В суде не осталось ни одного свободного места. Прокурор и Алекс доброжелательно поздоровались в центре зала, потом каждый направился к своей команде. Наверное, их связывала длительная история ненависти. Я старался ни на кого не смотреть и не встречаться глазами с присяжными, хотя постоянно ощущал на себе их взгляды. Хотелось взять Кима за руку, но Алекс бы убил меня. Он три раза повторил, чтобы мы не выпендривались.
— Начну с одного из беспочвенных обвинений прокуратуры, — сказал Алекс, когда судья предоставил ему слово. — Прокурор несколько раз заявил о том, что мои подзащитные якобы виноваты во взрывах по улице Стор-стрит и в бизнес-центре, где располагался Седьмой канал. Сторона защиты хотела бы вызвать свидетеля, Морана Бауэра, эксперта по безопасности и установке защитных систем, чтобы прояснить, эм, некоторые моменты.
Бауэр оказался мужчиной в теле. На суд он надел белую рубашку и широкие чёрные брюки.
— Скажите, мистер Бауэр, какие меры безопасности устанавливаются в бизнес-центрах, чтобы не допустить незаконного проникновения? Нас интересует типичная модель.
— Если в бизнес-центре функционируют хотя бы несколько офисов, то должна быть служба безопасности, обычно их офис располагается на первом этаже или под ним.
— Чем эта служба занимается?
— Под наблюдением должны находиться все здания: то есть на каждом этаже устанавливаются камеры, в обязанности работников входит наблюдение за состоянием экстренных систем.
— Правильно ли я понял вас, что незаконное проникновение в здание является сферой ответственности службы безопасности?
— Я протестую, — вклинился прокурор. — Представители службы безопасности, к сожалению, погибли во время обрушения, и мы рассматриваем…
Алекс поджал губы:
— Вы, может быть, дадите мне закончить?
— Протест отклонён, — сказал судья, — продолжайте, мистер Даймлер.
Бауэр дождался, пока Алекс повторил вопрос:
— Помимо службы безопасности, ответственность, конечно, ложится и на сотрудников ресепшена.
Следующим в суде появился мистер «Приятного дня», сотрудник ресепшена.
— В офисе Седьмого действовали ключ-карты на основе электронного кода. К тому же пройти мимо нас могли только люди с картами работников или временными картами, — рассказывал он, переводя взгляд то на Алекса, то на судью. — Временные карты мы выдаём только после предъявления документов, они также являются именными.
— То есть вы утверждаете, что пройти в офис инкогнито — а я напомню: взрывчатка была заложена в офисе именно Седьмого канала — невозможно?
— Ну… — парень занервничал. — В некоторых случаях ключ-карта не требуется.
— В каких случаях?
— Когда к нам приходят ремонтные бригады — например, сантехники, компьютерщики, у них мы требуем только удостоверение, что они работают в компаниях.
Алекс с триумфальным выражением лица попросил включить присяжным запись с камеры, находящейся на ресепшене. В нужный день дежурила девушка: кажется, её звали Лекси. Видео длилось тридцать секунд: за это время секретарь перекинулась несколькими фразами с мужчинами в светло-бежевой форме и пропустила их внутрь.
— Я обращаю внимание присяжных на этих посетителей, они представились сотрудниками компании «Интер Корпорэйшн», пришли ремонтировать интернет.
— И?
— Этих мужчин звали Саймон Барк и Эдвард Коулс, — растягивая слова, ответил Алекс. — Проблема заключается в том, что в «Интер Корпорэйшн» не работают Барк и Коулс. Итак, либо миссис Льюис владела экстрасенсорными способностями и могла видеть будущее, либо, что более вероятно, планировала взрывы до того момента, как мои подзащитные с ней встретились. Я попросил бы сторону обвинения впредь воздержаться от нападок на моих клиентов.
Я с облегчением выдохнул, мне слушание давалось с трудом.
Несмотря на то что Алекс всегда предупреждал нас о новых уликах и я был в курсе, осознание того, что Ребекка вовсе не мстила нам, убивая тех людей, а целенаправленно планировала теракт со столькими жертвами, вгонял меня в эмоциональный ступор. Как к этому подойти? Она посчитала нужным убить стольких ради нас? Или планировала повесить эти взрывы на меня и Кима? И зачем тогда подкинула Киму записку под дверь и предупредила?
Мелькнувшая в голове догадка заставила вздрогнуть: а что, если нас хотела убить не только Ребекка? Может быть, она написала записку, а теракты осуществил кто-то из её последователей, оставшихся в живых? Но кто? Зачем? Где его искать? Опять столько вопросов.
Позже Алекс наслаждался нашим вниманием и похвалой, сидя в баре.
— С прокурорами иначе нельзя, — разглагольствовал он со стаканом в руках. — Они же не просто на стороне закона, друг мой. Они полагают, что и являются законом. Наша система правосудия довольно прогрессивная, но на практике имеет ма-а-ассу недостатков.
— Каких, например?