— Ну-ка, ребята, уберите локти, — произнесла Шашка, подошедшая к столику с подносом, уставленным тарелками.
Лафайета не пришлось долго уговаривать.
— Послушай, Везунчик, давно ты работаешь у принца? — спросил Пешкороль, прожёвывая бифштекс.
— Э-э-э. — не очень, — ответил Лафайет, накидываясь на еду.
— Честно говоря, только устроился.
— Послушай, строго между нами, он платежеспособен?
— Платежеспособен? — O’Лири набил рот до такой степени, что разобрать дальнейших слов было невозможно.
Агент отдела «Услуги Заказчикам» многозначительно погрозил пальцем.
— Пойми правильно, мы ничуть не беспокоимся, — сказал он голосом, в котором слышалось беспокойство. — Но принц должен нам кучу денег за Стеклянное Дерево.
Лафайет замер, не донеся вилки до рта.
— Стеклянное Дерево? — задумчиво произнёс он. — Где я раньше мог о нем слышать?
— Ну, ты даешь, Везунчик. Здорово все-таки тебя шарахнуло.
— Послушай, Пешкороль, — сказал O’Лири. — Мне пришла в голову прекрасная мысль. Почему бы нам не сделать вид, что я вообще ничего не помню? Рассказывай все по порядку, и может быть, ко мне вернется память.
— Называй меня просто Кроль. Ладно, начну, пожалуй. Впервые, мы услышали о Его высочестве несколько лет назад. В то время он был простым смертным, и свалился нам как снег на голову, попросив взять его на работу. Голова у него варила, и шеф дал ему научно-исследовательскую лабораторию, но через несколько месяцев уволил. Мошенник затратил огромные средства и не произвел никакой продукции. Мы и оглянуться не успели, как он вернулся в качестве покупателя и пожелал сделать спецзаказ. Естественно, мы согласились: Круппхим оплачивал услуги нешлифованными драгоценными камнями, и это всех устраивало. Затем он объявил себя принцем, пришёл к нам с готовыми чертежами и предложил выполнить еще один заказ. За ценой он не постоял, и мы заключили контракт. Поработали на совесть, не пожалели ни силикона, ни микровставок, а внутреннюю отделку произвели плюшем. Хочешь верь, хочешь — нет.
— Но… при чем здесь Стеклянное Дерево?
— Наши архитекторы так окрестили эту конструкцию, и словечко прижилось. Дворец действительно похож на дерево: башенки, балконы, декоративные пристройки. Сверкает на солнце как стекло. Вот только за него не заплачено, — хмуро добавил Пешкороль.
— Послушай, у принца случайно нет в услужении старушки, которая летает на помеле… я хочу сказать, без помела? Пешкороль внимательно посмотрел на O’Лири.
— Послушай, Везунчик, может, тебе все-таки лучше полежать?
— Видишь ли, Кроль, прошлой ночью о Стеклянном Дереве говорила одна старушка, которая пыталась меня убить.
— Вот это да! Промахнулась?
— Ты не понял. Она…
— Ну и старушка! Неужели ножом?
— Нет. Она на меня накинулась…
— Бессовестная! На спящего человека!
— Нет! В конце концов, дай мне объяснить! Я…
— Послушай, Везунчик, ты сказал, что она — старушка. Верно?
— Да. Но…
— Везунчик, я хочу дать тебе добрый совет. Займись штангой, ладно? Не успеешь оглянуться, как обретешь форму, и любая старушка будет тебе нипочем. Ты с ней справишься одной левой. Кстати, наш отдел как раз торгует набором «Атлас», номер двести восемьдесят три. К набору бесплатно прилагаются наушники, передающие вдохновляющие речи, и…
— Не нужны мне вдохновляющие речи! Я пытаюсь объяснить, что старушка замешана в похищении леди Андрагорры!
— Какой леди?