От Ельцина к…? Война компроматов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Представители большинства участвовавших в выборах политических сил стремились использовать в своих предвыборных целях организационный потенциал воинских учреждений и организаций, различными способами пытались склонить военнослужащих к поддержке своих кандидатов на выборах.

Координационный центр «Честные выборы», который возглавлял бывший помощник президента РФ Г. Сатаров, обвинил руководство Минобороны в «противозаконных» действиях и принуждении военнослужащих голосовать на выборах в Госдуму за блок «Единство». Координационный центр «Честные выборы» направил в ЦИК запрос с просьбой проверить информацию о том, что начальник Главного управления воспитательной работы Министерства обороны России В. Кожемякин призвал весь состав армии и флота голосовать на выборах в Госдуму за объединение «Единство». Утверждалось, что во время совещания руководящего состава Минобороны его участники получили письменные указания обеспечить голосование за блок «Единство», который занимал «наиболее патриотичную позицию».

Приближение даты голосования по выборам в Госдуму сопровождалось обострением отношений между соперничавшими политическими силами, которые использовали различные «теневые» способы повышения своей популярности, компрометации и нейтрализации конкурентов.

Наметилось обострение отношений между лидерами движения НДР и избирательного объединения «Союз правых сил». Е. Гайдар и А. Чубайс предпринимали попытки ослабить позиции лидера фракции НДР в Госдуме В. Рыжкова как главного претендента на роль лидера «демократического фланга» в российском парламенте. В частности, окружение лидеров СПС якобы подтолкнуло на выдвижение в одномандатном избирательном округе, в котором баллотировался В. Рыжков, альтернативного кандидата от демократических сил А. Сарычева. Практически не имея шансов на победу, А. Сарычев способствовал «растаскиванию» голосов потенциального электората демократов и, таким образом, создавал определенные трудности для проведения избирательной кампании В. Рыжкова.

Избирательный штаб НДР принимал меры по сбору компрометирующих материалов на кандидатов, претендовавших на голоса избирателей, поддерживавших В. Рыжкова. Ряд экспертов обращал внимание на то, что в отношении одного из наиболее серьезных соперников В. Рыжкова бывшего губернатора Л. Коршунова практически одновременно с его выдвижением в качестве кандидата в депутаты Госдумы краевой прокуратурой возобновлено уголовное дело, возбужденное в 1996 году по факту незаконного использования бюджетных средств.

Руководителями всех районных администраций Курской области было получено негласное указание губернатора А. Руцкого оказывать всяческую поддержку в проведении предвыборной кампании кандидатам от избирательного блока «Единство». Баллотировавшимся по спискам «Единства» заместителем главы администрации области А. Федуловым с санкции А. Руцкого зарегистрирована так называемая «альтернативная КПРФ» — Коммунистическая партия социальной справедливости (КПСС). В резолюции ее учредительного съезда указывалось на необходимость «размежевания рядовых коммунистов с элитой КПРФ». Активисты КПСС распространяли среди жителей области газету под названием «Голос народа России», которая полностью дублировала по формату и верстке печатный орган областного комитета КПРФ — газету «Голос народа». Опубликованные в газете материалы были направлены на компрометацию руководителей обкома КПРФ А. Михайлова, A. Потапенко, Н. Иванова, баллотировавшихся в Государственную думу.

В Адмиралтейском и Кировском районах Санкт-Петербурга распространялись листовки, направленные на дискредитацию движения «Яблоко». Листовки шли от имени «чеченской общины» с призывами к россиянам поддержать позицию лидера «Яблока» Г. Явлинского по Чечне. В них, в частности, высоко оценивалось предложение, с которым, как утверждали авторы листовок, выступил лидер «Яблока», «занять под гарантии России 50 млрд, долларов и отдать эти деньги Чечне под гарантии прекращения войны». «Мы обязуемся, — говорилось в тексте, — не взрывать ваши дома и не захватывать солдат с целью получения выкупа», поскольку этих денег «точно хватит для победоносного «джихада» на территории всей Европы». Текст подписан некоей «городской чеченской общиной». К нему приложен телефон. Однако по указанному телефону расположен один из математических научно-исследовательских институтов Петербурга. Кроме того, подлинность листовки оспаривали представители чеченской диаспоры в Петербурге. По их данным, никаких прокламаций чеченцами в северной столице не распространялось.

В течение ноября и первой половины декабря заметно крепла тенденция, выражавшаяся в стремлении российской элиты консолидироваться вокруг премьера B. Путина для выдвижения его фигуры на лидирующую общенациональную роль.

Наблюдатели отмечали, что премьер продолжал аккумулировать поддержку со стороны таких известных и достаточно авторитетных политиков, как Е. Примаков, В. Рыжков, С. Степашин, А. Тулеев, и ряда других, список которых постепенно рос. Губернатор Ярославской области, член политсовета ОВР А. Лисицын провел пресс-конференцию, на которой сделал знаковое заявление, отражавшее позиции губернаторов, ориентировавшихся на действующую власть. По словам А. Лисицына, накануне президентских выборов блоки «Отечество: — Вся Россия» и «Единство» объединятся «ради здравого смысла» и выдвинут премьер-министра В. Путина единым кандидатом на пост главы государства.

Другие лидеры ОВР прямо не отвергли такой возможности, хотя и высказывались очень осторожно. Так, Е. Примаков признал, что «далеко не решил», участвовать ли ему в президентских выборах, и назвал В. Путина «достойным кандидатом» на президентский пост, хотя представитель ОВР В. Никонов, а затем и сам Е. Примаков заявили, что А. Лисицын обнародовал лишь личную точку зрения. Председатель Совета по внешней и оборонной политике С. Караганов также не исключал появления консолидированного кандидата на пост президента России. Полностью поддержал антитеррористическую кампанию В. Путина в Чечне президент Татарстана М. Шаймиев.

Неудивительно, что лояльный властям лидер ЛДПР В. Жириновский заранее обещал поддержку В. Путину во втором туре президентских выборов, но и оппозиция не осталась в стороне от консолидирующей тенденции, как видно по принятому 17 ноября Госдумой постановлению о поддержке политики правительства и действий армии в Чечне. Этот документ, подготовленный фракцией ЛДПР, предусматривал отказ от каких-либо переговоров с чеченским руководством. Лишь «Яблоко», стоявшее на менее воинственных позициях в отношении политики в Чечне, осталось вне думского консенсуса. Правда, оппозиция настояла на том, чтобы В. Путин представил Государственной думе отчет правительства о состоянии российской экономики и итогах экономического развития страны за первые девять месяцев 1999 года, однако, по мнению аналитиков, это обстоятельство явно на руку премьеру, так как экономическая ситуация благоприятствовала демонстрации премьером социальных и хозяйственных успехов, а также широкомасштабных планов, которые не могли не понравиться Думе.

Хотя в сфере промышленного производства депрессивные тенденции были достаточно очевидны (отмеченный в первой половине года рост объемов отечественного производства прекратился), однако продолжавшийся на мировом рынке рост цен на нефть и приток нефтедолларов давали правительству возможность не только поддерживать нормальное финансирование военной кампании в Чечне, рассчитаться по социальным выплатам, платить по внешним долгам, отводя от страны угрозу дефолта, но и делать внешне эффектные шаги. В. Путин объявил о том, что правительство РФ подготовило проект указа президента о восстановлении персональных пенсий Героям Советского Союза, кавалерам ордена Славы трех степеней и Героям России. Несмотря на то что круг лиц, которые смогут воспользоваться новой льготой, крайне ограничен (не превышает 2000 человек), однако пропагандистский эффект от этого решения, в известной мере нацеленного на восстановление исторической преемственности эпох, прерванной «демократической революцией» Б. Ельцина, трудно переоценить. Одновременно принято решение (широко не рекламировавшееся) установить надбавки к пенсиям бывшим работникам системы госуправления, затрагивавшее более широкий круг пенсионеров, а также об увеличении минимального размера пенсий.

Политически верный шаг сделал В. Путин и во время своего визита в Таджикистан, где договорился о предоставлении России в аренду за долги мелиорированных плантаций для выращивания хлопку. Если эта договоренность начнет реализовываться, то серьезный импульс получат ивановские текстильные фабрики, что также сработает на позитивный имидж премьера в глазах населения страны.

Одновременно несмотря на то что в основание обнародованной в некоторых публичных выступлениях премьера экономической идеологии закладывались, как правило, идеи реанимации отечественного ВПК как локомотива промышленности, В. Путин отдал определенную дань и реформаторской традиции, поставив на обсуждение кабинета проблемы среднего и малого бизнеса. Это свидетельствовало, что В. Путин хотел бы поймать в свои политические сети электорат, относившийся ко всем основным стратам совокупного российского товаропроизводителя.

С этой точки зрения для него совсем нелишне признание со стороны других лидеров, которое позволило бы премьеру значительно расширить диапазон своих контактов и начать демонстрировать свою большую самостоятельность в их выборе. Так, в одном из своих публичных высказываний В. Путин сделал принципиально важное заявление о том, что в политике единственным критерием для него является то, в какой мере политик выражает общегосударственные интересы.

Яркой демонстрацией этой линии стали отношения премьера с Ю. Лужковым, которые, судя по всему, в какой-то мере санкционированы Кремлем, так как призваны показать В. Путина не как кремлевскую марионетку, а в качестве лидера, приемлемого для всего электората. Эти отношения продолжали меняться к лучшему: В. Путин счел возможным появиться на теннисных соревнованиях «Кубок Кремля» и даже позировать вместе с Ю. Лужковым перед фоторепортерами.

Рост рейтинга В. Путина, а также то, что его достаточно определенно поддержали военные, чьи интересы при новом премьере стали одним из основных приоритетов государственной политики, объясняло стремление политической элиты к консолидации вокруг В. Путина. Премьер стал центром притяжения для самых различных сил и слоев российского политического класса.

Президент также вновь дал понять, что видит именно в нем своего преемника, который действовал, не допуская ошибок, «последовательно и умно». Крайне важно, что слова президента не разошлись с делами — он пошел на важные кадровые уступки премьеру.

В. Путину удалось пролоббировать назначение на пост секретаря Совета безопасности члена своей питерской команды, бывшего заместителя директора ФСБ, главу департамента анализа, прогнозирования и стратегического планирования С. Иванова. Это назначение явилось отступлением от обычного для Б. Ельцина варианта выстраивания в Кремле сдержек и противовесов правительству. Некоторые аналитики предсказывали, что на пост секретаря СБ президент и «семья» обязательно назначат своего человека и отдадут в его руки курирование силовых ведомств, а когда этого не произошло и этот пост занял С. Иванов, то многими такой шаг был воспринят как признак особого доверия Кремля к премьеру, показывающий, что разговоры о том, что Б. Ельцин действительно видел в В. Путине своего преемника, имели под собой реальное основание.

Рост влияния премьера на силовые структуры, традиционно курируемые президентом, манифестировался в прекращении Генпрокуратурой дела в отношении близкого к премьеру бывшего мэра Санкт-Петербурга A. Собчака и его супруги, депутата Госдумы Л. Нарусовой, а возможно, и в попытках снять с дистанции соперника А. Собчака по 211-му одномандатному округу на выборах в Думу Ю. Шутова. Многие наблюдатели именно так объяснили инцидент со взятием последнего под стражу в зале суда после освобождения под залог.

В руки к назначенцам В. Путина перешел и такой важный орган, как Федеральная комиссия по ценным бумагам (ФКЦБ), регулирующая фондовый рынок и являющаяся мощным рычагом воздействия на крупнейшие российские компании и кредитные организации, что было очень важно накануне выборов.

Как карт-бланш, выданный В. Путину президентом, аналитики истолковывали и недавнюю реорганизацию в аппарате правительства, в ходе которой этот аппарат был адаптирован к целям и задачам главы кабинета.

Характерно и то, что был отправлен в отставку руководитель Гохрана РФ и заместитель министра финансов РФ Г. Кузнецов, принимавший, говоря словами А. Коржакова, «активное участие в разворовывании госсредств» во время предвыборной кампании 1996 года (именно из его сейфа в Белом доме и выносили доллары в коробке из-под ксерокса). Очевидно, B. Путин считал первостепенной задачу переподчинения финансовых потоков.

По некоторым данным, правительство хотело бы также сменить председателя Центробанка В. Геращенко (в последнее время интенсифицировалась критика ЦБР в российской и зарубежной печати, например в шведской «Хандельсблат»), однако ограничителем для решительных действий на этом направлении было то обстоятельство, что В. Геращенко пользовался симпатиями тогдашней Думы. Однако и здесь, судя по всему, велась достаточно последовательная работа — в частности, едва ли дискуссия о необходимости усиления контроля над ЦБР по чистой случайности вспыхнула в Думе именно тогда. Возможно, что вслед за реорганизацией аппарата правительства могла начаться и чистка кабинета министров, и особенно от вице-премьеров, слишком тесно связанных с некоторыми олигархическими группами, мешавшими В. Путину претендовать на роль общенационального лидера и умиротворителя внутри элиты.

Таким образом, В. Путин не только не вступил во враждебные отношения с породившим его «материнским» политическим организмом — действующим институтом президента, Кремлем, «семьей», но и начал выстраивать внутри этой системы свою собственную нишу, органически встраиваясь в сложившуюся систему властных отношений, беря на себя функции ее отдельных рычагов и механизмов. Прежде всего, это касалось более или менее институциональных аспектов во взаимоотношениях президента и главы правительства (передача под контроль людям В. Путина Совета безопасности, ФКЦБ, аппарата правительств). Институциональные приобретения В. Путина, прикоснувшегося к тем пружинам власти, к которым других кандидатов в преемники не подпускали на столь близкое расстояние, скорее всего, показывали, что президент наконец и в самом деле нашел себе наследника, на которого мог положиться как на гаранта преемственности.

Слаженность отличала в ноябре — первой половине декабря и основные конкретные шаги главы государства и главы правительства. Так, с одной стороны, В. Путин накануне саммита в Стамбуле совершил вояж в Таджикистан и своими высказываниями в Душанбе о необходимости корректировки договора о коллективной безопасности между странами СНГ, чтобы сделать этот договор более эффективным «для борьбы с международным терроризмом», явно облегчил задачу Б. Ельцину в Стамбуле и позволил сконцентрировать внимание на опасности терроризма, жертвой которого стал, как известно, Таджикистан. С другой стороны, многими аналитиками поездка Б. Ельцина на саммит ОБСЕ в Стамбул оценивалась как попытка прикрыть В. Путина от давления со стороны Запада, развеять миф о том, что В. Путин вместе с военными захватил власть, заблокировал Б. Ельцина, присвоил себе функции президента, и представить В. Путина внутри страны как единственного реального кандидата на президентский пост.

Происходившие изменения во внутриэлитных отношениях в свою очередь привели к тому, что появился шанс на то, что российскому политическому классу удастся преодолеть далеко зашедший внутриэлитный раскол, обрести единство и удержаться от борьбы на уничтожение.

Вместе с тем аналитики отмечали, что тенденция консолидации элиты вокруг В. Путина устраивала далеко не всех. Симптомом этого стал тот факт, что эта линия развития российского политического процесса реализовывалась на фоне продолжавшегося обострения информационной войны в ведущих российских СМИ.

Прежде всего, отсутствие сильных трений В. Путина с «умеренными» — лидерами ОВР, С. Степашиным явилось малоприятным событием для группировки Б. Березовского, которую в значительно большей мере устроило бы, чтобы между премьером и ОВР не установилось перемирие, а продолжался бы и углублялся конфликт, в ходе которого можно было бы учинить очередной передел собственности, отобранной у поверженного противника. Кроме того, сплочение элиты вокруг В. Путина делало ненужной всю стратегическую линию, выработанную в лагере Б. Березовского к президентским выборам — усиливать позиции своего стародавнего коммунистического противника, обеспечить выход коммунистического кандидата во второй тур президентских выборов, чтобы затем объединить всех остальных на платформе противодействия коммунистической реставрации, что гарантировало бы избрание В. Путина президентом в 2000 году и сохранение группировкой Б. Березовского своих властных позиций в Кремле или около Кремля как «творцов победы».

Поэтому, с одной стороны, СМИ, контролируемые олигархом, заметно остыли к В. Путину. Так, газета «Коммерсантъ» в ряде публикаций, вопреки радужным сводкам правительства, акцентировала внимание на том, что в российской экономике в целом имела место стагнация, потеря темпов роста, наблюдавшегося в первом полугодии.