− По делу тоже передала, − Неллер протянул лейтенанту карту памяти. – Тут все данные по Оклахоме.
− Ну, хорошо. А козёл этот приезжает?
− Какой козёл?
− Ну, этот чел, с позывным «Айрон» («Железный»), который теперь типа как возглавляет объединённое командование Сопротивления…
− Ах да! – сержант весело ощерился. – Он приехал. И поверь, ты возьмёшь свои слова насчёт «козла» назад, когда я тебе скажу, кто это.
− Да ну на фиг… − Данфорд рыгнул, испустив мощный алкогольный дух. – Хочешь сказать, я его знаю?
− А кто тебе год назад левое копыто зашивал в Йемене?
Лейтенант выпучил глаза.
− Да ты что?! Кинг? Откуда он взялся? Не может быть!
− А вот и может, старик!
− Я думал, его грохнули при взятии Нью-Йорка… Да, знаю, после Йемена его приняли в ряды какой-то там ооновской медицинской шараги. Он гениальный хирург, но какой из него руководитель Сопротивления?
Тут луч фонаря на секунду ослепил Данфорда. Он и Джо Неллер обернулись в сторону входа в убежище. Партизан помахивал фонариком, пытаясь привлечь их внимание.
− Выкладывай, что там? – сказал лейтенант, когда подполз по мокрой траве к входу.
− Сэр, русские на связи. Они готовы прислать своих людей.
− Хорошо, сообщи, что мы тоже собираемся выходить.
Через 20 минут Данфорд, Неллер и четверо партизан выбрались из подземного убежища и взяли курс на юг. Скрытыми тропами они подобрались к небольшой автодороге, которой в последние месяцы никто не пользовался. Рядом с ней бойцы Сопротивления прятали внедорожник.
Неллер сел за руль, а Данфорд с партизанами утроился на пассажирских местах. Они натянули оранжево-зелёное полотно на крышу автомобиля, в надежде, что пилоты Магхорч не сразу решатся открыть по ним огонь, увидев цвета своего флага.
Прошло 4 часа, прежде чем отряд, периодически останавливаясь и съезжая с дороги для разведки, добрался до маленького городка Бакирус.
Люди Данфорда имели прямую связь с Исетской Лигой и синорянами. Теперь им предстояло обеспечить небольшую формальную процедуру – встречу русских с человеком, в котором большинство американских партизан видело своего лидера.
Неллер остановил машину рядом с опрокинутым составом – в Бакирусе находился железнодорожный узел.
Едва успели замаскировать внедорожник, как над городком пролетел шестикрылый самолёт Магхорч.
− Чтоб тебя! – сдавленно прошипел Неллер. – Вовремя мы.
− Будем надеяться, что они не оборудовали его нашими системами наблюдения, − сказал лейтенант. − На прошлой неделе ребята из бывшей 4-й дивизии КМП сообщили, что им удалось сбить разведчик противника над Детройтом. На нём обнаружили тепловизоры и другие «радости жизни», которые эти твари сняли с нашей боевой техники. Пока это единичный случай, но я не ручаюсь, что пролетевший самолёт не оснащён трофейной электроникой.
Отряд двинулся дальше пешком. Возле груды мусора, в которую превратился местный небольшой завод, их встретили двое часовых и проводили в убежище, где намечалась встреча с Айроном. Прежде он был известен, как сотрудник Всемирной Организации Здравоохранения, заслуженный военный хирург, побывавший на полях многих сражений, полковник армии США Сильвестр Кинг.
Пожилой загорелый военврач сидел за столом в маленькой комнате, пил крепкий кофе и курил сигарету. Спасая жизнь других, своё здоровье Кинг всегда терроризировал не самыми лучшими для него вещами. Находясь в спартанских условиях партизанского лагеря, он вёл себя так, будто в выходной день завтракает у себя дома, а вокруг тишина, порядок и нет войны.
− Я не помню вашего имени, но мне кажется, вы были моим пациентом, − сказал вместо приветствия Айрон вошедшему Данфорду. – Йемен, пригород Тарима. Правая нога, камбаловидная и большеберцовая мышцы, осколочное. Так ведь?
− Так точно, сэр… − ошеломлённо выдохнул лейтенант. – Но, разрешите уточнить, как вы…
− Я работаю хирургом дольше, чем ты живёшь на свете, парень, − усмехнулся Кинг. – Забываю имена, но привык запоминать в лицо всех своих подопечных. Ладно, где там твои русские?
− Они готовы прибыть, если вам угодно, сэр.
Сильвестр Кинг нахмурился и затушил сигарету.