Дальше все произошло настолько быстро, что если бы не реакции Стива, то не обошлось бы без локального апокалипсиса.
Яркий свет лаборатории мигнул, Джарвис уныло растягивая слоги произнес: «Тревооогаа» и замолчал, Баки изогнулся в кресле дугой, послышался оглушительный хруст костей и хриплый, вымученный вой. Стив выдернул из металлической ладони штепсель, Баки упал в кресло, глядя остекленевшими глазами, а потом ловко захлопнул открытый лючок на ладони и ухватил Тони за горло. Все это заняло не больше трех секунд.
— Баки, — тихо позвал Стив. Тот не отзывался, продолжая душить Старка одной рукой. — Все вон, — страшным голосом сказал Стив. — Немедленно.
Брюс молча подхватил под локоток побледневшую Ларингейм и догнал Лэнга уже у дверей.
— Баки, — Стив, даже не поморщившись от боли в сломанных, похоже, пальцах, осторожно обхватил его подбородок свободной рукой и заставил посмотреть в глаза. — Баки, ты слышишь меня?
В темно-синих глазах были лишь пустота и смерть. Смерть Тони, хрипевшего, извивающегося в хватке безжалостных пальцев, наваливающегося всем телом, но неспособного вывернуться.
— Баки? — Стив смотрел только на него, осторожно провел кончиками пальцев по скуле, коснулся губ, а потом обхватил за затылок и длинно, сильно, чувственно поцеловал. Раздался шум падающего на пол тела, первый судорожный вздох Тони, хрип, уже не предсмертный, но все еще болезненный, а губы Баки дрогнули в ответ, на затылок Стива легли металлические пальцы, очень нежные и осторожные сейчас, глаза прикрылись ресницами и снова широко распахнулись. Смерти в них уже не было. Было только узнавание и бесконечное радостное удивление.
— Бак? — снова позвал Стив, упершись своим лбом в лоб Баки.
— Стив, — солнечно улыбнулся тот. Так, как улыбался когда-то давно, до плена и войны. — Это ты.
— Я. Смотри на меня, ладно?
— Ладно.
— Я думал, ты умер.
— Я думал, ты меньше, — как когда-то давно ответил Баки, и сердце у Стива сжалось от дурного предчувствия.
— Что последнее ты помнишь?
— Что ты имеешь…— Баки хотел повернуть голову, чтобы осмотреться, но Стив ему не позволил.
— Скажи мне.
— Я повторял свои звание и номер, чтобы не забыть… Сержант три-два-пять-пять-семь… Ты за мной? Почему ты такой? Огромный. Это навсегда?
— Думаю, да, — грустно улыбнулся Стив и отодвинулся, давая Баки осмотреться.
Тони с трудом встал и теперь потирал горло, на котором расцветали лиловые синяки.
— Кто это? — спросил Баки. — Со мной работал другой. И лаборатория… Стив, что происходит? Я терял сознание от боли в ужасном сером бункере, а очнулся здесь. Ты стал в два раза больше, а этот хмырь совсем не похож на того психа, который… поверь, ты не хочешь этого знать.
— Этого хмыря зовут Тони Старк, — прохрипел Тони.
— Брат Говарда Старка?
— Его сын, — сказал Стив. — Бак, сейчас двадцать четвертое апреля две тысячи шестнадцатого года.
— Какого года? Стив, это шутка? — Баки побледнел и посмотрел на Стива полными страха глазами. Стив забыл, когда видел в глазах Баки страх. Наверное, тогда, когда тот падал в пропасть, о чем благополучно забыл.
— Нет, Бак. Мы… мы в будущем.
— Машина времени? ГИДРА изобрела машину времени?
— Почти. Не нервничай, смотри на меня.
— Я смотрю. Что с тобой произошло?
— Это долгая история. Я расскажу. Потом. Как только мы разберемся, что случилось. Ты мне веришь, Баки?
— Конечно. Всегда верил.