Как делаются деньги? Философия посткредитного капитализма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В примере, данном Мэнкью, предполагается, что кредиты, выданные частными банками, выплачиваются клиентам наличными. Сегодня это скорее исключение, чем правило. Если клиенту банка выдается кредит, размер займа обычно просто переводится на его текущий счет, а не выдается наличными. И даже если клиент начинает тратить деньги на покупку товаров или услуг, ему не нужно предварительно конвертировать кредитные деньги в наличные. Он может осуществить покупку, используя дебетовую карту, чек или банковский перевод. Это означает, что наличные не нужны для того, чтобы деньги переместились из первого банка к заемщику, от заемщика к продавцу и от продавца во второй банк. Когда кто-то пользуется кредитной картой, чтобы заплатить за товар, все эти трансакции происходят одновременно: займ начисляется банком владельца кредитной карты; кредит выпускается банком пользователя кредита; кредит переводится на счет в банке получателя платежа. Наличные не нужны для того, чтобы осуществить эти трансакции.

Более того, объяснение денежного мультипликатора предполагает, что банк должен ждать, когда будет сделан наличный вклад, чтобы запустить весь процесс создания кредитных денег. Однако из вышесказанного следует, что вклады совершаются в рамках того же действия, что и выпуск займа. Как мы уже видели, когда клиент банка берет займ, эквивалентная сумма незамедлительно начисляется на его текущий счет в качестве депозита. Так же как и кредитные деньги могут не превращаться в наличные, чтобы покинуть банк, депозитам не нужно приходить в банк в виде наличных. Депозиты и займы – просто две стороны одной монеты. Или же, иначе, депозиты и займы – просто две стороны одной бухгалтерской проводки. Размышляя в этом направлении, Бенис и Кумхоф предлагают расстаться с обычными представлениями о современных банковских операциях, преобладающими в сегодняшней макроэкономике:

Основная идея здесь такая же, как и та, которой мы ранее касались в придуманном сценарии с финансовым предпринимателем Джоном. Кредитные деньги – это не просто замена реальных наличных денег. При определенных условиях сами кредитные деньги начинают функционировать в качестве средств обмена и платежа. Очевидно, сценарий с участием Джона существенно отличается от реальной современной банковской практики, поскольку частный банк Джона выпускает физические токены, олицетворяющие кредитные деньги. Хотя настоящие частные банки ничего подобного сегодня не делают, эволюция все более эффективных и повсеместных систем электронных платежей и переводов кредита позволяет этим банкам функционировать таким образом, что, в принципе, они становятся похожими на банк Джона. И самодельные долговые расписки Джона, и кредитные деньги, выпускаемые частными банками, функционируют так, как если бы они действительно были деньгами, что фактически их ими и делает.

Основываясь на понимании банков как создателей денег и кредита, Вернер предлагает версию банковского мультипликатора, альтернативную той, что мы находим в учебнике[207]. Вместо того чтобы разделить исходный депозит в 1000 евро на 200 евро, которые остаются в качестве резерва, и 800, которые можно выдать как новый займ, банк удерживает всю сумму в 1000 евро в качестве резервов, на основе которых заемщику может быть выдан кредит в виде учетной записи на счете заемщика. Если мы предположим, что требования к резервам составляют 20 %, банк мгновенно может выпустить кредитные деньги в размере 4000 евро. Банк одновременно фиксирует долг заемщика – 4000 евро – и кредитует его счет на 4000 евро, которые сразу же можно использовать. Однако если экономика основана на эффективной системе кредитных платежей, где большинство платежей осуществляется через электронные кредитные переводы, практическая необходимость хранить наличные резервы будет намного ниже. Как мы скоро увидим, именно такая ситуация наблюдается сегодня почти во всех развитых экономиках, что также отражается в требованиях к ставке резервирования (между 0 и 2 %), узаконенных банковскими властями в большинстве западных стран. В своем примере Вернер принимает норму обязательного резервирования, равную 1 %, что позволяет банкам выпускать 99 000 евро на основании начального вклада в 1000 евро. Он обобщает свой довод так:

C точки зрения индивидуального потребителя кредитные карты, дебетовые карты, интернет-банкинг и прочие электронные платежные системы предлагают удобную альтернативу наличным платежам. Однако эти системы с макроэкономической точки зрения являются еще важнейшим компонентом значительного сдвига в онтологическом образовании денег. Денежная инфраструктура, обеспечиваемая этими электронными системами, является условием возможности обращения кредитных денег не просто в качестве олицетворения резервов реальных наличных денег, а, скорее, в качестве денег как таковых. Увеличение доли частных кредитных денег относительно банкнот и монет в общей денежной массе между 1960-ми и сегодняшним днем (что проиллюстрировано графиками 1–4) обозначает сдвиг в отношениях экономической власти от государства и центрального банка с одной стороны к частным банкам – с другой. Хотя этот сдвиг имеет значительные последствия для пользователей денег, индивидуальный потребитель не сразу может это разглядеть.

В вымышленном случае с Джоном растущая важность банка сразу же видна пользователям денег, поскольку они замечают, что долговые расписки предпринимателя составляют все большую часть их платежей и денежных запасов. Разумеется, они могут продолжать воспринимать эти деньги просто как замену настоящих банкнот Федерального резерва. Но в нашем обществе виртуальная, а потому практически невидимая природа кредитных денег означает, что изменение пропорций созданных государством наличных денег и кредитных денег частных банков намного менее заметно. Ингэм размышляет над расхождением между реальной пропорцией наличных в обращении и идеологической значимостью наличных для общего облика денег:

Объяснение частичного банковского резервирования через денежный мультипликатор, похоже, воспроизводит этот популярный взгляд на деньги. Хотя в нем действительно признается тот факт, что доля частных кредитных денег перевешивает долю наличных, объяснение денежного мультипликатора продолжает поддерживать образ кредитных денег как «в конечном счете» наличных. Эта онтологическая предпосылка также заложена в обычном разделении между денежной базой (деньгами центрального банка) и «широкими» деньгами (частными банковскими деньгами). В рамках этого объяснения наличным вкладам позволяется быть источником многократного создания кредита, что приводит к приумножению кредитных денег. Тем не менее наличные все равно необходимы для осуществления реальных платежей либо между пользователями денег, либо между банками. По мере того как системы развиваются настолько, что могут производить оба типа платежей без вовлечения центрального банка, предположение теории денежного мультипликатора о том, что кредитные деньги зависят от наличных, кажется все более сомнительным.

Межбанковский денежный рынок

Эволюция кредитных карт, дебетовых карт, интернет-банкинга и других электронных платежных систем является только одним из условий для возможности хождения и распространения кредитных денег как денег. Другое условие – это наличие межбанковского денежного рынка. Когда кредитные деньги используются непосредственно как средство платежа, речь идет о переводе денег со счета плательщика на счет того, кому платят. Если плательщик и получатель платежа являются клиентами одного банка, этот перевод осуществляется просто через дебетование счета первого и кредитование счета последнего. Если две стороны – клиенты разных банков, перевод получится осуществить несколькими способами. В качестве первого варианта мы можем представить, что банк 1 дебетует счет плательщика А и затем банковский клерк физически переносит соответствующую сумму денег наличными из банка 1 в банк 2. Получив наличные, банк 2 затем кредитует счет получателя платежа Б, тем самым завершая перевод. Очевидно, что это очень непрактичный способ совершать межбанковские кредитные переводы. Непрактичность этого метода заключается не только в тех неудобствах, которые испытывает клерк, которому нужно бегать туда-сюда между разными банками. Этот подход также требует от банков хранить значительное количество наличных, чтобы осуществлять платежи другим банкам, что, в свою очередь, ограничивает их возможность создавать кредит.

Суть второго и более реалистичного метода заключается в том, чтобы каждый банк в конкретной экономике имел счет в центральном банке. Когда клиент А в банке 1 совершает платеж клиенту Б в банке 2, используя свою кредитную карту, банк 1 дебетует счет плательщика А, а затем просто отправляет запрос в центральный банк на перевод кредита с его собственного счета в центральном банке на счет банка 2 в центральном же банке. Эта операция производится с помощью простого бухучета со стороны центрального банка. Как только банк 2 получает уведомление о переводе, он кредитует счет клиента Б. Весь этот перевод может быть осуществлен в электронном виде без участия бегающих банковских клерков.

Однако этот второй вариант все равно требует, чтобы коммерческие банки размещали определенное количество своих активов в качестве резервов центрального банка, дабы обслуживать межбанковские кредитные переводы. Депозиты коммерческого банка в центральном банке образовываются несколькими способами: коммерческие банки могут физически перевести наличные вклады клиентов банка в центральный банк. Коммерческие банки также могут просто занять средства у центрального банка по так называемой учетной ставке. И, наконец, центральный банк может приобрести финансовые активы у коммерческих банков. Эти активы могут состоять из различных форм долга, таких как государственные облигации, казначейские облигации или коммерческие облигации высокого качества. Соглашения РЕПО[210] являются комбинацией займов и покупок финансовых активов центральным банком. В рамках РЕПО центральный банк приобретает финансовые активы у коммерческого банка за наличные или за резервы центрального банка с договоренностью о том, что коммерческий банк выкупит активы по истечении определенного периода времени. Это, по сути, создает обеспеченный займ, выдаваемый центральным банком коммерческому банку.

Когда коммерческие банки используют депозитные счета центрального банка для межбанковских кредитных переводов или погашения долга, создание кредитных денег по-прежнему остается отчасти ограниченным денежным предложением центрального банка. Мы, иными словами, остаемся внутри обычной модели денежного мультипликатора. Однако существует третий способ для кредитного перевода, который разводит две формы денег и ослабляет ограничения на создание кредитных денег. Вместо того чтобы сразу же запрашивать перевод кредита через центральный банк, когда клиент А в банке 1 делает платеж клиенту Б в банке 2, два банка могут решить вести учет текущего баланса платежей между друг другом. Возможно, клиент А совершит платеж клиенту Б утром, а затем днем клиент Б совершит такой же платеж клиенту А. Вместо того чтобы обращаться к центральному банку, банк 1 и банк 2 могут просто произвести к концу дня взаимозачет.

Вот так, в общем-то, и работает кредитное погашение межбанковского денежного рынка. Тут мы можем распознать основополагающий принцип из работ Митчелла-Иннеса о функции средневековых ярмарок как расчетных палат. Так же как эволюция эффективных и повсеместных систем электронных платежей через кредитные карты, дебетовые карты, интернет-банкинг и т. д. постепенно избавила коммерческие банки от нужды хранить наличные, эффективный межбанковский денежный рынок частично освободил коммерческие банки от необходимости держать резервы в центральном банке для обслуживания межбанковских платежей. Межбанковский рынок частично освобождает создание кредитных денег от денежного предложения центрального банка.

Как мы увидели в ходе обсуждения кредитной теории денег в четвертой главе, создание стабильных кредитных денег предполагает центрального должника, чей кредит обычно принимается по номинальной стоимости. Кредит, выпущенный этим должником, является абстрактным стандартом стоимости, относительно которого измеряются все остальные кредиты. Я также назвал его «богом должников». Таким образом, межбанковский денежный рынок не может функционировать без участия центрального банка.

Переводы кредита между коммерческими банками, получается, функционируют как комбинация первого и третьего способов, представленных выше[211]. Эффективные межбанковские денежные рынки существуют, чтобы способствовать переводу кредитных денег между коммерческими банками, но центральные банки по-прежнему играют важнейшую роль в поддержании рынков. Когда возможно, коммерческие банки производят расчеты кредитов между собой, но иногда они прибегают к клирингу центрального банка. Мы еще вернемся к взаимосвязи между двумя формами расчетов.

От того, в какой степени сеть коммерческих банков на межбанковском денежном рынке может производить взаимозачеты платежей между собой без использования счетов в центральном банке, зависит количество кредитных денег, которые эти банки могут создать, не будучи ограниченными своими резервами денег центрального банка. Другими словами, эффективность межбанковского денежного рынка сокращает норму обязательных резервов коммерческих банков. Но на практике норма резервов отдельных банков может различаться в зависимости от размера банка и его позиции в сети. Крупные банки со значимыми долями рынка осуществляют большее количество платежей, в которых все стороны – клиенты одного банка. Это означает, что для платежных расчетов им даже не нужен межбанковский рынок. Банкам поменьше нужно проводить расчеты почти всех своих платежей через рынок и, соответственно, держать больше резервов в центральном банке относительно количества выданных кредитов.

Межбанковский денежный рынок не только работает как место, где банки могут рассчитаться друг с другом. Это еще и рынок, где банки могут одалживать друг другу деньги. Таким образом, коммерческие банки способны установить оптимальный для себя уровень резервов в соответствии с юридическими и практическими требованиями. Банк с избыточными резервами может решить выдавать займы банкам со слишком маленькими. Это позволяет каждому отдельному банку найти оптимальный и самый прибыльный способ финансировать свою деятельность. Лишние средства могут быть выданы в долг по оптимальной процентной ставке, а необходимые средства могут быть получены по самой низкой возможной ставке. Существование ликвидного межбанковского денежного рынка добавляет ликвидности различным видам долга и ценных бумаг, что торгуются на рынке. Вместо того чтобы держать в резервах наличные, не приносящие процентов, банки могут держать долги или ценные бумаги, по которым начисляются проценты, поскольку межбанковский денежный рынок позволяет мгновенно конвертировать эти активы в наличные или в форму кредита, нужную банку для осуществления своей деятельности.

С одной стороны, межбанковский денежный рынок – такой же «рынок», как и любой другой, где вещи покупаются и продаются по ценам, более-менее обусловленным спросом и предложением. «Вещами», которые покупаются и продаются на межбанковском денежном рынке, являются активы с разным уровнем ликвидности. Цена ликвидности выражается через межбанковскую процентную ставку конкретного рынка, такую как LIBOR (Соединенное Королевство), EURIBOR (еврозона) или ставку по федеральным фондам (США). Если наблюдается нехватка ликвидности – цены растут, если избыток – падают. С другой стороны, межбанковский денежный рынок сильно отличается от большинства других рынков. Хотя банки действительно могут получать прибыль, покупая и продавая различные виды денег на межбанковском рынке, это не является их основной мотивацией для участия в нем. В то время как каждый отдельный банк может быть заинтересован в привлечении самого лучшего финансирования, доступного на межбанковском рынке, у всех них есть куда более сильная коллективная заинтересованность в эффективном функционировании самого рынка.

Эффективный межбанковский рынок имеет идеологическую функцию стирания разницы между кредитными деньгами коммерческих банков и фидуциарными деньгами, созданными государством. Безусловная готовность центрального банка обменивать деньги центробанка на кредитные деньги коммерческих банков по номинальной стоимости позволяет кредитным деньгам коммерческих банков иметь хождение в экономике, как будто бы они являются на самом деле деньгами центробанка. Стирание границы между кредитными деньгами и фидуциарными осуществляется самыми разными способами, посредством которых центральный банк принимает различные виды кредита и ценных бумаг в обмен на деньги центрального банка. Когда межбанковский рынок функционирует наиболее эффективно, центральному банку даже не надо реально осуществлять эти трансакции. Одной готовности, если это понадобится, достаточно. Обязательство центрального банка принимать кредитные деньги по номинальной стоимости у любого банка, входящего в межбанковскую сеть, позволяет банкам обмениваться кредитами между собой по номинальной стоимости, без необходимости выяснять кредитоспособность каждого отдельного банка. Как мы уже заметили, центральный банк функционирует как «верующий последней инстанции», что позволяет всем коммерческим банкам безусловно верить друг в друга.

Здесь мы видим, как «вещь» – ликвидность – которая торгуется на межбанковском денежном рынке, не подчиняется тем же законам спроса и предложения, что и обычные товары. Рыночная эффективность, верность центрального банка своему обязательству и сохраняющаяся вера коммерческих банков в кредитоспособность друг друга приумножают общую ликвидность на рынке таким образом, что это выгодно всем участникам рынка. Это происходит потому, что можно обращаться с деньгами, выпущенными отдельными коммерческими банками, как с ликвидной наличностью. Межбанковский денежный рынок ликвидности является практически полной противоположностью игры с нулевой суммой. Это становится очевидным, когда на рынок оказывается давление во времена кризиса. Дэвис и Грин показывают, как это произошло в 2009 году, после финансового кризиса:

В этой ситуации идеология, скрывающая ту разницу между фидуциарными и кредитными деньгами, что обеспечивает обмен по номиналу, размывается. Вместо общей межбанковской ставки процента кредит теперь торгуется по разным ценам, в зависимости от «конкретного имени» эмитента. Кризис обнажает разницу между кредитными деньгами коммерческих банков, стоимость которых в конечном счете зависит от возможности выпускающего банка их погасить, и фидуциарными государственными деньгами, стоимость которых обеспечена существованием и мощью государства.

Обратившись к идеям Джорджо Агамбена, мы можем охарактеризовать природу межбанковского денежного рынка как «зону неразличимости»[213]. Различие между государством и частными банковскими агентами стирается точно так же, как стирается граница между кредитными и фидуциарными деньгами на межбанковском рынке. Межбанковский рынок – это место, где частные агенты торгуют ликвидными активами с целью извлечения прибыли. Но в то же время это и рынок, где центральный банк играет ключевую роль, используя свою монополию на выпуск фидуциарных денег от имени государства. Эта монополия не только используется для обслуживания интересов частных банков; она даже подрывает свое собственное значение, наделяя частные банки де-факто возможностью выпускать кредитные деньги, которые функционируют как будто они настоящие, фидуциарные. Когда центральный банк распространяет на частные банки такие привилегии, как доступ к дисконтному окну (заемным средствам, предоставляемым центробанком), гарантии кредитора последней инстанции и страхование вкладов, разница между государственными и частными рыночными агентами становится чрезвычайно размытой.

Вероятно, наиболее наглядным примером является Федеральный резерв США. Федеральным резервом по факту владеют частные банки, которые составляют американскую банковскую систему, хотя его действия, по идее, находятся под контролем и наблюдением со стороны конгресса. Федеральный резерв описывает свой статус следующим образом: «независимый орган внутри правительства»[214]. Двусмысленность этой фразы, возможно, лучше всего интерпретировать как симптом того, что политическая роль Федерального резерва является предметом непрекращающейся борьбы и отнюдь не тривиальна. Или же, как сформулировал один критик: «Федеральный резерв США не более федеральный, чем Federal Express[215]».

Агамбена интересуют правовые парадоксы, связанные с чрезвычайным положением. Когда суверен объявляет чрезвычайное положение, он использует свою законную власть, чтобы приостановить саму власть закона:

Взаимодействие между центральным банком и коммерческими банками на межбанковском денежном рынке – это непрекращающийся процесс переговоров и координации способности создавать деньги. С одной стороны, суверенное государство обладает совершенно определенной монополией на способность создавать новые деньги. С другой стороны, его монополия де-факто передана в руки частных агентов, выпускающих кредитные деньги, которые функционируют просто как деньги. Агамбен называет то место, где закон открывает возможность приостановки собственного действия в условиях чрезвычайного положения, «лакуной». В денежной системе, по всей видимости, центральный банк является институтом, олицетворяющим эту лакуну. Центральный банк – это место, где государство использует свою суверенную власть для создания новых денег, чтобы дать возможность создавать новые деньги сети частных банков. Когда система создания кредитных денег частными банками находится под угрозой, центробанк прибегает к исключительным мерам, чтобы обеспечить выживание системы. Нынешний период финансового и денежного кризиса дает множество подтверждений этого факта. Среди них случаи, когда центральные банки выступают в роли кредиторов последней инстанции для того, чтобы спасти банки, испытывающие финансовые затруднения. Для этого они могут повысить предложение ликвидности на рынке через покупку безнадежного долга («проблемные активы») или дать доступ к заемным средствам центробанка (приоткрыть дисконтное окно) даже инвестиционным банкам. В терминах Агамбена действия центробанка и функционирование межбанковского денежного рынка «связаны прежде всего с порогом, или зоной неразличимости», где создание государственных денег и создание кредитных денег «не исключают друг друга, а сливаются в одно».

Влезем через дисконтное окно

Возникновение эффективных систем кредитных платежей и межбанковских денежных рынков снижает спрос на наличные и резервы центробанка, что устраняет практические ограничения на возможность коммерческих банков создавать кредитные деньги. Однако эту возможность ограничивают не только они. Правительства и центральные банки принимают различную политику и юридические требования в отношении частных банков с целью контролировать предложение денег. Такие меры включают рационирование кредита, нормирование обязательного резерва и изменения учетной ставки. В том же году, когда произошел крах Бреттон-Вудской системы, Банк Англии объявил реформу конкуренции и кредитного контроля 1971 года – реформу банковской системы Соединенного Королевства. Целью реформы было стимулировать конкуренцию внутри банковского сектора Соединенного Королевства не только между разными банками, но также между банками и другими агентами в финансовом секторе[217]. Реформа конкуренции и кредитного контроля была лишь крошечной частью куда более комплексной тенденции к дерегулированию и либерализации – и, по факту, также финансиализации и глобализации – банковских секторов наших экономик. Эта реформа особенно примечательна, однако, тем, что включала набор мер, свидетельствовавших о более общем сдвиге в банковской политике сопоставимых западных стран. В этом смысле мы можем рассматривать реформу как симптом более широкого парадигматического сдвига.

ГРАФИК 5. Ликвидные активы в фунтах стерлингов по отношению к совокупным активам банковского сектора Соединенного Королевства

ИСТОЧНИК. Банк Англии (Bank of England), Bankers Magazine (1960–1968) и расчеты Банка Англии

[207] Werner R. New Paradigm in Macroeconomics. P. 177–187.

[210] Или RЕPО (от англ. repurchase agreement, repo). – Примеч. пер.

[211] Ryan-Collins J. et al. Where Does Money Come From? P. 52–76.

[213] Агамбен Д. Homo Sacer. Суверенная власть и голая жизнь.

[214] Board of Governors of the Federal Reserve System. ‘FRB: Who owns the Federal Reserve?’.

[215] Частная почтовая компания из США. – Примеч. пер.

[217] Davies J.B. and Richardson P. ‘Evolution of the UK banking system’.