Я пожал плечами. Я был совершенно спокоен после ее слов «...все в семью, дурачок!» И расстались мы легко – церемонным поцелуем в губы. Ну как нормальные супруги, не бравирующие на людях своей близостью.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Я проснулся, по египетской привычке, рано. Золотистый подарок Мавра показывал восемь часов каирского времени. Сдуру набрал мобильный Мани. Шуршание-шипение на том конце:
– Я сс-плю-уу...
– Ну спи, невеста.
Вечером, в аэропорту, я все-таки подстраховался – попросил Женьку из «Петровки, 38» осмотреть двор, подъезд, прилегающие окрестности. Следов Зверя не было. Поутру еще раз высунулся в окно с отцовским биноклем.
– «Ох, красота-то какая! Лепота!» – процитировал я и тут же вспомнил о своем заброшенном исследовании.
Перед отъездом в Египет я успел отправить на «Мосфильм» список актеров и письмо с просьбой разрешить покопаться в архиве. Гаянэ, с которой мы тогда разговаривали, оказалась на месте. Связь была великолепной – я слышал, как соскребают последний снег с крыши над ее головой.
– Все подписали, но услуги у нас платные, – сказала Гаянэ. – Отбор личных дел, подготовка справок. И так далее.
– Господи, зачем это? Мне просто не хочется народ беспокоить. Давайте я сам приеду и все найду.
– Сами вы ничего не найдете. Мы тут искали девушку, актрису, по одному фильму, а нашли в другом.
– Как так?
– Она поменяла фамилию, когда вышла замуж.
– Понятно. Но вы знаете, мне личные дела, вся эта бюрократическая муть, извините, не очень нужна.
– А что вам нужно?
– Какие-нибудь воспоминания, случаи на съемках «Операции „Ы“.
– Ну вы даете! Вы когда-нибудь нанимались на работу? Какие в личных делах воспоминания?
– А что, в архиве только личные дела и есть?
– Ну нет. Биографические справки, творческие карточки. Альбомы фотопроб, сценарии.
– Вот это уже горячее!
– Мы вам все покажем, документы подготовят к завтрашнему дню. Но вы платить-то будете?
– Буду, буду я платить.
– Очень хорошо, – проговорила Гаянэ. – Да, и вы знаете, я еще раз уточнила: старика-алкаша с фразой «Огласите весь список, пожалуйста!» действительно играл сам Леонид Гайдай.
– И слава богу! Расходов меньше. Одни расходы, господи!
Положив трубку, я, честно говоря, выматерился. Не плюнуть ли вообще на этих гайдаевских персонажей? Второстепенные, а стоят, наверное, немалых денег! «Видали, как покойники стреляют?» – как правильно заметил Куравлев-Милославский в «Иване Васильевиче». Я начинал это исследование, чтобы не чувствовать себя простым газетным червем. Но сейчас есть Маня. И самовыражаться я могу аж в трех главных ролях: продюсера, пресс-атташе, мужа, наконец.
Я посмотрел на свое щетинистое отражение в трюмо. Продюсер! Где деньги, продюсер? Где взять хотя бы штуку баксов на ее первые пять песен?
Странное дело, от вчерашнего спокойствия не осталось и следа. Но тут позвонила Маня:
– Прошвырнемся по магазинам?
– Типа ищем свадебный наряд?
Певунья только хихикнула в ответ.