Старуха неделю уговаривает, вторую, третью. Наконец, добилась своего, и они пошли к озеру. Старуха идет и приговаривает:
— Ах, как приятно гулять, как прохладно у воды. Вода и ветерок так же приятны, как душа милого.
Шли они шли по берегу и наткнулись на лодку, которую здесь оставила ведьма.
— О, да тут и лодка есть, как хорошо! Сейчас мы покатаемся! — воскликнула старуха, сделав вид, что она удивилась.— Когда я была молодая, я носилась в лодке, как птица.
Прыгнула она в лодку и начала описывать круги.
— Ах, как хорошо кататься! Ну иди же, садись со мной!
— Нет, я боюсь, я никогда в лодке не каталась.
— Чего ты боишься? Мы далеко не уплывем, будем кататься у берега, где мелко. Бояться нечего, садись!
Так она говорила до тех пор, пока красавица не согласилась немного покататься. Но только она села, старуха сразу же направила лодку к середине озера. Заплакала красавица, но ничего не поделаешь. Ведьма приняла свой настоящий вид и погнала лодку во всю прыть. И лодка заскользила по воде, как рыба, полетела, как птица. Раскрывает ведьма свой медный клюв и каркает:
— Чем быть тебе женой простого охотника, черной кости, не лучше ли быть ханшей у великого хана?
— Не надо мне никакого хана. Хоть мой муж и простой человек, но я его ни на кого не променяю.
— Ха-ха-ха! Не променяешь! Очень скоро будешь ханшей у нашего хана!
Они причалили к берегу. Ведьма схватила красавицу за руку цепкими костлявыми пальцами и потащила к хану.
— Вот и хорошо, будешь моей ханшей,— сказал хан.
— Нет, нет, никогда я вашей ханшей не буду, хоть изрубите меня на куски,— сказала красавица, даже не глядя на хана.
— Почему не будешь? — удивился хан,— да ты посмотри каков я, ты на меня даже не смотришь!
Взглянула красавица на хана и вдруг вскрикнула:
— Он!!
Больше ни слова от нее не смогли добиться. Держат ее целый год в страхе — она не покоряется. Целый год развлекают — она не улыбается. Хан говорит:
— Все страшное тебе показал — ты не испугалась. Все смешное тебе показал — ты не засмеялась. Что с тобой еще делать? Брошу тебя в темницу, может быть, там одумаешься!
И бросили ее в темницу. У дверей приковали льва и тигра. Они пропускали только хана.
А Зориктэ вернулся домой, увидел, что кибитка пуста, и воскликнул:
— О моя жена, как ты была права! Увела тебя проклятая старуха! И зачем я ее пустил в дом?! Обойду весь свет, но разыщу мою милую жену!
И он пошел в ту сторону, откуда пришла старуха. Шел он долго и, наконец, добрался до улуса того хана. Настрелял много сорок и из их шкур сшил себе шубу, шапку и сапоги. Надел все это и направился к ханскому дворцу.
А в это время хан решил: «Хочет она или не хочет — я все равно женюсь. Не захочет— возьму силой». И начал приготавливать великий пир-хурюм.
Зориктэ подошел к дворцу и видит: кругом в больших котлах варят мясо.
— Что у вас за праздник? — спрашивает он,— зачем так много мяса?
К нему подскочила медноклювая ведьма на козьих ногах. В сорочьей шубе и шапке она его не узнала.
— Это я, это я все устроила! — заговорила она,—Сегодня будет пир в честь нашей новой ханши! Это я ее хитрым обманом сюда привела, от мужа ее увела! Но только оказалась она слишком упрямой. И пугать ее пугали, и развлекать развлекали, а она все твердит одно: «Не выйду за хана!» И все же сегодня хан решил жениться. Вот почему у нас сегодня пир-хурюм.
— А где она у вас, эта упрямая женщина?