— Кончики пальцев сменные, делаются из более устойчивого к истиранию материала.
— Так часто трешь что-то?
— Да. Асфальт. Когда снижаю скорость со ста миль в час до нуля за семь секунд.
— Ты бегаешь со скоростью сто миль в час?
— Я с этой скоростью с движущихся машин прыгаю. Ну, или мотоцикл могу попытаться удержать от падения. На той же скорости.
Тони многозначительно помолчал, продолжая раздражающе постукивать стилосом о кисть Баки.
— Ты хочешь еще один тест? — спросил, наконец, Баки.
— Что? Нет, я не могу… пока не могу воспроизвести нужную силу трения в лабораторных условиях, чтобы проверить…
— Я о том, что я разотру в порошок ту палочку, которой ты вот уже десять минут так раздражающе стучишь по моей руке.
Тони убрал стилос и задал следующий вопрос:
— Как часто раньше меняли наконечники пальцев и как давно делали это в последний раз?
— По мере износа, два года назад.
— Выглядят как новые.
— Ты удивишься, Старк, но я не всегда катаюсь на крыше машины и спрыгиваю с нее на полном ходу.
— Хотел бы я знать, из чего сделаны твои колени, ковбой, — задумчиво произнес Тони, окинув Бак взглядом с головы до ног.
— О коленях разговора не было, — отрезал Баки.
— Верно. Чертов Санчос. Эй, Лэнг, иди сюда, вскроем эту малышку. Спокойно, Барнс, больно быть не должно. Но ты, Роджерс, все-таки будь настороже.
— Я всегда настороже, — отозвался Стив.
— Левую лучше зафиксировать, — предупредил Баки. — Старк, ты мне не нравишься, но я пока не собираюсь тебя убивать. Во всяком случае, при таком количестве свидетелей.
Тони окинул его оценивающим взглядом, видимо, что-то прикинул в уме и позвал:
— Ботти, — робот подкатился ближе и что-то вопросительно прожужжал, — Ботти, знаю, это опасно и тебя проектировали не для этого, но не мог бы ты подержать своего собрата, пока я посмотрю, что там внутри?
Ботти что-то обиженно ответил и, сложившись, подъехал под руку Баки, позволив прикрепить ее к себе широкими ремнями.
— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — с сомнением протянул Баки.
— Нет, но раз тебе так спокойнее, пусть твоя суперрука будет зафиксирована.
— Еще бы скотчем примотал.
— Все, не сбивай меня. Лэнг?
— Тут три щитка, которые мне было позволено обнаружить. Плечо, около локтя и на предплечье.
— А вообще их шесть, — вставил Баки. — И вообще вибраниум снимается полностью по определенной схеме. Под ним — гибкая сетка, на которую посажены пластины. Она очень тонкая и прочная. При рекалибровке, — он шевельнул рукой, отчего пластины между плечом и локтем встали дыбом, как чешуя у рыбы во время чистки, — их видно.
— Рекалибровка предусмотрена для охлаждения.
— Нет. Никогда не замечал особого перегрева. Как, впрочем, и переохлаждения. Рекалибровка позволяет временно усилить некоторые участки. Например, — он крутанул запястьем, отчего пальцы стали короче и толще, — при ударе пальцами, когда нужно что-то пробить, но не разломать. Или, — пальцы вернулись в исходное положение, а пластины наползли друг на друга в районе локтя, — при ударе локтем. Или когда нужно что-то сбросить, от чего-то очиститься, не применяя вторую руку. Порвать веревку, например, или тонкую цепь. Сбросить пятачок электрошокера, которые так любит Вдова.