На порог заскочила курица. Колька топнул на нее. Курица сорвалась. Зашлась в суматошном крике, заметалась в сенях, наскакивая на стены, в последнем отчаянии влетела в избу и присела, готовая хоть под топор.
(За кадром).
— Вот и богодул! Пташка божья, только что матерная! — сказала Вера.
Все засмеялись.
Вслед за курицей, бурча под нос, вошел лохматый босоногий старик, поддел курицу батогом, выкинул в сени. Распрямился, поднял на старух маленькие, заросшие волосом глаза и возгласил:
— Кур-рва!
— Святая душа на костылях, — сказала Вера Носарева, — не оробел, явился — не запылился.
Дарья поднялась от стола. Взяла самовар, двинулась к выходу. Впервые за нее это утро сказала:
— Садись, счас еще самовар поставлю.
— Кур-рва! — снова выкрикнул, как каркнул, старик. — Самовар-р! Мер-ртвых гр-рабют! Самовар-р!
— Кого грабют-то? Че мелешь? — охнула Вера.
— Хресты рубят, тумбочки пилят! — крикнул Богодул и ударил о пол палкой. — На кладбище!
— Господи, началось… — тихо выдохнула Дарья.
Предчувствие беды ее не обмануло.
Оторопев, все посмотрели на нее.
Вера грубо спросила:
— Началось?! А куда ж Павел твой смотрит, начальничек?
— Без него, поди, не спросившись… — не сразу ответила Дарья.
— Если могилку мамину нарушили — глаза вырву! — и, рослая, могучая в плечах, Вера бросилась к двери.
Улицы деревни. День.
…Первой бежала к кладбищу Вера Носарева. За ней поспешали Настасья, Дарья, Катерина, тетка Лиза, Татьяна, Сима с Колькой. Замыкала шествие Тунгуска, с дымящей трубкой в зубах. По пути Богодул палкой стучал в окна, сзывая людей. Вокруг него крутился его пес, громким лаем помогая хозяину. Сперва Дарья начала отставать, старухи обгоняли ее одна за другой.
На полдороге к кладбищу Дарья совсем замедлила ход, остановилась и постояв, неожиданно повернула назад. Налетевший Богодул окликнул:
— Дарья, куды?
Дарья лишь обернулась на оклик и не ответила.
— Куды, Дарья?!..
Она лишь слабо отмахнулась рукой. Сначала шла медленно, с усталым, разбитым видом. Затем прибавила шагу. А под конец, уже подойдя к своему дому, почти бежала, будто гнался кто за ней. Дома наглухо заперла за собой ворота. Не сняв платка, села на лавку, не зная, что еще сделать, как отгородиться от всего происходящего. Но тревога росла. Она глянула по сторонам и с тоской простонала:
— Надо же!.. На меня пало… За что? За какие грехи?.. Господи, они ить с меня спросют… Я ить живу, на мне лежит доглядывать… А чем ответ-то держать?.. Чем?..
…Толпа разъяренных старух и баб гнала улицей трех мужиков-пожегщиков. Те с трудом отбивались от пса Богодула, наскакивавшего на них. Возле конторы столкнулись с председателем поссовета Воронцовым.
— Что такое? Что происходит?
Старухи враз загалдели, окружили Воронцова. Мужики выдрались из толпы к начальству.