположность «алчущим и жаждущим правды» это – люди, не ищущие правды Божией, но довольные своей лжеправдой.
Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете (Лк. 6, 25). Такие, несомненно, противополагаются плачущим. Это люди беспечные, легкомысленно относящиеся к проводимой ими греховной жизни. Мир, во зле лежащий, любит тех, кто потворствует ему, кто живет по его греховным обычаям, поэтому горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо! (Лк. 6, 26), это признак неблагополучия вашего нравственного состояния.
Далее Господь говорит, что все Его последователи, исполняющие эти Его наставления, будут солью земли (см. Мф. 5, 13). Соль предохраняет пищу от порчи и делает ее здоровой, приятной на вкус, – так и христиане должны предохранять мир от нравственной порчи и способствовать его оздоровлению. Соль сообщает свою соленость всем веществам, с которыми близко соприкасается, – так и христиане должны сообщать дух Христов всем остальным людям, еще не ставшим христианами. Соль не изменяет сущности и внешнего вида веществ, в которых растворяется, а только дает им свой вкус. Так и христианство не производит какой-либо внешней ломки в человеке и человеческом обществе, но лишь облагораживает душу человека и через это преображает всю человеческую жизнь, придавая ей особый христианский характер.
Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? (Мф. 5, 13). На Востоке действительно есть вид соли, которая под действием дождя, солнца и воздуха теряет свой соленый вкус. Такую соль уже ничем не исправишь. Так и те люди, которые, однажды вкусив благодатного общения со Святым Духом, впали в непростительный грех противления Ему, уже неспособны без чрезвычайной помощи Божией обновиться духовно.
Светом мира является собственно Господь Иисус Христос, но, поскольку верующие воспринимают этот свет и отражают его в мир, они также являются светом мира (см. Мф. 5, 14). Таковы в особенности апостолы и их преемники, назначение которых в том и состоит, чтобы светить светом Христовым, – пастыри Церкви. Они должны так жить, чтобы, видя их добрые дела, люди прославляли Бога.
Намереваясь показать отношение Своего нового закона к ветхому, Господь предварительно успокаивает ревность иудеев по законе, подчеркивая, что Он пришел не нарушить закон, но исполнить (Мф. 5, 17). Христос действительно пришел на землю для того, чтобы на Нем исполнилось все ветхозаветное слово Божие, чтобы раскрыть, осуществить и утвердить всю силу закона и пророков – показать истинный смысл и дух всего Ветхого Завета.
«Как Он исполнил закон? – спрашивает блаженный Феофилакт и отвечает: – Во-первых, тем, что совершил все, предсказанное о Нем пророками. Он исполнил закон и тем, что восполнил его, ибо в совершенстве начертал то, чего закон представлял одну тень». Он дал более глубокое и духовное понимание всех ветхозаветных заповедей, уча о недостаточности одного внешнего, формального их исполнения.
Йота – самая малая по начертанию буква еврейского алфавита. Говоря, что ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона (Мф. 5, 18), Господь подчеркивает, что и самое малое в законе Божием не останется без исполнения. Фарисеи разделяли заповеди на большие и малые и не считали грехом нарушение «малых» заповедей закона, относя к ним, между прочим, заповеди о любви, милостыне и правосудии.
Малейшим наречется в Царстве Небесном (Мф. 5, 19) по свойству греческого выражения значит «будет отвержен, не войдет в Царствие Небесное». Праведность книжников и фарисеев характеризовалась лишь внешним исполнением мелочных правил. Она уживалась поэтому в их сердцах с самомнением, надменностью без духа смирения и кроткой любви, с гнусными пороками и страстями, в чем Христос Спаситель неоднократно с силой обличал их. От такой внешней, показной праведности Господь и предостерегает Своих последователей.
Далее на протяжении всей 5-й главы, начиная с 21-го стиха, Господь показывает, в чем именно пришел Он восполнить ветхозаветный закон. Он учит здесь более глубокому и духовному пониманию и исполнению ветхозаветных заповедей. Мало только не убивать человека физически, нельзя убивать его и морально, гневаясь на него напрасно: Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака», подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной (Ин. 5, 22).
Здесь применительно к еврейским представлениям указывается различная степень грехов гнева против ближнего. Обычный городской суд ведал меньшими преступлениями. Бóльшие преступления подлежали великому Синедриону или сонмищу – высшему судилищу, находившемуся в Иерусалиме и состоявшему из 72-х членов под председательством первосвященника. «Рака» значит «пустой человек» и выражает собой презрение. «Безумный» выражает собой крайнюю степень презрения или пренебрежения к ближнему: так называли не только глупого, но и нечестивого, бессовестного человека.
Наказание за эту высшую степень гнева – «геенна огненная». Так называлась долина Энномова, находившаяся к юго-западу от Иерусалима, в которой при нечестивых царях совершалось отвратительное служение Молоху (см. 4 Цар. 16, 3; 2 Пар. 28, 3), где проводили юношей через огонь и приносили в жертву младенцев. Эта долина после прекращения идолопоклонства сделалась предметом ужаса и отвращения. Туда стали свозить из Иерусалима нечистоты и трупы остающихся без погребения; там же совершались иногда и смертные казни. Воздух в этой долине был так заражен, что для очищения его там постоянно горел огонь, поэтому место это стало страшным и отвратительным, прозвано долиной огненной и стало служить образом вечных мучений грешников.
Кротость и любовь христианина к ближним должна простираться до того, чтобы не только самому не гневаться ни на кого, но и ничем не вызывать гнева против себя со стороны ближнего, разумеется, с недобрым чувством. Это препятствует с чистой совестью приносить молитвы Богу, а потому надо поспешить примириться с братом. Применительно к римскому судопроизводству, согласно которому заимодавец мог силой вести своего должника к судье, обиженный нами брат называется нашим соперником, с которым мы должны примириться, еще находясь на пути этой земной жизни, чтобы он не отдал нас судье – Богу и мы не понесли бы заслуженного возмездия (Мф. 5, 25). И святой апостол Павел торопил обидчика мириться с обиженным, говоря: Солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4, 26).
Точно так же недостаточно одним внешним образом исполнять седьмую заповедь закона Божия: Не прелюбодействуй (Исх. 20, 14), ограждая себя от грубого нарушения ее впадением в грех самым делом. Возвышая эту заповедь, Господь учит, что не только внешнее действие прелюбодеяния является преступлением, но и внутреннее вожделение – взгляд на женщину с вожделением (Мф. 5, 28). «Любодействует с женою в сердце, – говорит святой Афанасий Великий, – тот, кто согласен на дело, но препятствуют ему в том или место, или время, или страх гражданских законов».
Не всякий взгляд на женщину – грех, но взгляд, соединенный с внутренним пожеланием совершить с ней грех прелюбодеяния. В случае соблазна на грех нужно проявлять такую решимость к пресечению соблазна, чтобы не пожалеть ничего самого дорогого, каковыми являются для человека собственные члены его тела – глаз или рука (см. Мф. 5, 29–30). В данном случае глаз или рука указываются здесь как символы всего драгоценного для нас, которым мы должны пожертвовать ради того, чтобы искоренить страсть и избежать впадения в грех.
В связи с этим Господь запрещает мужу разводиться с своей женой, кроме вины любодеяния (Мф. 5, 32). Ветхозаветный закон Моисеев разрешает мужу развестись со своей женой, дав ей разводное письмо (см. Втор. 24, 1–2) – письменное свидетельство, что она была его женой и что он отпускает ее от себя по такой-то или такой-то причине. Положение женщины при произволе мужа было тогда весьма тяжелым.
Господь в другом месте говорит, что разрешение разводиться с женой дано Моисеем евреям по их жестокосердию (Мк. 10, 5), но что изначала не было так, что брак установлен Богом как союз нерасторжимый. Он расторгается сам собою только в случае прелюбодеяния одного из супругов. Если же муж без этой причины разводится со своей женой, то он толкает ее на прелюбодеяние, так же как и является виновником прелюбодеяния того, кто возьмет ее.
Ветхозаветный закон запрещал употреблять клятву именем Божиим в делах пустых, тем более во лжи. Третья заповедь закона Божия запрещает употребление имени Божия всуе, запрещает всякого рода легкомысленное отношение к клятве именем Божиим. Современные Господу Иисусу Христу иудеи, желая по букве исполнить это запрещение злоупотреблять именем Божиим, вместо этого клялись небом или землей, Иерусалимом, своей головой. Таким образом, без употребления имени Божия они все же клялись и всуе, и во лжи.
Эти клятвы и запрещает Господь Иисус Христос, ибо все сотворено Богом: клясться каким-либо Его творением значит клясться Сотворившим, и клясться Им во лжи значит оскорблять святость клятвы. Христианин должен быть настолько честным и правдивым, что ему должны верить по одному слову: да, да; нет, нет (Мф. 5, 37) без всякой божбы. Но в важных случаях этим отнюдь не запрещается законная клятва или присяга. Сам Господь Иисус Христос утвердил клятву на суде, когда на слова Первосвященника: Заклинаю Тебя Богом живым – отвечал: Ты сказал, ибо такова именно была у евреев форма судебной присяги (Мф. 26, 63–64). И апоcтол Павел клянется, призывая Бога в свидетельство истины своих слов (см. Рим. 1, 9; 9, 1; 2 Кор. 1, 23; 2, 17; Гал. 1, 20 и др.). Запрещается клятва пустая, легкомысленная.