Матвей все еще пытался переварить полученную информацию. Вот ведь Яковлев прохвост и жулик! Только напускал на себя свирепость. Просмотрев чужие рейтинги, Матвей пришел к выводу, что преподаватель действительно очень ответственно подошел к выставлению рейтинга, никого не обидев, оценив знания каждого по достоинству.
- Нет уж, я не согласен так просто избавиться от судебки, - заявил со всей серьезностью парень, посмотрев на Яковлева. – Я буду сдавать вместе со всеми.
- Ты дурак? – удивился Михаил Александрович. – Избавил бы себя от лишней нагрузки. Тем более, увидь заведующий у тебя такой рейтинг, сразу без вопросов поставит пять, и получится, что ты просто так просидишь пару часов на зачете. А дело будет происходить после пар. Тебе надо сидеть до посинения на учебе? Еще и готовиться к сдаче.
- А я сяду к тебе, - широко улыбнулся Шестерняков.
- И с таким же успехом я спокойно отправлю тебя вместе с зачеткой с заслуженной оценкой, - закатил глаза мужчина. – Успокойся. Ты заслужил честь и похвалу. Отлично усвоил предмет. Более того, думаю, из тебя получится отличный суд-мед эксперт.
Матвей просиял, довольно заулыбавшись. Недавние недомолвки словно испарились, став ничем. Они отошли на второй план, уступив место счастливой благодарности. Шестерняков просиял, выслушав самый желанный комплимент. Добиться нечто такого от Яковлева казалось настоящим геройством. И Матвей получил достойную награду.
- Спасибо, - искренне поблагодарил парень.
- Не за что благодарить, - отмахнулся Яковлев. – Ты сам чудесно справился, - мужчина потянул Матвею ручку и тот расписался напротив своей фамилии. Михаил Александрович забрал у него листок и вернулся к своему столу.- Мне нужно вернуться к работе, и сделать еще кое-что, так что подвести я тебя не смогу.
- Ты правда занят или это отговорка? – прищурился парень, вставая с места.
- Это правда, - вздохнул мужчина. – Прости за то недоразумение, что возникло. Я сам не знаю, что не так со мной.
- Да перестань, - вздохнул Матвей, помявшись на месте. – Ты сомневался. И я понимаю, почему. Замутить со студентом, парнем, младше на десять лет, к тому же с тем, кому не так давно нравились когда-то девки. Я все понимаю, но все равно злюсь, - нахмурился Шестерняков. – Ты мог бы поговорить со мной, нежели с несчастной мордой избегать.
- Несчастной? – удивился Яковлев.
- А то! – серьезно кивнул Матвей. – Я твои эмоции отлично различаю, пусть ты и каменная глыба в реальности.
Михаил Александрович недоуменно моргнул, после чего разразился смехом.
- Ты просто нечто, Шестерняков! Никто никогда не мог понять меня, кроме моих родителей.
- Да ты открытый, как книга, - возразил парень. – Мне удается легко понять, что ты испытываешь. Твои глаза выдают.
Мужчина покачал головой, после чего преодолел разделяющее их с Матвеем расстояние, и крепко обнял его.
- У меня и правда много дел, но я не избегал тебя. Возможно, чуть отдалился, но не избегал – это точно, - прошептал мужчина на ухо парню. – Я рад, что мы все разрулили, Матвей. Впредь, если у меня начнутся сомнения, я непременно сразу тебе об этом скажу. Я ведь сам говорил, чтобы ты делился своими желаниями, а тут…
- Бывает, - Матвей облегченно вздохнул, ткнувшись носом мужчине в шею. – Я понял, из-за чего все было, но бесит, что ты сомневаешься во мне. Ты мне нравишься, - последние слова Шестерняков прошептал, стиснув пальцами складки чужого халата, прислушиваясь к быстрому сердцебиению преподавателя. – Так что я жду секса в ближайшее время. Просто так я тебя соблазнял, что ли?
Яковлев фыркнул, засмеялся, обдавая горячим дыханием ухо Матвея.
- Ты невыносим, - пробормотал мужчина.
- Еще бы, - серьезно заявил Матвей. – Ты еще не знаешь, с кем связался.
Михаил Александрович посмеялся, немного дольше удерживая Матвея в объятиях, но время шло, а рабочие дела сами по себе не решались. С разочарованным вздохом пришлось отпустить парня и отойти в сторону.
- Как ты смотришь на то, чтобы сходить в клуб на выходных? – предложил Матвей, деловито разглаживая складки халата на груди мужчины. – Потом я мог бы остаться у тебя с ночевкой.
Шестерняков знал, что отчасти они рискуют быть узнанными, но, похоже, Яковлеву нравилось расслабляться в атмосфере живой человеческой энергии, когда все вокруг так и призывало оставить все проблемы за спиной и отдаться умца-умца музыки. Да и тем более Матвей поймал себя на мысли, что хочет показать, что Яковлев принадлежит ему, что этот мужчина только его и ничей больше. Подобные ревностно-собственические мотивы были в новинку для парня, но не такими уж противно-отталкивающими, как могло показаться. Да и в клубе наверняка будет Диди. Следует показать парнише, чтобы больше не тянул грабли к Яковлеву. Была еще одна причина. Та, которую Матвей всячески отодвигал на задний план. Он хотел, чтобы Михаил Александрович немного расслабился, потерял свою серьезность и настрой, что Матвей может сбежать от него. Куда уже сбежит? Но, пожалуй, эта идея была самой главной в приоритетах Шестернякова затянуть мужчину в клуб. Ну, еще, возможно, доказать мужчине, что они вместе и Матвей этого ни капли не смущается.
- Ты уверен? – с сомнением протянул Яковлев. – Я ходил туда, чтобы снять парней. И только.
- Неужели не танцевал? – удивился Матвей, заглядывая в серебристые глаза. – Да брось! Нам нужно расслабиться. Особенно тебе после нагруженных работой недель.
Яковлев с сомнением посмотрел на Шестернякова. Он согласно кивнул, неуверенный, что принимает верное решение, но готовый нести ответственность в случае чего. Они с Матвеем никогда не расслаблялись в обществе, всегда были начеку, чтобы их никто не увидел. Тогда, наверное, стоит сходить в заведение, где никто на тебя косо не посмотрит. Возможно, только позавидует, но не больше. Стоит сходить туда, где их никто не осудит.
========== Глава 16. ==========
Матвей потихоньку начал сомневаться в том, что правильно поступил, пригласив Яковлева в клуб. И дело даже не в том, что мужчину начали пожирать взглядом сразу же, стоило ему показаться в знаменитом среди ненатуралов заведении, а в том, что Михаил Александрович, хоть и держал Матвея за руку (к чему парень очень не привык, кстати), все равно с любопытством посматривал по сторонам. Парень-то отлично понимал, что не может полноправно монополизировать мужчину, что вполне нормально оглядываться по сторонам, но в тоже время в голове Шестернякова засела мысль: «Интересно, со сколькими здесь присутствующими Михаил Александрович переспал?» Идиотская и иррациональная ревность выводила из себя, и Матвей стискивал пальцы Яковлева сильней. Тот только улыбался уголками губ, но ничего не говорил. Тьфу!