История свердловского рока 1961-1991 От «Эльмашевских Битлов» до «Смысловых галлюцинаций»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все Дуби — братья

(«ПерекатиПоле», № 2, 1989)

Оценивая эту работу, проделанную в феврале 1988 года в студии А. Кальянова и Аллы Пугачёвой (голос которой вы слышите в «Докторе»), необходимо помнить, что это первый опыт самодеятельных музыкантов в условиях настоящей студии. Лично мне больше всего нравится гитарное соло Владимира Елизарова («Доктор твоего тела»).

Неадекватное решение песен «Шар цвета хаки» и «Я хочу быть с тобой» привело к искажению содержания. В старой версии первой из них вся драматургия держалась на антимузыкальных, враждебных человеческому существу воплях «Марш!..». Их сменили на мощный, но слаженный хор — и песня получилась ни о чем, этакая «Bohemian Rhapsody»… Во второй каждый участник постарался сыграть настолько красиво, что интимное обращение трансформировалось в нечто прямо противоположное: я хочу, чтобы все слышали, как красиво я хочу быть с тобой.

Есть пластинка типа «Оркестр клуба одиноких сердец Поля Мориа». «Князь тишины» как раз из этой стопки…

Как один из организаторов записи, замечу, что Елизаров проделал огромную работу по подготовке и записи диска в крайне сжатые сроки. Было бы несправедливо свалить на него вину за неудачу лонгплея, тем более что без него вышло бы гораздо хуже — в конце концов, он предлагал команде и авторам по нескольку вариантов аранжировки каждого номера, и выбирали они. Кроме того, он непосредственно участвовал в записи и сведении альбома, сыграл все гитарные партии, сочинил и запрограммировал все партии ударных и баса (Yamaha RX-5). Остальные участники записи: Бутусов (вокал), Хоменко, Комаров (синтезаторы), Могилевский (вокал, саксофон).

Опыт записи этой пластинки показывает, что при сэмплерной и секвенсорной технике хватило бы двух человек: Бутусова (голос) и Елизарова (голова и руки).

«Мелодия» тоже поучаствовала — до такой безвкусицы в расстановке песен своим умом не дойти, даже если «будет еще одна пьяная ночь».

Александр Калужский

(«ПерекатиПоле», № 5, 1990)

Бурная биография у этого альбома. Желание развернуть творчество на 180 градусов, примирение с лучшим другом, совместный мозговой штурм в подмосковной глуши, приглашение специалистов из родных краев, отказ от их услуг, рекорд-сессия вдали от дома, козни роковой красавицы, внезапная ссора, окончательный разрыв, исчезновение готового творения, явление слушателям шесть лет спустя. Если и не «Санта-Барбара», то уж точно сериал «Ландыш серебристый».

Непонятно, что представляет собой «Человек без имени»: полуфабрикат, ¾-фабриката или готовый продукт. В любом случае, появившись на CD только в 1995 году, он безнадежно устарел. «Наутилус» за 6 лет ушел далеко вперед, и «ЧБИ» смотрелся рядом с «Крыльями», как «Лада Калина» рядом с «Мерседесом».

Видимо, Бутусову было жалко пропавшего материала, и часть песен из «Человека без имени» он включил в альбом «Родившийся в эту ночь», записанный год спустя новым гитарным составом «НП». Из тех песен, что остались невостребованными, самая удачная — веселенькая «Непорочное зачатие».

Д. Лемов, 2016

Каждый год похож и не похож на предыдущий. «Лентопротяжка» работает исправно — день за днем, день за днем… У каждого автора — свое, особое устройство. У одного — радио, у другого — радиола, у третьего — видеоплейер… Это приметы времени. Не обошло оно и рок-н-ролл: он уже давно не сейсмограф, но еще и не «персоналка» — и слава богу!

У «Отражения» — простой отечественный «маг», настроенный и отлаженный собственными руками; «запись» — его рабочий режим — 1986 — «Другая игра», 1987 — «Излом», 1988 — «Членский взнос», 1989 — «Позиции любви» (рабочее название). Из года в год группа скрупулезно фиксирует меняющийся мир и себя, меняющихся в этом мире. Путь художника — путь к самому себе. «Отражение» на верном пути. Последняя работа убеждает прежде всего в этом. Но еще и в том, что пройти им предстоит немало.

Что ждет слушателя этого альбома? Прежде всего, то, что стало «фирменным знаком» группы, то есть добротная гитарная работа, удачно дополняемая клавишными, на прочном (хотя и подвижном!) фундаменте ударных и баса. В этом альбоме звучание гитары (С. Кондаков) обогатилось новыми для «Отражения» оттенками: торжественная грязь мейнстрима (гитарные «проезды» «На передовой», по бездорожью «Маугли»); холодные отблески городского электрического блюза («люби меня в тепле») и совсем иной мир, где всем заправляет зав. клубом по фамилии Перец «More than twenty years ago today» — пчхи! Ностальгический звук органа (В. Филиппов), практически лишен стилистических промахов (лично мне в нем недостает более глубокого проникновения в традицию, да к тому же где взять «Хэммонд»?). В связи с материалом, может, имеет смысл приглашать «гостей» («I get higher with a little help of my friends»)? Саксофонные партии (А. Голиков), как правило, на месте, но подчас решены одинаково, что снижает динамику альбома в целом.

Теперь о материале. Его музыкальная сторона обладает богатым потенциалом, которым, по моему убеждению, авторы не сумели распорядиться: обилие идей, иногда не стыкующихся между собой, создает порой ощущение некоторой путаницы. Песня (скажем, «Политический») начинается в одном ключе, затем съезжает совсем в иную плоскость; далеко не всякий поворот темы представляется мне внутренне оправданным. Сильные места композиций группы — начала и концовки. Провисания в середине досадны, потому что в целом материал действительно хорош. Может, более бесхитростное построение мелодии давало бы более цельный результат? Когда речь идет о передаче энергии, цельность важнее избыточной изощренности: 220 V разом — нечто иное, чем два раза по 110. Не надо бояться простоты.

Тексты. Их написал Борис Катц, недавно справивший новоселье в пригороде Тель-Авива. (Думаю, что в его лице «Перекати-Поле» приобретает внештатного корреспондента — из Штатов нам уже пишут.) «Другая игра» была написана на тексты Жени Карзанова, когда на «Изломе» появился новый автор, Петя Сытенков, группу в шутку переименовали в «Отрапетие». Доля правды заключается в том, что попадания редки. На этом альбоме отметим «На Передовой» и «Земледелие». Неплохое впечатление оставляют «Николай», «Маугли». Поскольку в развитии «Отражения» наметилось движение в сторону ритм-н-блюзовой традиции, его продолжением могло бы стать более инструментальное звучание при минимуме текстовой нагрузки, с которой, при таком раскладе, группа смогла бы справиться без помощи извне.

У «Отражения» немного старомодный «маг», но в этом немало достоинств: мне по душе его прочность и основательность, живое тепло работающих ламп — запись продолжается. Дело за балансом.

А. Калужский

(«ПерекатиПоле», № 3, 1990)

Солнце, жара, пляж, загар — суровой уральской погоде так не хватает всего того, о чем поется в альбоме группы «Топ». Рок-н-ролл, твист, буги-вуги, широкая белозубая улыбка — серьезной и пафосной уральской рок-музыке так не хватало всего того, что звучало на альбоме группы «Топ». В тревожном и непонятном 1989 году музыканты предложили слушателю хотя бы на 40 минут отвлечься, перестать париться о насущных проблемах, просто расслабиться и посмеяться. Повеселиться есть над чем. Альбом наполнен забавными ситуациями и персонажами. Тут и директор школы, четвертый день смотрящий стриптиз, и блондинка Лара, которая «белее писсуара», и главный герой нескольких песен, на каждом углу ищущий «шуби-дуби-лав». Это никакая не сатира, это просто остроумное зубоскальство. Если использовать экранные аналогии, то альбом «Топа» — это не «Фитиль», а «Ералаш». К сравнению с детским киножурналом подталкивает и подростковый возраст многих действующих лиц, и то, что музыка «С'Топа» вполне могла бы звучать на школьных танцах. Правда, не в 1989 году, а тогда, когда «топовцы» сами были старшеклассниками. Нет, Евгений Горенбург вовсе не впадает в детство, он просто ностальгирует, и здорово, что его воспоминания такие яркие и оптимистичные. Рассуждения о том, в каком стиле играет «Топ» — поп, поп-рок, бабл-гам-рок или еще в каком-то, — дело пустое. Зачем нужен стилистический анализ, если группа просто хотела подарить своим слушателям 40 минут хорошего настроения. Подарок удался!

Д. Лемов, 2016

Видимо, бас-гитара была для Пантыкина чем-то вроде волшебного талисмана. Стоило ему отказаться от нее и полностью посвятить себя родным клавишам, как что-то пошло не так… Вроде бы сбылись Александровы мечты: с ним играют высококлассные исполнители, запись наконец-то выполнена на достойном уровне, но получившийся результат трудно назвать удачей.

Пантыкинское увлечение почти безграничными возможностями современных клавишных инструментов сыграло с ним дурную шутку. Под широкие аккорды и хитрые эффекты рок исчез из этого альбома, как воздух из проколотого шарика. Получилась просто удалая попса. «Ангела» или «Запоздалый поезд» легко представить в эфире какой-нибудь «Песни года-89». Даже зачем-то переделанный мегахит «Урфина Джюса» «Автомобиль без управления» сбился с курса, резко замедлил ход и превратился в разукрашенную, но банальную тачку, навроде зеленоглазого такси. Как ни старался Пантыкин приклеить на этот драндулет лэйбл «Урфин Джюс», ему это не удалось. Публика отказалась считать это сладкое повидло четвертым альбомом «УД».

Д. Лемов, 2016

Эта игра допускает старые правила — за основу альбома взят материал концертных выступлений. Проигрыш в другом: при сведении записи «Блюз» и «Рок-н-ролл» не обрели второго (живого) дыхания, а «Кот» еще раньше потерял фирменный рифф Бегунова — теперь акцент сделан на соло-гитару, и ритм-секция, ведомая Устюговым, торопится, задыхается, готова споткнуться на неведомой тропе. Cтарая песня…

… как старая любовь. — «Чайф» всегда вместе с нами, но мы засмотрели, заслушали этот «Чайф», пора бы ему решиться прыгнуть выше наших крыш!

За попытку можно принять «Делай мне больно», «Эта игра», «Религия», «Ветер-шалун»… Это хорошие песни (лучше может быть только «Лучший город Европы»), но проблема подачи материала осталась.