– Для правдоподобия, я же говорю. Плетнева, узнав о дуэте, опомнилась, вернулась срочно в Россию, и мы дописали альбом, – пояснил Макаревич.
– Гениально! – захлопала в ладоши Настя.
– Главное, что гитары эти можно показать. Хоть какие-то вещдоки.
– А что с любовью? – спросила Плетнева. – Роман-то с Дэвидом у нас продолжается?
– Он звонит тебе каждую неделю, зовет замуж, – усмехнулся я.
– Э-э-э, поаккуратней с этим, – нахмурился продюсер. – Будем развивать историю в зависимости от реакции другой стороны. Так посоветовал юрист!
На том и остановились. И стали шлифовать всяческие детали. Я провел некое блиц-интервью от имени самых настырных журналюг.
– Почему вы до сих пор скрывали свой роман с Копперфильдом?
– Я ведь не так давно вернулась из Штатов, – быстро нашлась Плетнева.
– Кто оплачивал вашу поездку в Калифорнию? Макаревич? Дэвид?
После секундной паузы:
– Я не самая бедная девушка в России!
– Правильно, – кивнул Макаревич. – Копперфильда в денежные дела лучше не ввязывать. А меня... А я тут вообще при чем?
– По какому адресу жили в Лос-Анджелесе?
– Это вряд ли спросят, – заметил продюсер. – Кто из наших журналистов хорошо знает Лос-Анджелес?
– Ну да, согласен. Как вы проводили время? Появлялись вместе в общественных местах?
– Конечно нет. Он же официально обручен с Шиффер. Встречались тайком, у касс кинотеатров, у бензоколонок.. Ну и так далее, по плану.
– Совместные фото можете показать?
Тут Плетнева замялась.
– А что сказать про фото?
Выручил Макаревич:
– Есть такая правильная фраза – всему свое время. Все, пресс-конференция окончена!
– Сейчас, Леша, еще один вопрос. А какие-то дорогие подарки он делал, Ань?
– Всему свое время.
– Нет, по второму разу это не канает. Мы же можем какой-нибудь подарок придумать?
– Кольцо. Кольцо с камушком, – сказала Изольда.
И прочитала нам краткую лекцию о разделении камней на классы по Ферсману [17] . Мол, алмазы, сапфиры, рубины, изумруды относятся к первому классу. Но тут очень важно, чтобы камень был чистым и прозрачным, ровного густого тона.
– А почему важно? – задал я дилетантский вопрос.
– Мутный, с какими-нибудь трещинами и пятнами, скажем, сапфир – он даже ниже ценится, чем чистейший топаз или аметист. Камни формально из второго класса, но по стоимости порой не уступающие первому.
– Уйдешь со сцены – прямиком в ювелирный, оценщицей.
[17] А. Е. Ферсман (1883 – 1945 гг.) – выдающийся советский минералог.