Иакинф полистал блокнот и изучающе поглядел на собеседника, затем перевёл взор на своего спутника, российского офицера в камуфляже.
− Прайд тут ни при чём. У нас есть кое-кто лучше. Позвольте представить вам человека, плечом к плечу с которым я защищал Москву, а затем сражался в Калифорнии. Капитан отряда специального назначения ГРУ Исетской Лиги, Семён Антонович Щедринский.
Офицер привстал и кивнул головой.
− Рекомендую внимательно приглядеться к шраму, который нанесён на лицо капитана.
Иакинф кратко изложил Кингу историю Щедринского.
− Думаете, противник клюнет на это? – с сомнением спросил Айрон.
− Всё может быть. Мы возлагаем на него хоть и не основные, но всё-таки довольно большие надежды.
Иакинф поднялся из-за стола.
− Мы решили, что в США созданы наиболее благоприятные условия для появления Гхоршин-бархнэ. Успешные действия американского Сопротивления помогут сделать захватчиков более сговорчивыми и склонными к мятежу. Начнём ломать вражескую систему с вашей страны. Если Симеон получит поддержку соплеменников здесь, то можно будет заняться и другими странами. А сейчас мне пора возвращаться. Капитан останется с вами. Он проинструктирован обо всём, что необходимо вам и ему в совместной работе. Если понадобится, он всегда сможет обеспечить связь с нашими штабами и воздушными кораблями.
Щедринский поднялся и пожал протянутую ему руку.
− Приложу все усилия для оправдания доверия, катафракт-полковник, − сказал он Иакинфу.
− Храни тебя Господь, Симеон, − ответил синорянин.
Иакинф поклонился остальным присутствующим и вышел за дверь, где его ждал ещё один катафракт. По сигналу портативного маяка они телепортировались назад, в Россию.
Глава 37
Осень закончилась рано. В октябре ударили морозы. Войска НАТО в Италии были оттеснены от Милана превосходящими силами противника. Фронт пролегал по линии Ливорно – Флоренция – Римини. Воздушные десанты Магхорч дважды прорывались и высаживались на территории карликовой республики Сан-Марино, фактически снеся древний город-государство до основания.
Армады бомбардировщиков превратили в мусорную кучу и Рим. Жители Вечного Города поднялись, как один, на устранение повреждений, нанесённых собору святого Петра. Как ни странно, Ватикан остался почти не затронут авианалётами, и там нашли приют лишившиеся крова обитатели итальянской столицы.
Беженцы из Западной Европы взяли курс в сторону Исетской Лиги. Стоящие на границе Польши и Белоруссии войска едва справлялись с огромным человеческим потоком. Власти республик Лиги были всерьёз озадачены тем, чтобы не допустить эпидемии на своей территории. Спасающиеся от геноцида люди проходили через полузатопленные земли Германии и Польши, где из-за миллионов незахороненных трупов начался чудовищный мор.
Массовые призывы новобранцев и резервистов в странах Исетской Лиги пополнили армию союзного государства несколькими миллионами новых солдат. В боях пока участвовали лишь профессионалы и синорские военные, но близился черёд больших сражений, которые должны были затмить даже самые жаркие баталии Второй Мировой войны.
Стали получать регулярную поддержку Индия и Пакистан. Ценой огромных потерь, понесённых в яростной партизанской борьбе, они всё-таки не пропустили группы войск захватчиков, пытавшихся использовать эти страны для развития дальнейшего продвижения на Ближний Восток.
К началу декабря объединённым армиям Китая и Лиги удалось разгромить несколько дивизий Магхорч в Азии. Брошенный противником Тибетский автономный район стал плацдармом для размещения оперативных соединений войск союзников. Силам Магхорч негде было закрепиться в горных районах, зато для воздушного флота Ро́сии Синории там было самое подходящее место. Корабли стали своего рода «порталами» для переброски войск из России, Монголии и Казахстана в тыл захватчикам.
Вражеская оборона не выдержала и посыпалась. На Новый год в руках воинов Гхоршарэна остались лишь провинции Цзянсу, Чжэцзян, Фудзянь и Гуандун.
В США силы Сопротивления уверенно овладевали центральной частью страны, стараясь разделить группировки оккупантов. Каратели Магхорч и коллаборрационисты Кевина Прайда отвечали тем, что проливали новые реки крови, но тем самым лишь ещё больше придавали сил повстанцам, которые почувствовали, что подданные Гхоршарэна всё-таки могут уставать, бояться и отступать.
И вот бои снова затихли. Обе стороны начали готовиться к очередному большому витку кровавого маховика войны.
Около половины пятого утра командующий кёльнско-дортмундской группировкой Магхорч, самуркадох, гигант Ардуан Шафхам, осматривал территорию лагеря, в котором размещались значительные силы его группы войск. Распорядок дня в армиях Магхорч был не такой, как в войсках других стран. Подданные царства отличались неприхотливостью и стойкостью. На сон определялось всего лишь 5 часов. Разумеется, воины захватчиков спали посменно, но всё-таки естественный биологический ритм давал знать о себе, и в утренние часы наступал момент, когда внимание дежурных притуплялось.
Коллаборационисты из числа граждан Германии и бывших солдат Бундесвера несли службу за оградой лагеря, патрулируя руины Дюссельдорфа. Готовилась пересменка. Один из генераторов НФК, скрытно расположившийся где-то в районе границы с Бельгией, надёжно защищал орды Шафхама от баллистических ядерных ракет. После случая с модуляторами фазовых переходов в Северной Америке командование приказало усилить охрану и повысить маскировку важных объектов.
Часы на одной из уцелевших городских башен показывали 4:40 утра. Согласно воинскому уставу Магхорч, «рабочий цикл» в армии не был прикреплён к продолжительности дня, и длился 30 часов. Через пять минут одна смена воинов-великанов должна была проснуться и заступить на двадцатипятичасовую вахту, а другая − пойти отдыхать вместо них.
К Ардуану Шафхаму с поклоном подошёл офицер-великан.
− Самуркадох! Бодрствующие смены готовятся идти спать. Старшины докладывают о готовности произвести побудку отдыхающих смен.
Шафхам кивнул и снова обежал лагерь взглядом. Вдруг что-то заставило его поднять глаза к чёрному небу. Ему показалось, будто тучи на миг подсветились зелёным.
− Ты видел это? – спросил самуркадох у офицера.