Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Биография

Джон Кейт Лаумер родился 9 июня 1925 года в городке Сиракузы (штат Нью-Йорк). Его отец был офицером-лётчиком, и, хотя ВВС США в те годы не имели такой разветвлённой системы баз, как сейчас, семье Лаумеров пришлось немало поколесить по стране. Потому-то Кейт и два его брата (старший Марч и младший Фрэнк) родились в разных уголках Америки. А городом детства Кейта стал… Санкт-Петербург. Правда, не на топких берегах Невы, а в курортно-солнечной Флориде.

О юных годах будущего фантаста известно немного. Из общей массы сверстников Кейт особо не выделялся. Ну чем заняться мальчишке в Городе солнечного света (так называют «Сан-Пит», где в среднем 360 дней в году люди валяются на пляже)? Вот Кейт и жил как все обитатели курорта, — разве что ещё в детстве мальчик увлёкся фантастикой и детективами: от чтения его было за уши не оттянуть.

После окончания школы Кейт поступил в Университет штата Индиана в Блумингтоне, где проучился чуть более года. Сын офицера, он просто не мог спокойно заниматься зубрёжкой, когда Америка сражалась с фашизмом. Поэтому в 1944-м Кейт бросил учёбу и пошёл в армию. Он даже попал в Европу и успел повоевать, правда, совсем немного. После войны парень долго не мог найти своё предназначение. Проучившись около двух лет в Стокгольмском университете, Кейт вернулся в Штаты, где поступил в Университет Иллинойса в Урбане. Там он наконец обзавёлся дипломом архитектора. А заодно женился на Дженис Перкинсон (за годы брака у них родились три дочери — Тони, Сабрина и Джинни).

Несколько лет Лаумер пытался приспособиться к гражданской жизни, но получалось плохо. Поэтому, задействовав связи отца, Кейт вернулся в армию, в авиацию. С 1953 по 1965 год он был офицером ВВС — в отставку ушёл в звании капитана. Правда, из этого времени почти четыре года Лаумер провёл на земле, в самой гуще интриг, что здорово помогло ему в будущей писательской карьере.

Министерству иностранных дел США понадобились ответственные парни для дипломатической службы в горячих точках, на переднем краю борьбы с коммунистической угрозой. «Форин Сервис» обратилась за помощью в Пентагон — так группа толковых офицеров из разных родов войск сменила мундиры на аккуратные пиджачки. Военные получили должности разномастных секретарей американских посольств в Юго-Восточной Азии, регионе, где совсем недавно отгремела Корейская война. Кейт Лаумер отправился в Бирму (нынешняя Мьянма), заняв поначалу место вице-консула, а затем третьего секретаря посольства. Ситуация в Бирме была взрывоопасная: бывшую британскую колонию раздирала на части межплеменная вражда, кровь лилась рекой… В стране кишели китайские агенты, за которыми явно торчали уши Страны Советов. Многие впечатления от горячих рангунских деньков впоследствии послужили основой цикла Лаумера о космическом дипломате Ретифе.

Именно в то время Кейт стал пописывать фантастику. Начинал он с рассказов, некоторые из которых оказались весьма недурны. Публиковать их, правда, Лаумер не решался — как-то это было несолидно…

Помог случай. Когда в начале 1959-го Лаумера перевели в Индию, навестивший его там старший брат Марч (кстати, тоже писатель), ознакомившись с творчеством Кейта, уговорил-таки застенчивого дипломата попробовать опубликоваться. Вернувшись в Штаты, Марч отправился в журнал Amazing Stories и принялся навязчиво рекомендовать редактору Гейл Голдсмит рассказ брата Greylorn. Голдсмит, недовольная такой бесцеремонностью, села за рукопись с твёрдым намерением послать автора ко всем чертям, но рассказ ей неожиданно понравился. И уже в апрельском номере Amazing состоялся литературный дебют Кейта Лаумера. В январе 1960-го в журнале Fantastic появился его рассказ Diplomat at Arms — первая история о Ретифе. И понеслось…

Несколько лет фантастика была для Кейта лишь способом выпустить пар, отвлечься от тягот обыденной жизни и перипетий карьеры да возможностью немного подзаработать. Вернувшись в 1960-м в ВВС, капитан Лаумер одновременно с военной службой исправно выдавал очень даже приличные фантастические тексты. Поначалу это были рассказы, но уже в 1961 году вышел его первый роман «Миры Империума», давший старт известному НФ-циклу. Творчество понемногу захватывало Лаумера с головой, тем более его охотно публиковали, а имя обретало известность среди поклонников фантастики. В 1965 году Кейт даже рискнул наведаться в царство мейнстрима, сочинив остросюжетный производственный роман «Посольство», навеянный его дипломатическим опытом. Однако публике гораздо интереснее было следить за похождениями «посла к далёким мирам» Ретифа, нежели разбираться в хитросплетениях работы современных дипломатов. В общем, роман успеха не снискал, потому Лаумер вернулся к фантастике. Правда, это стоило ему брака — Дженис мечтала о муже-генерале, быть же супругой сомнительного писателя её не прельщало. Так что к моменту увольнения из ВВС в 1965 году Кейт уже был свободен как птица — и c лёгким сердцем начал карьеру профессионального писателя.

Сочинительство давалось Лаумеру сравнительно легко — в год выходило три-четыре романа и пара десятков рассказов. Кроме фантастики, Лаумер также отметился новеллизациями телесериалов, был автором нескольких комиксов. Писал он также книги по авиамоделированию, ибо ещё с юности являлся горячим фанатом создания всяческих летающих конструкций.

В общем, жизнь Кейта била ключом, когда в 1971 году с ним случилось несчастье — писателя хватил удар, в результате которого Лаумера парализовало. Долгих пять лет он боролся с недугом, забыв о литературной карьере (несколько книг, вышедших в эти годы, были написаны ранее). И победил! Конечно, Лаумер уже не стал прежним: он сильно погрузнел, ходил с трудом, половина лица была неподвижна… И, что самое страшное, частичный паралич повлиял на мозговую деятельность Лаумера. Оттого-то его поздние книги так отличаются от лёгких, изящных, остроумных историй 1960-х. Тем не менее Кейт не сдался — он продолжал свои прежние циклы, был вдохновителем межавторских антологий о гигантских разумных танках Боло, выпустил несколько новых романов… Однако основные доходы Кейту приносили переиздания его прежних книг — так, сборники блестящих рассказов о Ретифе выходят в США до сих пор.

Последние годы жизни Кейт Лаумер провёл в уединении у себя дома, во флоридском городке Бушнелл, где и скончался 23 января 1993 года.

РЕТИФ

(цикл)

Книга I. ДВОРЦОВЫЙ ПЕРЕВОРОТ

Ретиф остановился перед высоким, в рост человека, зеркалом, чтобы проверить, правильно ли перекрещиваются четыре пары лацканов, украшавших ярко-красную визитку первого секретаря и консула Земной Миссии.

— Давайте, Ретиф, — поторопил его Мэгнан. — Посол должен сказать сотрудникам несколько слов, прежде чем мы войдем в салон.

— Надеюсь, он не собирается вносить изменений в речь, которую планирует экспромтом произнести, когда Властелин так же экспромтом предложит заключить торговое соглашение, которое они обсуждали последние два месяца.

— Ваша ирония, если не сказать несерьезное отношение, совершенно неуместна, Ретиф, — резко сказал Мэгнан. — Думаю, вы прекрасно понимаете и сами, что именно это и задержало ваше продвижение по служебной лестнице Корпуса.

Ретиф бросил последний взгляд в зеркало.

— Не уверен, что хочу продвинуться. Это будет означать появление новых лацканов.

Посол Кродфоллер, поджав губы, подождал, пока Ретиф с Мэгнаном последними заняли места в окружавшем его кольце земных дипломатов:

— Только одно предостережение, господа. Прежде всего, никогда не забывайте о необходимости нашего отождествления с кастой ненни. Даже намек на панибратство с низшими слоями может означать провал нашей миссии. Помните: здесь, на Петрике, ненни представляют собой власть, и их традиции надо соблюдать, невзирая ни на какие наши личные предпочтения. А теперь идемте, выход Властелина может начаться в любую минуту.

Когда они двинулись к салону, Мэгнан пошёл рядом с Ретифом.

— Замечания посла адресовались в основном вам, Ретиф, — сказал он. — Ваша небрежность в подобных вопросах общеизвестна. Естественно, сам я твердо верю в демократические принципы.

— Господин Мэгнан, у вас когда-нибудь возникало ощущение, что здесь происходит много такого, о чем мы даже и не подозреваем?

Мэгнан кивнул.

— Именно так. Вот на это-то и указывал посол Кродфоллер. Нас не должны волновать дела, не волнующие ненни.