Мир женщины делился надвое, ровно пополам, и в одной половине царила нежность к русоволосому великану, а вторая… О, вторая была целиком отдана мне! Злоба, смешанная с необходимостью подчиняться, припорошенная первым снегом чувства долга и многократно пронизанная благодарностью за то, что рабство подарило вместе с горечью настоящее счастье — найти любовь. Как причудливы чувства людей! В один момент времени мы способны испытывать столько противоположных друг другу эмоций, что странно, как они не сжирают себя, оставляя тупое равнодушие. Вот и в сознании Кириан плескалось невероятное зелье, сочетание несочетаемого, хаос, подчинённый непостижимой, но непобедимой логике.
Ощущения текли сильно и ровно, как река, из века в век не покидающая одно и то же русло. На перекатах — по всей вероятности, в те мгновения, когда телохранительница вынуждена была уделять внимание мне, — вскипали буруны брезгливой покорности судьбе. Когда же фокус смещался в сторону Баллига, возникали тихие заводи, глубокие, как сама любовь. И снова возвращение к служебным обязанностям. Волна, другая… Скачет из стороны в сторону слишком часто. Никогда бы не подумал, что Кири тратит на меня столько собственных сил. Скорее следовало заподозрить её в пренебрежении обязанностями, ан нет: не забывала о долге. И о возлюбленном конечно же не забывала.
Качаюсь на волнах, вверх, вниз. Вверх, вниз. Вверх, вниз. Вверх… Или мне кажется, или в этот раз возвращение затянулось? Ну-ка, я же считал… Промежуток между гребнями укладывался в два вдоха и выдох, а тут вдруг получилось на выдох больше. Что дальше? Поглядите-ка, ритм сбился! И «ямы» стали глубже, словно кто-то взял лопату и покопался в них… А что у нас с оттенками? Хм… Именно то, чего я и опасался.
Колебания Кириан оказались великолепной почвой для взращивания чужого влияния. Убийца вряд ли могла понимать, что именно помогло ей поймать в ловушку сознание моих телохранителей, наверное, и не рассчитывала на такой результат. Точно, не рассчитывала, в противном случае не преминула бы углубить своё присутствие в чужих ощущениях, а не оставила как есть, пустив свою волю курсом, параллельным моей. А может быть, просто не понимала, как нужно действовать? Что, если она пользуется своим даром малоосознанно, на уровне инстинктов, а не разума? Но тогда…
Я выдохнул и, не удержавшись, чмокнул Кириан в губы, а та, потрясённая до глубины души моими странными действиями (что за мужик? Можно сказать, всю облапал, а до сокровенного и добираться не стал), даже не сподобилась огрызнуться, не то что залепить пощёчину.
— Всё, можешь быть свободна!
— Вы… сделали всё, что хотели?
— Не столько хотел, сколько был обязан.
Я потянулся к столу за рубашкой и, задумчиво проводя взглядом по округлостям растерянно застывшей на сброшенной одежде женщины, отметил вслух:
— И всё-таки ещё полгода назад твоя грудь выглядела существенно меньшей по размеру. Поделишься секретом, а?
— К-каким секретом?
— Как грудь увеличить. Не скажу, что прелести моей супруги меня не устраивают, но я бы не отказался…
Хлоп! Аж в ушах зазвенело. Выпросил-таки пощёчину на свою голову. Что-то все меня сегодня обижают. Наверное, звёзды неудачные.
— Ты что себе позволяешь?
— Нет, это что ВЫ себе позволяете?!
Ах, как я люблю женщин в гневе! Любо-дорого посмотреть: грудь вперёд, кулаки упёрты в бока, губы начинают припухать, по коже разливается румянец… Прелесть неимоверная!
— Объяснись немедленно.
— Да как только… да после всего… ещё и издеваетесь… Правду говорят, вы — демон в человечьем обличье! Худший из демонов!
Горячо и познавательно, но совершенно не имеет отношения к теме разговора. Беру на себя труд уточнить:
— Что именно в моих словах так тебя оскорбило?
— Как вы могли спрашивать, если и сами всё уже вызнали?
Прямо-таки воплощение праведного гнева. Может, свести её с придворным скульптором? Чудная натурщица получится — и форма на месте, и содержания хоть отбавляй.
— Что я вызнал?
Стараюсь спрашивать спокойно и ласково, хотя хорошо знаю по личному опыту: чем мягче себя ведёшь, тем больше яришь собеседника. А уж собеседница и вовсе начинает огнём пыхать из ноздрей.
— Про ребёнка!
— Какого ещё…
Ум… Болван. Каменный. Круглый. Тупица. Беспросветный. Законченный.
— Ты ждёшь ребёнка?
— А то вы не знаете!
— От Баллига?