Мус ей сказал:
— Когда Зориктэ начнет есть, мальчика к нему не подпускай!
Вечером пришел Зориктэ. Старуха поставила перед ним полный тавак жирного мяса:
— Ешь, вкусная сегодня еда.
Выскочил Кебюн и уселся на колени к старшему брату. Старуха подбежала к нему, схватила за руки и потащила, приговаривая:
— Не мешай брату, итак из-за тебя он три дня не ел. Дай ему спокойно поесть.
— Пусть остается, он мне не мешает, я и так хорошо наемся,— говорит Зориктэ.
— Нет, он руки твои будет занимать.
Только поднес Зориктэ ко рту кусок мяса, младший брат подбежал к нему и выбил своей слабой ручкой мясо из его рук.
— Что за странный мальчик! — кричит старуха. — Ты почему не даешь брату есть?
Она схватила мальчика и стала крепко держать, чтобы он не вырвался. И тогда Кебюн заговорил впервые в жизни:
— Брат мой, не ешь! Отравлено!
Зориктэ гневно оттолкнул от себя тавак. Старуха засуетилась, забеспокоилась, забормотала:
— Что за странный мальчик? Никогда не говорил и вдруг заговорил. И еще утверждает, что мясо отравлено! Откуда он это взял? Откуда в мясе яд?
Она подбежала к мясу, схватила кусок, бросила его, лизнула свои пальцы и вдруг побелела, свалилась и умерла.
Кебюн забрался на колени к старшему брату и говорит:
— Злая старуха умерла. Но кроме нее есть еще мус.
В этот момент вбежал черный мус и бросился на Зориктэ. Борются они, борются, мнут друг друга могучими руками, но никто верх не берет. Мус кричит:
— Кебюн, ты ведь мое дитя! Помогай мне! Кинь под меня сырую овчину, чтобы я не скользил, а под него сыпь просо! Сил моих не хватает! Скорее!
А Зориктэ говорит:
— Если ты и вправду мой брат, милый Кебюн, то под меня стели сырую овчину, а под муса рассыпай просо!
Кебюн помог своему брату, мус упал, и они вдвоем убили его. Разрубили его тело на куски. Принесли саксауловых дров, развели большой костер, спалили куски на огне, а золу по ветру развеяли. Не стало черного муса.
И стали братья жить вдвоем в полном спокойствии и достатке.
Много лет прошло. Младшему брату исполнилось семнадцать. Однажды он говорит:
— Брат мой, Зориктэ, почему ты до сих пор не женат? Почему ты не поездишь по свету, не поищешь себе невесту?
— Не ехал я за невестой потому, что боялся оставить тебя одного. Как ты тут проживешь без меня?
— Мне уже семнадцать лет. Я могу жить один. А тебе надо добраться до улуса соседнего хана и взять в жены ханскую дочь.
— Что ж, я поеду. Но сумеешь ли ты прожить один?
— Сумею, не беспокойся, брат.
Зориктэ взял плеть с таволожным черенком и воткнул ее в землю.