— Право, я даже не уверена, стоит ли мне…
— Я не хотел вас смутить.
— Нет, нет.
— Меня зовут Сэм. Я работаю в исследовательском центре. Сэм Питерс. Мы занимаемся компьютерами. Я программист.
— Понятно.
— Мне восемнадцать лет.
— Поздравляю! — смеется она.
Наверное, ей слышно, как я заливаюсь краской на своем конце линии. Гарет складывается пополам, так ему смешно.
— Сейбл Сенаторе, — произносит она наконец мягким, текучим голосом.
— Сейбл?
— Совершенно верно.
— Могу ли я спросить?..
— Да?
— Сколько вам лет?
Снова молчание.
Парни корчатся от смеха, но у нее такой милый голос, что мне не хочется вешать трубку. Я пытаюсь вообразить ее себе — там, под этими высокими башнями, с обращенным к небу лицом, с театральным биноклем на цепочке, как она готовится вернуться к работе, в какой-то адвокатской конторе с деревянными панелями стен и с кофейными кружками.
— Сейчас половина девятого утра, — говорит она.
— Простите?
— Как правило, свидания назначают на более поздний час.
— Извините, пожалуйста.
— Что ж, мне двадцать девять лет, Сэм. Старовата для вас.
— О.
Ну точно: Гарет сразу давай ковылять по залу, будто он согнутый годами старик с палочкой, Комптон издает пещерное уханье, и даже Деннис придвигается ближе, чтобы шепнуть мне: «Любовничек».
Затем Комптон отодвигает меня от стола, лопоча что-то про свое пари и про то, что ему обязательно надо все выяснить.
— Где он, Сейбл? Где он сейчас?
— Это снова Колин?
— Комптон.
— Он стоит почти у самой Южной башни.
— А каково расстояние от одной башни до другой?
— Сложно сказать. Где-то пара сотен… О, вот это скорость!