От Ельцина к…? Война компроматов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Главный внешнеполитический советник кандидата в президенты США от республиканцев предлагала «сделать паузу» в российско-американских отношениях, однако не до появления в России нового поколения, а «до завершения политического сезона в России и США» — проведения президентских выборов.

Перенесемся в Европу. 8 — 10 ноября в Париже проходил XXI съезд Социалистического интернационала. Некоторые принципиальные подходы современной социал-демократии стали объектом пристального внимания руководителей партий, придерживавшихся социал-демократической и социалистической ориентации.

Позиции ряда лидеров западноевропейских стран по Югославии и особенно чеченской проблеме вызывали отторжение у большинства российского населения, однако это не означало, что у них нечему поучиться в решении социально-экономических проблем.

В Социнтерн в качестве полноправных членов входило 79 партий (до съезда их число составляло 65). В качестве новых полноправных членов на съезде были утверждены 11 партий, которые перешли на этот уровень из консультативных членов. Кроме того, 3 партии были приняты в полноправные члены непосредственно, без «кандидатства» на более низком статусе. Это Африканский национальный конгресс, Социалистическая партия Уругвая и Социал-демократическая партия Хорватии. Статус консультативных членов имели теперь 10 партий, включая Социал-демократическую партию Армении, которая стала единственной партией такого статуса из стран СНГ. Правда, с постсоветского пространства в полноправных членах находилась еще и Рабочая социал-демократическая партия Литвы. 9 партий входили в Социнтерн на правах членов-наблюдателей. Среди них и Белорусская социал-демократическая партия, известная еще под названием Народная громада, а также Союз граждан Грузии. Остальные три десятка партий, представители которых участвовали в работе съезда, имели статус «приглашенных». От России в парижском съезде участвовала Социалистическая партия России (председатель И. Рыбкин) и Российский социал-демократический союз с сопредседателем В. Липицким.

Вместо Занимавшего 7 лет председательское кресло бывшего французского премьера Пьера Моруа новым председателем Социнтерна был избран португальский премьер-министр Антониу Гуттериш. Новыми вице-президентами стали Франсуа Олланд (генеральный секретарь Французской соцпартии, заменивший Лионеля Жоспена) и израильский премьер-министр Эхуд Барак (заменивший Шимона Переса).

В принятых на съезде «Парижской декларации» и «Генеральной резолюции» раскрывались теоретические и практические постулаты современной социал-демократии, ее оценки важнейших процессов в мировой экономике и политике, а также конкретных событий в тех или иных странах.

Парижский съезд высветил существенные противоречия, проявившиеся в последнее время среди крупнейших левых партий западноевропейских стран. Эти противоречия между британскими лейбористами и германскими социал-демократами, с одной стороны, и французскими социалистами — с другой, и наложили отпечаток на содержание документов XXI съезда Соц-интерна.

Еще осенью 1998 года эмиссары Т. Блэра и Г. Шредера оповестили руководство ФСП о намерении реформировать теоретические установки социал-демократии, что вызвало сдержанное отношение Л. Жоспена и других руководителей ФСП. Французская соцпартия, представители которой доминировали в левом правительстве Франции, всю свою довольно удачную социально-экономическую стратегию и тактику строила на плотном государственном регулировании, подвергаясь сильной критике со стороны правых партий за непомерное бремя налогов и расходование бюджетных средств на дотации важным для государства, но неэффективным предприятиям и целым секторам экономики. Однако выбранный социалистами курс приносил весьма успешные результаты, позволяя обеспечивать заметный экономический рост, снижать уровень безработицы и сохранять социальное спокойствие в обществе. Французские социалисты остерегались на данном этапе что-то кардинально менять в своей политике в отличие от недавно пришедших к власти британских и германских левых. Поэтому опубликованный 9 июня манифест Т. Блэра — Г. Шредера, являвшийся, по существу, призывом к внесению элементов либерализма в традиционные социал-демократические и их собственные партийно-правительственные доктрины, был для них совершенно неуместен и несвоевременен.

Вслед за опубликованием манифеста и германские социал-демократы, и британские лейбористы крайне неудачно выступили на выборах в Европарламент. Тогда как французские социалисты в целом сохранили свои позиции, причем их 22 процента голосов выглядели даже как победа над их главным политическим противником — неоголлистской партией ОПР, получившей менее 13 процентов голосов. Более того, неудачный эксперимент С «Манифестом» заставил Т. Блэра отказаться от попыток размежеваться с Соц-интерном и создавать какой-то новый интернационал «третьего пути» с участием Демократической партии США.

Т. Блэр и в своем выступлении на XXI съезде Социнтерна утверждал, что социал-демократия не должна бояться брать на вооружение элементы либерализма, если они ведут к прогрессу и общественному благу.

Анализ содержания ключевых положений итоговых документов съезда показывал, что на съезде возобладала, условно говоря, линия французского премьера и лидера французских социалистов Лионеля Жоспена, весьма критически относившегося к последствиям глобализации мировой экономики и стихии свободного рынка.

Французов особенно активно поддержали португальский премьер Антониу Гуттериш и возглавлявший комиссию по подготовке «Парижской декларации» бывший испанский премьер Фелипе Гонсалес. Комиссия по выработке «Парижской декларации» несколько раз почти слово в слово воспроизвела основные тезисы выступления Л. Жоспена на съезде, подчеркнув «критическое отношение социал-демократии к капитализму» и «необходимость государственного регулирования рынка».

«Быть социалистом, — подчеркнул французский премьер, — значит отвергать стихию рынка. Рынок — всего лишь инструмент. Он ничего не производит и не создает. Мы отвергаем подчинение общества рынку, считая, что его нужно регулировать, ставить на службу общества. И если мы предоставим развитие мира на откуп слепым механизмам капитализма, холодным силам частных интересов, то получим холодный, жестокий мир». А после одной из ключевых фраз в его докладе: «Только демократический социализм способен оспорить, обуздать и реформировать капитализм. Социалисты всего мира должны быть верны этим задачам», — весь зал разразился бурными аплодисментами.

Такой реакции не дождались ни Т. Блэр, ни Г. Шредер, выступления которых носили в целом примиренческий характер. В то же время и они подчеркивали необходимость регулирования рынка. Говоря об основных принципах социал-демократической общности, Т, Блэр заявил, что это «финансовая дисциплина и твердое руководство с целью сохранения стабильности экономики», «массивные капиталовложения, в образование», «готовность и практическое осуществление процессов обновления», исходя, прежде всего, из возникновения общества информатизации, «реформа пенсионной системы», «обновление общественных секторов экономики», «международное сотрудничество в борьбе против преступности и наркомании». Если при этом Т. Блэр избегал употреблять подразумеваемый под всем этим термин «государство», то Г. Шредер пошел гораздо дальше и прямо обозначил важную роль государства в «поддержании финансовой стабильности как первейшей задачи социал-демократических партий, стоящих у власти». «Только дееспособное государство, — продолжал он, — может бороться против безработицы, только дееспособное государство может модернизировать экономику, только дееспособное государство может гарантировать. будущее системы социального обеспечения, только дееспособное государство может успешно выполнять задачи в области внешней политики».

В «Парижской декларации» обозначено явно негативное отношение социал-демократов к последствиям глобализации, подчеркивалась пагубность присущих им финансовых кризисов, растущего неравенства между социальными слоями, мужчинами и женщинами, угрозы самобытности национальных культур. Причем ответственность за негативные последствия глобализации приписывалась «деструктивному неолиберальному догматизму». В документе содержался заслуживавший внимания вывод, что «ликвидация коммунистической модели усилила наступление неоконсерватизма, неолиберализма, что привело к вызывающему, фундаменталистскому упрощению проблем и оценок, к подмене понятия рыночной экономики понятием рыночного общества, к провозглашению единообразности мышления и завершения хода истории». Подчеркивалось «критическое отношение к современному капитализму» и «необходимость государственного регулирования рынка».

В декларации отстаивались и другие социал-демократические постулаты, такие, как принципы социальной справедливости, общественной солидарности, расширения демократического участия общества в политике и экономике при сохранении государственного регулирования последней. «Полностью принимая созидательную функцию рыночных механизмов и выступая за подъем духа предпринимательства, нельзя уповать на то, что рынок даст, на что он неспособен. Образование, здравоохранение, культура способствуют созданию общественных ценностей и помогают лучшему функционированию открытой экономики, но они не могут быть сведены к рыночным правилам и принципам извлечения прибыли» — говорилось в «Парижской декларации».

Социнтерн указал на необходимость адаптации к современным экономическим финансовым условиям созданных полвека назад институтов — МВФ и Всемирного банка, равно как и ВТО. «Все эти институты уже не отвечают новым реалиям и требуют придания им новых инструментов и функций».

Другим ключевым документом съезда стала «Генеральная резолюция» — пространный итоговый документ, содержащий схожие с «Парижской декларацией» теоретические выкладки и конкретные оценки положения в ключевых регионах мира. В нем также делался упор на общность позиций и маскировались различия, в ней также превалировали традиционные, «более левые» оценки мировых проблем. А теоретическая часть «Генеральной резолюции» еще более созвучна с высказываниями лидера французских социалистов Л. Жоспена с критикой стихии неконтролируемого рынка и призывами «противопоставить процессам глобализации мировой экономики интернациональную солидарность стран и граждан».

В итоговом документе содержались призывы к восстановлению мира и демократии в Афганистане, в Восточном Тиморе, выражена обеспокоенность внутриполитическим положением в Бирме, Пакистане, Малайзии. В то же время в нем фактически реабилитирована агрессия НАТО против Югославии. Правда, были робкие признаки озабоченности положением в Косово, где отмечалась «необходимость гарантирования прав всех проживающих в крае народов: албанцев, сербов, цыган и других».

В «Генеральной резолюции» весьма подробно описаны социально-экономические трудности, переживаемые Россией, с констатацией «появления ностальгии по прошлому у наиболее затронутых кризисом слоев российского общества». В этой связи в документе подчеркнута необходимость оказания помощи России в деле преодоления ее трудностей, «что должно стать приоритетом для международного сообщества». «Никогда нельзя забывать, — подчеркнуто в резолюции, — что всякий раз, когда Россия чувствует себя неуверенной и изолированной, ее нестабильность распространяется на всю Европу».

Примечательно, что в документах съезда не была затронута чеченская проблема.

Глава 5

ЭЛИТА ОТДЕЛЬНО, НАРОД ОТДЕЛЬНО

Общественно-политическая обстановка в стране накануне думских выборов оставалась достаточно напряженной. Основными факторами нестабильности оставались развитие ситуации вокруг Чечни, усиление конфронтации между ведущими политическими силами и федеральной властью, сепаратистские проявления со стороны отдельных региональных лидеров, а также информационная война между участниками предвыборной гонки.

В целом реакция российской общественности на чеченские события по-прежнему оставалась благоприятной для федерального центра. Очевидно, что население продолжает поддерживать действия российских военных: более половины опрошенных признали их достаточно успешными. А около трети (29 процентов) находили, что эти действия «недостаточно жесткие и решительные». И лишь немногие (7 процентов) квалифицировали действия военных как «слишком жесткие и поспешные».

Инициатива лидера движения «Яблоко» Г. Явлинского противопоставить действиям силовых министров свой план урегулирования чеченской проблемы путем мирных переговоров с боевиками не была поддержана подавляющим большинством политически активном части населения. Военная операция пока проходила успешно, следовательно, причин для вступления в переговоры с боевиками не было. В условиях повышенного давления Запада на Россию происходила ответная консолидация общества вокруг власти. А на фоне жесткой предвыборной борьбы поддержка предложений Г. Явлинского была бы равносильна оказанию помощи в укреплении позиции его объединения.

Существенных изменений в социально-экономической обстановке в России в октябре не произошло. Отмечалось некоторое замедление темпов роста промышленного производства. Объем производства промышленной продукции по сравнению с октябрем 1998 года составил 110,3 процента (в сентябре — 120,2 процента к сентябрю предыдущего года), а за десять месяцев соответственно — 107,5 процента.

Подъем в экономике, который отмечала статистика, в октябре, скорее всего, прошел свой пик и пошел на убыль. Хотя рост еще сохранялся, но, по мнению многих экономистов, с каждым месяцем он будет замедляться. Тем более что в 1999 году существенного роста инвестиций в основной капитал не произошло, и главными источником оживления промышленного производства пока являлся спрос, который из-за крайне медленного восстановления положительной динамики реальных денежных доходов населения и заработной платы сохранялся на низком уровне.

Кроме того, выборная компания оказывала негативное влияние на экономику, прежде всего с точки зрения привлечения инвестиций. В октябре 1999 года инвестиции уже сократились на 12,1 процента по отношению к сентябрю, и эксперты предупреждали, что если инвесторы будут столь нервно реагировать на перспективы перемен в стране, то вероятен новый период «затишья». В этом случае экономика становилась фактором, отрицательно влияющим на рейтинг кандидатов от «партии власти» и давала дополнительные козыри в руки оппозиции.

Согласно оценке консалтинговой компании Megshapt Iptegpatiopal Group, Россия вновь возглавила список наиболее рискованных стран для ведения бизнеса, опередив Пакистан, Алжир, Малайзию и Иран.

В октябре удалось преодолеть наблюдаемое в предшествовавший месяц падение производства сельскохозяйственной продукции. Общий объем продукции сельского хозяйства, выработанный всеми российскими товаропроизводителями, на 5,2 процента превысил показатель октября 1998 года. К середине ноября было намолочено 58,4 млн. тонн зерна, что на 12,5 процента больше уровня предыдущего года.