Глядя на вопросительно поднявшиеся брови Гермионы, Рен уточнила:
- Это цветы, похожие на ваши лилии. Где он раздобыл их практически на краю пустыни — одной Наэ-Хомад известно. Но на Нао это произвело впечатление.
- Ну, это, конечно, очень мило, но всего лишь букет...
- Ты просто не понимаешь ситуации. Это приближенные Повелителя, постоянно обитавшие в Эрц-Хаоре, относились к нам с должным уважением, но все-таки более-менее спокойно. А простые жители Даймона едва ли считали нас людьми: для них мы были почитаемыми небожителями, слугами их вечного Повелителя, стоящими всего лишь на несколько ступеней ниже его. И если в провинцию или город прибывала Коготь, для них это означало или великую милость Эр-Кхана, или его великий гнев. Нас по большей части боялись, причем настолько, что если народ узнавал, по чью виновную душу явился посланник, то нередко возникало стихийное восстание, и нас, входящих в город, уже встречали старейшины, предъявлявшие голову или тело этого человека. И умоляли повременить с решительными мерами.
Так что вмешательство в разговор ради спасения отца и «всего лишь букет» для того юноши были нешуточным испытанием.
А еще надо знать Нао. Она была довольно красива... с мужской точки зрения - лицо, фигура... И всегда немного задирала нос, считая большинство мужчин… Бесхребетными, что ли… Так что поступок сына главы стражи... В общем, она, отчитавшись перед Владыкой о расследовании, в этот же день вернулась обратно в тот город. Как она сказала, «чтобы выяснить границы смелости этого парня».
Топазовые глаза Рен лукаво сощурились.
- И уж не знаю, где пролегли эти границы, но с тех пор, если Нао не было на задании Владыки или в Эрц-Хаоре, все знали, где ее искать.
- А ты, Рен? - полюбопытствовала Гермиона. - У тебя кто-нибудь был?
- Нет, - спокойно ответила девушка. - Для меня тогда существовали лишь познание собственной силы, Повелитель и служба ему. Все мы проходили через этот период, а я была еще очень юной слугой, а потом...
Рен замолчала.
Грейнджер, чтобы сменить тему и одновременно подобраться к самому интересующему ее моменту, задала вопрос:
- А Гарри? Как ты к нему относишься? Он теперь твой, кхм, господин? Он тоже для тебя как отец или там, старший брат? Очень старший?
И вот тут Рен смутилась, пусть и немного, но все же заметно - как будто Гермиона невзначай коснулась чего-то, что слегка беспокоило и саму Рен.
- Гарри? Я... Он... Ну... Он вновь дал мне жизнь, победил в бою и вернул оружие для службы ему, и поэтому он мой полноправный господин, иначе сарран бы не признал его.
И она подцепила большим пальцем свой массивный металлический ошейник-украшение.
- А что это такое?
- Сарран? Это дополнительная предосторожность, предохранитель. Эр-Кхан не сомневался в нашей преданности, но все же допускал вариант, что при помощи какой-то неизвестной ему магии, Коготь все же смогут подчинить и заставить пойти наперекор его воле.
- И что тогда? Этот ошейник тебя убил бы?
- Нет, он просто не даст нарушить приказ господина. Настоящего господина. И все.
- А я уж подумала... Значит, Гарри все же твой хозяин?
- Да, безусловно. Но...
- Что? - и Гермиона подсела поближе; за легкой нерешительностью Рен явно что-то крылось.
- Гарри, он... Другой. Та дистанция, что отделяла нас от создателя... Ведь эти несколько метров, что пролегали между нами и троном Владыки, по сути, были настолько большим расстоянием, что даже не поддавалось исчислению. Эр-Кхан был божеством не только для всего Даймона, но и для нас тоже, просто мы стояли у самого его престола. А Гарри... Он ближе, он теплый и живой, он добрый и относится ко мне, как... Я даже не знаю... Даже когда выяснилось, что я в вашем мире стала почти бесполезной, он не отверг меня, наоборот — начал убеждать, что я и в таком виде буду ему неоценимой помощницей.
«Ха. Да ты и безо всякой магии действуешь так, что на тебя боязно смотреть», - мелькнуло в мыслях Грейнджер.
- Так все это плохо?
- Не знаю... Нет, наверное... Но это непривычно, я начинаю чувствовать что-то, что никогда не ощущала в присутствии Эр-Кхана. Мне часто хочется просто быть рядом с Гарри, разговаривать с ним обо всем или даже просто молча смотреть, как он думает, читает, тренируется... А когда он уходит, то... Это не то привычное ощущение временного отсутствия господина - у меня возникает какое-то странное чувство... пустоты, как будто у меня взяли и унесли что-то очень важное.
Рен говорила чуть сбивчиво, но спокойно и честно пытаясь описать новые, незнакомые ей чувства.
«Ох, подружка, кажется, я догадываюсь, что означают такие симптомы...» - чуть не пробормотала вслух Гермиона, но Рен внезапно настороженно повернула голову.
Буквально через долю секунды задний двор осветился проблеском света, раздался негромкий шелест сработавшего пространственного портала, и из-за угла вывернул знакомый силуэт с длинным предметом за спиной.