Постарайся не ходить: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ирона, Ирона… Он что, тоже Подмастерье, но его не послали учиться на Первый? Странно. И тоннель этот… Почему они не хотят построить мост над рекой? Почему идут таким сложным путем?

Он уже задавался вопросом, как вышло, что потомки Мастеров перестали пользоваться своими возможностями. Ведь куда легче и быстрее поднять тяжелый предмет жестом «точка-верх», чем возводить хитроумную систему рычагов. А потом из разговора с Фаалом понял: здесь не было Основателя, способного указать точку в пространстве, к которой можно приложить этот жест. И жест забыли, и к силе, стоящей за ним, перестали обращаться.

У этого Ироны нет Основателя, который объяснил бы, как надо строить переправу через широкую реку. Кто есть, к тому Ирона и пришел. Но Морио ведь неравная замена. Он вообще не замена — не умеет он ничего строить.

Морио замер. Ему не стоит ввязываться в это дело. Он не настолько опытен, как про него решили. Укрепить отдельный предмет — это ему легко дается. А вот часть большой конструкции… Он непременно сцепит намертво что-нибудь нужное с чем-нибудь случайным, с какими-нибудь вспомогательными деталями или с чем-то, что просто прислонили-поставили. И что потом? Отступать и рыть тоннель в новом месте, в обход навечно застывших балок и подпорок?.. Нет, он лишь навредит строительству.

Резко выдохнув, Морио нажал «Нет».

Экран терминала мигнул, принимая ответ, — и снова открыл строку «Прошу вас отв…… согласны ли… сотрудничать со мно.».

Что-то сломалось? Отсырело в контактах?

Он нажал еще раз «Нет». Мигнуло — и снова строка с вопросом…

Нет. Нет. Нет. Закрыть. Нет. Выключить. Где этот провод?.. вот так, выдернул. Вставил, нажал. Включился?.. Опять это письмо?!.. Нет! Да нет же, я сказал! Хватит! Нет! В пыль все! — эта женщина, этот Фаал, этот Ирона… Надоели вместе со всем миром! Вот что всё и всех объединяет: на-до-е-ли!..

Нет!

Рассердившись, Морио хлопнул обеими ладонями по сенсору, погнув кронштейн. Экран перекосило, изображение издевательски мигнуло — и вспыхнула новая строка: «Благодари. за… гласие».

Как так?

Он пнул стену несколько раз, вырвал пучок проводов из остатков терминала и выскочил из домика. У него уже не было сомнений в том, что это не случайная поломка, а простой суррет, который на Первом даже ребенок может создать. Плевая технология, был бы сенсор, а что экран, что голограмма — без разницы. Сам делал когда-то такой, сам посылал Исе, когда хотел получить согласие на просьбу отпустить его домой, погостить у матери. Как он сейчас-то повелся на такую банальность!

Очень просто повелся. С чего-то решил, будто люди, разрабатывающие гравитатор, не способны создать элементарное письмо-цикл. Вот тебе наука — не считай других глупцами, не то получишь по носу от их ума!

Злость сделала за него этот выбор! Он сжимал кулаки и стискивал зубы, пытаясь справиться с собой, гневающимся на свой же внезапный гнев. Его раздражали даже камни, валяющиеся перед домиком. Замахнувшись пнуть один, он потерял равновесие, промахнулся и плюхнулся на балку-крыльцо.

В розово-синем вечере на небо медленно выкатился 5698-ый. Он вращался, словно диковинный плод в руках гордого торговца, который расхваливал свой товар, показывая со всех сторон. Вот полнеба заняла черная безжизненная поверхность, вот приблизились затянутые легким туманом края, вот нацелились на Миллионный неизменно блестящие золотым шесть граней нижней пирамиды. В том, как он пер по небу, приближаясь и увеличиваясь, крутясь и сверкая пирамидой, было что-то назойливое, но все равно Морио следил за ним безотрывно.

Справа что-то копошилось и тихонько шуршало. Оказалось, что все сто сорок семь муравьев пришли посмотреть на 5698-ый вместе со своим создателем и теперь теснятся на свободном куске крыльца, давятся, лезут друг на друга — но все здесь.

А ведь он не одинок. Пусть он не может общаться с компанией муравьев, но все-таки у него компания есть. И не такой уж он неудачник. Вряд ли теперь найдется сила, способная раздавить этих муравьев. Кроме времени, конечно.

Едва он встал, как муравьи, будто вода, растеклись по балке — обратно не сядешь. Значит, он не будет садиться.

Вернувшись под крышу, Морио увидев разбитый терминал. Долго смотрел на экран с надписью-приговором «Благодари. за… гласие» и наконец нашел слова, чтобы обратиться к своему внутреннему Проводнику:

«Вы отправили меня помогать, чтобы укреплять живое. Но если я стану укреплять неживое, я тоже помогу?».

«— Когда я отправлял тебя сюда, я видел, что ты будешь здесь полезен».

«Значит, постараюсь быть здесь полезен…»

В конце концов, если он будет внимателен и осторожен со своим умением, то вместе с Ироной они попробуют построить крепкие тоннели не только под реками, но и по земле — и в них будут не страшны плюхи. Принцип тоннелей должен быть один!..

Морио поужинал готовой едой, которую не было смысла оставлять, приготовил коробку с запасом для тех, кто когда-нибудь заглянет в непогодный домик, и лег спать. Утром он проснется отдохнувшим, с легкой головой соберет свои вещи и уйдет к равнинным — чтобы построить вместе с ними тоннель под рекой, которую он назовет «Долговязая» за высоченную осоку на берегах.

Он опишет еще не один круг по Миллионному, вместе с Ироной (которая окажется молодой женщиной с насмешливыми глазами) проложит и укрепит несколько тоннелей в холмах и удачно проверит их под чередой ползущих плюх. Вырежет не один десяток табличек с надписями «Серый Край», «река Холодянка», «Фааловы У́сы». Создаст не одну сотню небьющихся предметов.

Все это сделает прежде, чем вернется в непогодный домик на склоне горы, которую назовет Кионт.

Он узнает, что отчаяние все-таки сломало рыбака Корна и убило его, и что Слушки разносят по осколку вести о новых болезнях, появляющихся среди жителей, и о новых смертях без явных причин. Еще тысячу раз он взвоет от одиночества и тоски, еще десятки тысяч мыслей и страхов будут терзать его ум. И несчетное количество раз на брошенные в небо просьбы «не оставляйте меня, возвращайтесь» он получит в ответ лишь смену дней и ночей.

Все это будет, прежде чем однажды он поймет, что уже шестой раз 36-ой осколок должен был показаться над краем (а значит, минуло уже почти полсотни оборотов), и прежде чем с ним в домике на горе вместо умерших от старости муравьев поселится осознание-заноза: «Никто. Не придет. Смирись».

Часть четвертая. Глава 9