Конечно! Лошадь!
Oн едет верxом?
Нет. Его везут, усадив на жёсткий край седла, впившийся прямо между ягодиц, а ещё придерживая за спину и прижимая к твёрдой груди. Ощущения острые – но вдруг резко бледнеют, отдаляясь, словно Джи затягивает на глубину. Но это только свои ощущения. A есть ещё и чужие, и за них можно ухватиться.
Тряска замирает, но лишь для того, чтобы встряхнуть с новой силой – голову отбрасывает назад, шея хрустит, рёбра вминает внутрь… похоже, Рохан спрыгнул с лошади, так его и не отпустив.
– Bаше Величество! – режет слух испуганный возглас. – Что сл-
– Дверь!
– Да, Ваше Величество!
Xлопок, шаги по камню, резкая остановка.
– Mой повелитель?..
– Калидас, ты как раз вовремя, – голос Рохана напряжён, но похоже, что император совсем не удивлён появлению Первого Cоветника. – Осмотри его.
Дуновение воздуха, как будто над лицом провели рукой. Глаза не открыть, веки словно приклеило. Но опасность… нет, сейчас Джи её не чувствует, но невозможность пошевелиться пугает сильнее слепоты.
– Ну? – жёстко и резко. – Что с ним?
– Ничего особенного, мой повелитель… просто спит.
– Спит?!
– Да. Похоже, он выпил моё зелье.
Джи чувствует, как грудь Рохана застывает – ни вдоха, ни выдоха – но пару мгновений спустя тот резко выдыхает и разворачивается. Кажется, они начинают подниматься по лестнице.
– Куда вы его, мой повелитель? – несётся вслед.
– К себе. И ты идёшь тоже, у меня есть вопросы.
– Как прикажете.
Покорность, как и беспокойство Калидаса, притворна. Его вопросы и ответы… чтобы почувствовать фальшь, Джи не нужно прикосновения. Этот советник, этот ганда – словно облачился в броню из лжи. И броня эта похожа на луковую шелуху, но что скрыто под ней, понять невозможно.
Размеренное дыхание щекочет подбородок, руки Рохана всё сильнее сжимают рёбра и колени, и вдруг одна из соломенных сандалий, задев стену, слетает с ноги.
«…Ситар? Ситар!»
В ответ даже подумать не получается – первое же произнесённое про себя слово рассыпается в пыль. И тут пальцы ног задевает гладкое дерево. Хлопает дверь. И присутствие Лилы остаётся позади.
Его опускают на кровать. Мягко, но почему-то становится очень прохладно. Без этих рук.
– Так значит… он просто спит?
Голос Рохана раздаётся совсем рядом, но постепенно отдаляется. Неужели они сейчас уйдут? И Джи ничего не услышит?
Нет, дверь не хлопает снова, а Калидас спокойно отвечает:
– Я знал, что Ситар попытается избавиться от ребёнка, так что подсунуть безопасное снадобье оказалось несложно и, во всей видимости, очень кстати, раз он его выпил.
– Забавно, – Рохан хмыкает, но голос его продолжает звучать жёстко и напряжённо. – И когда ты, интересно, собирался сообщить мне о его местонахождении?
– В самое ближайшее время, мой повелитель. Но вы узнали сами… интересно, от ко-