История свердловского рока 1961-1991 От «Эльмашевских Битлов» до «Смысловых галлюцинаций»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Джем стал серьезным испытанием для звукарей. По количеству инструментов сцена Дворца молодежи могла поспорить с оркестровой ямой оперного театра, и весь этот биг-бэнд требовал подключения и отстройки. За пультом колдовал в двадцать рук десяток техников всех групп. Сотрудничество оказалось успешным — звуковых провалов никто не зафиксировал. Закончился джем хоровым исполнением «чайфовского» гимна «Вместе немного теплей».

На этом эмоциональном пике началась торжественная раздача слонов. Областное управление культуры наградило Николая Грахова почетной грамотой «За многолетний самоотверженный труд в становлении Свердловского рок-клуба». Подобных регалий удостоились также Калужский со Стерховым. Приз зрительских симпатий получил (кто бы сомневался!) «Наутилус Помпилиус». Приз прессы достался «Чайфу», а оргкомитета — «Кабинету». Сами рокеры наградили «За штурм и натиск» «Агату Кристи». Настю Полеву назначили «Леди Рок». «Отражение» удостоилось приза «За способность слышать музыку во время перестройки», а «Апрельский марш» — «За то, что вся страна на марше».

После этого все участники и гости фестиваля отправились в ресторан «Старая крепость» на праздничный банкет. Гудели до четырех часов утра.

III фестиваль рок-музыки еще не успел даже закончиться, а Грахов уже порадовался, что стало меньше рока и больше настоящей музыки. Эти слова определили магистральное направление развития СРК как минимум на ближайший год.

«Говорят передовицы газет…»

(Рок газетных полос)

Если полистать энциклопедию рок-самиздата «Золотое подполье» Александра Кушнира, можно увидеть, что 1988 год стал периодом расцвета самодельных рок-журналов по всей стране. Но для Свердловского рок-клуба это был пройденный этап. Последний номер «Мароки», появившийся летом, уже не вызывал прежнего интереса ни со стороны читателей, ни со стороны правления. Грахову хотелось чего-то более «настоящего», издания, пахнущего типографской краской.

Впервые аромат этой субстанции ощутили в рок-клубе летом 1988-го. Перед самым фестивалем из Верхнепышминской типографии привезли пачки с печатной продукцией, украшенной знакомой вороной. Творческое объединение «Телефакс» (кооператив — спонсор фестиваля) отдал свой рекламный листок под специальный выпуск Свердловского рок-клуба. На четырех полосах формата А4 размещалась краткая информация об участниках III фестиваля. К гостям этого праздника листок обращался задушевно: «Здравствуй, друг!» При этом несколько смущала несоразмерность масштабов. Фестиваль проходил во Дворце молодежи вместимостью 1400 человек, то есть общее количество его зрителей было не больше семи тысяч (а в реальности вдвое меньше, ведь многие ходили на все концерты). Тираж же спецвыпуска был 50 000 экземпляров. Таким количеством бумаги можно было оклеить весь Дворец молодежи, причем как внутри, так и снаружи.

Самые внимательные из полусотни тысяч потенциальных читателей могли заметить, что материалы готовились в спешке. На текстах, написанных будущим редактором газеты «Рок-хроника» Михаилом Орловым, это почти не отразилось, но вот фотографии-то подкачали. Информацию о «Наутилусе» иллюстрировал кадр выступления «Группы Егора Белкина» из балабановской короткометражки «У меня нет друга». Чтобы надпись «Белкин» на заднике не вводила читателя в ступор, кадр напечатали в зеркальном виде, отчего буквы приобрели сходство с символами греческого алфавита. Общего снимка «Отражения» не нашли, дали четыре микроскопические персональные фотографии музыкантов. Заметки про «Флаг» и «Водопад» не проиллюстрированы вовсе.

Впрочем, эти мелочи заметны только при внимательном прочтении. В 1988 году публика была не избалована музыкальной информацией. Спецвыпуск ценой в 30 копеек продавался неплохо, хотя весь огромный тираж разойтись не мог физически. Последние экземпляры использовались в рок-клубе в качестве оберточной бумаги еще три года спустя. Рекламный листок еще не являлся газетой, он служил подробной фестивальной программкой. Настоящая газета появилась только по итогам фестиваля. 14 ноября была подписана в печать двухполоска «ПерекатиПоле». Эта дата может являться началом истории официальной отечественной рок-н-ролльной прессы — «ПП» стала первым в СССР периодическим типографским изданием, полностью посвященным рок-музыке. Формально она была опять-таки спецвыпуском рекламного листка «Телефакса», поэтому в выходных данных в качестве редактора указан работник кооператива Ю.С. Борисихин. Истинные авторы и редакторы газеты укрылись за скромным псевдонимом «Редколлегия».

Название «ПерекатиПоле» придумал бывший администратор рок-клуба и редактор «Свердловского рок-обозрения» Александр Калужский. Во-первых, это была точная калька с уважаемого тогда американского издания «Rolling Stone», а во-вторых, в редколлегию вошли люди, часто менявшие место жительства: сам Калужский, Орлов и Алексей Одинцов.

Первая рок-публикация Алексея Одинцова появилась не где-нибудь, а в Великобритании в 1985 году. В газете английских коммунистов «Morning Star» каждую пятницу выходила музыкальная колонка. Журналист из Новосибирска послал туда письмо, где поделился впечатлениями о последнем альбоме «The Style Council». Корреспонденцию из Сибири в «Morning Star» напечатали, газета дошла до киосков «Союзпечати», и Алексея тут же с почетом пригласили на первый в Новосибирске подпольный рок-фестиваль в общежитии НГУ. Осенью 1986-го Одинцов впервые побывал в Свердловске — он выступил с лекцией об английском «новом джазе» на семинаре СРК, а в 1988 году переехал на Урал, сменив редакцию «Науки в Сибири» на редакцию «Науки Урала».

Калужский, Орлов и Одинцов стали авторами главного материала, фестивального репортажа, занимавшего обе полосы газеты. Были распределены задания — кто о ком пишет. Орлов взялся за «Водопад», «Красный хач», «Арторикс», «Флаг». Калужский описывал выступление «Апрельского марша», «Насти», «Чайфа», «Агаты Кристи», «Отражения», «Кабинета». Никто особо не хотел писать про звёздный «Наутилус». Скользкую тему поручили Одинцову, новичку в Свердловске. Он же написал про «Еву» и «Солярис». Потом редколлегия вместе с Граховым составили «Фестивальный топ».

Редактировал газету, то есть слегка выравнивал стилистические различия между заметками и составлял из них единый текст, Калужский. Он же написал вступление: «Если ты захочешь, чтобы нас «прикрыли раз и навсегда», ты сам решишь, куда тебе писать и обращаться… Принцип «либо хорошее, либо ничего» подходит больше для покойников. Рок — мы в этом убеждены — явление живое. Ярким подтверждением его жизнеспособности стал Третий фестиваль свердловской рок-музыки».

Заседания редколлегии проходили в мини-гостинице Уральского отделения Академии наук, где тогда жил Одинцов. Алексей, имевший большой опыт работы в газетах, рисовал макеты выпусков «ПП». Выпуском газеты, всеми финансовыми, техническими и организационными вопросами занимался Грахов, специально под этот проект взявший деньги в долг у родителей. Первое «ПерекатиПоле» вышло в свет тиражом 25 000 экземпляров и быстро раскатилось по всей стране.

Между первым и вторым выпусками перерывчик составил почти год. Пачки нового «ПерекатиПоля» привезли из типографии прямо на IV фестиваль СРК. За год газета вдвое увеличила объем и сменила издателя, теперь она выходила как совместный выпуск «Вестника НТТМ» и Свердловского рок-клуба. Четыре полосы были посвящены событиям прошедшего года, но накопилось их столько, что все просто не вошли. Одинцов до сих пор жалеет, что не удалось напечатать его впечатления о концерте Пола Саймона в Московском Зеленом театре. Зато в «ПП» нашлось место для анкеты участников фестиваля, интервью с Граховым и датскими музыкантами, посетившими Свердловск, рецензий на вышедшие магнитоальбомы, отрывка из повести Калужского о «Наутилусе» «Секстет-а-тет» и анонса фильма «Сон в красном тереме». Отдельное место отводилось письмам читателей, которые пришли на адрес рок-клуба, указанный в первом «ПП», из Томска, Куйбышева, Чернигова, Харькова и многих других городов. Редакция ответила только на одно из них, растолковав Максу Шопенгауэру из Каменска-Уральского, как формируется «заоблачная» цена 30 копеек.

По словам Алексея Одинцова, «план номера составлялся заранее. Но материала набиралось так много, что уместить его в четыре полосы было очень трудно. Приходилось выкручиваться, уменьшать шрифт. Из-за этого некоторые статьи напечатаны крохотной нонпарелью». Во втором выпуске появился коллективный псевдоним редколлегии «Все дуби братья», придуманный Калужским, который очень любил американскую группу «The Doobie Brothers».

Третий выпуск «ПП» заставил себя ждать недолго — каких-то три месяца. Теперь газета стала полностью самостоятельным печатным органом рок-клуба. Значительную ее часть занимал фестивальный обзор «Слово за слово, кругом по столу». Обсуждение происходило дома у Ильи Кормильцева. Хозяин на концертах не присутствовал, поэтому разговор велся под видеозапись фестиваля. Украшением номера стала статья «Музыка корней», посвященная новому фолк-року и написанная специально для «ПерекатиПоля» канадцем Ником Глоссопом. Ни одно музыкальное издание страны не могло тогда похвастаться зарубежным автором, сочиняющим серьезные аналитические тексты на актуальную тему. Статья стала настоящим испытанием для наборщиц Каменск-Уральской типографии. Они спотыкались не только о многочисленные английские названия, но и о слова «бухие знаменосцы движения корней». Не привыкшие к свободному сленгу, работницы наборного цеха несколько раз норовили напечатать то «лихие знаменосцы», то «тихие», а один раз даже «сухие».

Из-за финансовых проблем четвертое «ПП» вышло только в мае, и опять на двух полосах, из которых первая была полностью посвящена волжской акции движения «Рока чистой воды». Вместо обзора магнитоальбомов настало время рецензий на свежие виниловые пластинки, причем не только советские. Плаванию музыкантов по Волге посвятили и весь следующий номер. Журналистов на корабле «Капитан Рачков» было много, но «Все дуби братья» подошли к путевым заметкам нетривиально. Во время путешествия они не рвались, как все остальные, к Володе Шахрину. В газету попали интервью с капитаном корабля Юрием Сивохиным, с участниками акции из Горького, Иркутска, Голландии и с басистом «СВ» рок-ветераном Евгением Казанцевым.

Пятый номер, появившийся в продаже в сентябре 1990 года, стал последним. Был полностью готов к макетированию шестой выпуск «ПП». Его основным материалом предполагалось большое интервью Калужского с Юрием Наумовым. Но по финансовым причинам до типографии этот номер так и не дошел.

Алексею Одинцову не стыдно ни за один материал, вышедший в «ПерекатиПоле»: «Все было написано на достойном уровне. Разве что стоило немножко притушить критический пафос. Мы были люди амбициозные, воспитанные на другой музыке, и порой относились к творчеству местных рокеров чуть свысока. А зря. Они старались изо всех сил, они жизнь положили, чтобы создать и донести до слушателей эти песни. Надо было быть добрее. Если что-то не нравилось — мы пытались объяснить почему, но иногда это получалось как-то снисходительно. Например, несколько свысока отозвались о Максе Ильине, а зря. Надо было быть внимательнее — не смогли разглядеть в Максе великолепного гитариста и мелодиста. Зато «ПерекатиПоле» первой написала об Альберте Кувезине, через несколько лет ставшем звездой этно-музыки».

Под статьями и заметками пяти вышедших выпусков «ПерекатиПоля» появлялись фамилии Александра Калужского, Алексея Одинцова, Дмитрия Карасюка, Ирины Роговой. Фамилия Михаила Орлова не мелькнула ни разу. Он участвовал только в первом выпуске, который был фактически анонимным, а затем покинул редколлегию. У него были на рок-журналистику собственные виды.

Михаил Орлов — человек в музыкальном мире Среднего Урала не случайный. Если за активную деятельность по продаже пластинок на «Туче» давали бы звание «Отличник советской торговли», то Мишин фасад вполне могли бы украшать несколько таких почетных значков. Толстый орловский портфель, в недрах которого можно было найти любую западную музыку, примелькался среди меломанов еще в начале 70-х годов во всех местах купли-продажи-обмена импортного винила. Музыкальной эрудицией Михаил обладал отменной, вкус его отличался всеядностью. Знакомые знали, что почти любой диск у него можно выменять на свежий номер «Rolling Stone» или «Melody Maker». Понятие «свежий» тогда трактовалось расширительно, и под ним понимались издания, с момента выхода в свет которых прошло не более двух лет. Хорошо знавший английский, Орлов зачитывал музыкальную прессу буквально до дыр. С каждым поглощенным журналом его сокровенная мечта стать редактором собственного музыкального издания играла новыми красками…

Несколько лет Михаил жил в Ленинграде, на родину вернулся лишь летом 1988 года и сразу прочно обжился в рок-клубе. Алексей Коршун, отвечавший тогда за «Мароку», обратил внимание на импозантного мужчину с бородкой и длинными волосами: «Я сначала испугался — конкурент, но быстро выяснилось, что Михаила самиздат не интересовал. Он хотел печатать заметки о концертах там, где за них платили деньги, то есть в официальных газетах».

В это же время подпись «М. Орлов» впервые появилась на тематической полосе «Музыкальная студия» областной молодежки «На смену!». Времена были вольные, дипломами уже никто особо не интересовался, а за душой у Михаила было несколько незаконченных высших образований. Он стал сотрудником газеты, сначала внештатным, а потом корреспондентом отдела культуры и ведущим полосы «Музыкальная студия». Орлов быстро влился в коллектив «Насменки», бывшей в годы гласности очень многотиражной газетой. Попыхивая трубкой, набитой смесями, вонючесть которых зависела от прихотей советской торговли, 40-летний новичок через полгода начал макетировать газетные полосы, полные азартной разоблачительности и боевого задора.

«Музыкальная студия» с приходом Орлова преобразилась. Место репортажей с фестивалей «Юность комсомольская моя» заняли интересные и со знанием дела написанные рассказы об Эрике Клэптоне, Брюсе Спрингстине и «The Clash». Более квалифицированными стали и материалы о советских и свердловских рок-группах. Скоро собственной фамилии Михаилу стало не хватать, и под заметками появились его псевдонимы: М. Петров, М. Заякин и т. п. Все это было уже половиной пути к мечте.

Воплотилась мечта во всех оттенках голубизны. Не надо думать ничего плохого, просто по непонятной причине 25 000 экземпляров первого номера газеты «Хроника рок-дизайна», появившегося в ноябре 1989 года, были напечатаны ярко-голубой краской. Странное название объяснялось тем, что спонсором издания стал центр «Рок-дизайн», в нем осваивали азы шоу-бизнеса неравнодушные к музыке выпускники Арха. На двух полосах формата А3 размещалась краткая информация о четырнадцати группах, которых пытался опекать центр «Рок-дизайн», и три фотографии с голубеющими «Отражением», «Апрельским маршем» и «Группой Макса Ильина». Автором текста был сам Михаил Орлов.

Следующий номер «ХРД» появился через полгода. Он был отпечатан в более привычной для читателей черно-белой гамме и распух до восьми полос. На обложке красовался Пантыкин почти в натуральную величину. Четыре страницы были отданы отечественной тематике в диапазоне от Владимира Высоцкого до «Биробиджанского музтреста». Три последние полосы отводились западному року — переводам англоязычной музыкальной прессы. Под материалами «Хроники рок-дизайна» появились фамилии студентки журфака Юли Огарёвой и собственного корреспондента в Ленинграде Михаила Шишкова — доброго толстячка, над которым подшучивала вся питерская тусовка.

В колонке редактора Орлов, на всякий случай скрывшийся за псевдонимом, обещал ежемесячный график выхода. Планы не сбылись. Центр «Рок-дизайн» приказал долго жить, и его очередная «Хроника» вышла только в августе 1990-го, и уже под крылом газеты «На смену!». В связи со сменой издателя потребовалось переименование. В феврале 1991 года на свет появилась «Рок-хроника». Она мало чем отличалась от своей предшественницы — та же структура номера и название рубрик, то же графическое оформление Аркадия Пяткова, та же странная горизонтальная верстка, заставлявшая читателя постоянно играть в игру «где продолжение текста?». Сохранилась даже сквозная нумерация — первый номер «РХ» значился как 1(4). Изменились лишь логотип и издатель. Теперь им стал молодежный пресс-центр «Несси-пресс» при газете «На смену!», приложением которой «Рок-хроника» и являлась. В колонке редактора этого номера Орлов уже не просто подписался своей фамилией, но и поместил свою фотографию, а также пообещал, что издание будет выходить раз в три недели.