Сказавши еще разъ о необходимости обуздывать гнѣвъ, выясняетъ, что людей, раздражаемыхъ обидами, можно подраздѣлить на три категоріи; къ послѣдней категоріи (людей) совершенныхъ причисляются Апостолъ и Давидъ; здѣсь же, кстати, указывается различіе между этой и будущей жизнью.
232. Мы хотѣли бы показать, если это въ нашихъ силахъ, что въ священныхъ писаніяхъ обижаемые раздѣляются на три рода: Къ первому принадлежатъ тѣ, чуждые справедливости люди, у которыхъ, когда они подвергаются насмѣшкамъ, ругательствамъ и оскорбленіямъ со стороны грѣшника, стыдъ (все) возрастаетъ и скорбь все усиливается. Имъ уподобляются весьма многіе изъ моего положенія (meo ordine) и чина (meo numero). Ибо если кто нибудь нанесетъ обиду мнѣ, слабому, то я не смотря на свою слабость можетъ быть и прощу его; если же онъ станетъ обвинять меня въ (совершеніи) преступленія, то я не найду въ себѣ (силы) довольствоваться сознаніемъ чистой совѣсти и моей неприкосновенности къ тому, въ чемъ меня обвиняютъ (etiamsi тe ejus objecti alienum noverim), a, будучи слабымъ, постараюсь смыть пятно позора. Такимъ образомъ, я требую око за око и зубъ за зубъ и за поношеніе плачу поношеніемъ.
233. Если же я преуспѣваю (въ добродѣтели), хотя еще не отличаюcь совершенствомъ, то я не стану мстить за поношеніе[377]; пусть сыпятся на меня ругательства, пусть уши мои наполнятся поношеніемъ, я буду молчать и ничего не скажу.
234. Если же я совершенъ (говорю къ слову, такъ какъ въ дѣйствительности я слабъ), — и такъ, если я совершенъ, то я благословляю злословящаго, какъ благословлялъ и Павелъ, который говоритъ: «Злословятъ насъ, и мы благословляемъ» (I Кор. IV, 12), ибо онъ слышалъ Того, Кто говорилъ: «любите враговъ вашихъ, молитесь за клевещущихъ (и злословящихъ) на васъ (calumniantibus)[378] и гонящихъ васъ (Мѳ. V, 44). Поэтому Павелъ терпѣливо переносилъ (patiebatur et sustinebat) гоненіе; онъ побѣждалъ и укрощалъ человѣческую страсть ради будущаго (propositae) мздовоздаянія; (онъ зналъ), что, если онъ возлюбитъ врага, то будетъ сыномъ Божіимъ.
235. Однако мы можемъ показать, что и св. Давидъ не меньше Павла отличался этой добродѣтелью (in hoc genere virtutis imparem Paulo non fuisse). И прежде всего онъ, когда его поносилъ его (сынъ) Семей (II Цар. ХVІ, 7 и сл.) и возводилъ на него обвиненія, онъ смиренно молчалъ (tacebat et humiliabatur), молчалъ даже о добромъ (Пс. ΧΧΧVΙII, 3), т. е. (молчалъ, даже) сознавая свои добрыя дѣла; мало того, онъ желалъ даже быть злословимымъ, потому что черезъ это онъ обрѣталъ милосердіе Божіе.
236. Посмотри, какъ онъ ради снисканія Божіей милости соблюлъ смиреніе, справедливость и благоразуміе. Сначала онъ сказалъ: «потому онъ ругаетъ меня, что Господь сказалъ ему, чтобы онъ ругалъ» (II Цар. XVI, 10)[379]. Здѣсь предъ тобой смиреніе, ибо то, что (дѣлается) по повелѣнію Божію, — то онъ, какъ рабъ, считаетъ нужішмъ переносить безропотно (aequanimiter). Потомъ онъ сказалъ: «вотъ сынъ мой, который произошелъ изъ утробы моей, ищетъ моей души» (тамъ же, ст. 11). Здѣсь ты видишь справедливость; ибо если мы терпимъ страданія, (причиняемыя) родными (suis), то почему мы съ неудовольствіемъ переносимъ то, что причиняютъ намъ посторонніе? Потомъ въ третій разъ сказалъ: «оставь его, пусть злословитъ, потому что Господь сказалъ ему, дабы видѣть смиреніе мое и чтобы воздалъ мнѣ Господь за злословіе это» (тамъ же, ст. 12)[380]. И не только онъ претерпѣвалъ поношеніе его, но даже когда тотъ бросалъ камни и слѣдовалъ за нимъ, онъ и тогда не тронулъ ero (illaesum reliquit), а послѣ побѣды охотно простилъ его, умолявшаго о прощеніи (II Цар. XIX, 22).
237. Объ этомъ я заговорилъ затѣмъ, чтобы показать, что св. Давидъ съ его евангельской настроенностію (evangelico spirito) не только не оскорблялся, но даже благодарилъ ругателя и скорѣе радовался, чѣмъ раздражался (наносимыми ему) обидами, за которыя онъ надѣялся (arbitrabatur) получить воздаяніе. Такъ, онъ, будучи совершеннымъ, искалъ еще большаго совершенства. Какъ человѣкъ, Онъ возгарался негодованіемъ за несправедливость (въ отношеніи къ нему), но какъ добрый воинъ, онъ побѣждалъ (негодованіе) духомъ, какъ храбрый атлетъ, (невозмутимо) переносилъ (всѣ оскорбленія). Онъ ждетъ (того времени, когда ему) не придется уже сносить обидъ (patientiae autem finis) и когда наступитъ исполненіе данныхъ ему обѣтованій (promissorum exspectatio), почему и говорилъ: «Скажи мнѣ, Господи, кончину мою и число дней моихъ, какое оно, чтобы я зналъ, что недостаетъ мнѣ» (Пс. XXXVIII, 5)[381]. Онъ спрашиваетъ объ исполненіи (finem) небесныхъ обѣтованій или о томъ, когда каждый[382] востанетъ въ своемъ порядкѣ: «Первенецъ Христосъ, потомъ Христовы, которые увѣровали въ пришествіе Ero, а затѣмъ конецъ» (I Кор. ХV, 23)[383]. Ибо когда предастъ царство Богу и Отцу и упразднитъ всякое начальство, какъ сказалъ Апостолъ, тогда наступитъ конецъ. Здѣсь совершенньіе отличаются (природными недоcтатками (impedimentum), естественной слабостію, а тамъ будетъ полное совершенcтво. Потому (Давидъ) и спрашиваетъ о тѣхъ дняхъ вѣчной жизни, которые еще настанутъ, а не о тѣхъ, которые уже канули, чтобы знать, чего ему недоcтаетъ, какова земля обѣтованія, постоянно плодоносящая, какое первое у отда жилище, какое второе, какое третье, въ которыхъ каждый по мѣрѣ своихъ заслугъ найдетъ успокоеніе[384].
288. И такъ, намъ нужно искать то, въ чемъ есть совершенство, въ чемъ есть истина. Здѣсь тѣнь, здѣсь образъ, а тамъ истина. Тѣнь въ законѣ, образъ въ Евангеліи, а истина въ небесномъ (Евр. I, 1 и сл.). Прежде приносился въ жертву агнецъ и телёцъ, теперь приносится Христосъ, но приносится какъ человѣкъ, какъ подверженный страданіямъ; и (въ то же время) онъ приноеитъ самъ себя, какъ первосвященникъ (sacerdos), чтобы отпустить намъ грѣхи; здѣсь въ образѣ, тамъ въ истинѣ, — тамъ, гдѣ Онъ выступаетъ предъ Отцемъ, какъ ходатай за насъ[385]. Здѣсь мы ходимъ во образѣ, во образѣ и видимъ, тамъ же, гдѣ полное совершенство, тамъ лицемъ къ лицу, потому что всякое совершенство возможно только (est) въ истинѣ.
ГЛАВА XLIX
Здѣсь должно хранить образъ добродѣтелей и уничтожать образъ діавола и пороковъ, въ особенности жадности, которая лишаетъ насъ свободы и затѣмъ, нарушивъ нашъ міръ различными тщетностями, совлекаеть съ насъ образъ Божій.
239. Итакъ, пока мы здѣсь, будемъ блюсти образъ, дабы тамъ намъ достигнуть истины. Пусть царитъ (sit) въ насъ образъ справедливости, образъ мудрости, потому что настанетъ день, когда насъ будутъ судить по (этому) образу.
240. Пусть же врагъ не найдетъ въ тебѣ своего образа, (пусть не найдетъ въ тебѣ) ярости и бѣшенства, потому что въ нихъ образъ непотребства. Врагъ же діаволъ, какъ левъ рыкающій, ищетъ, кого бы онъ могъ убить (или) кого поглотить (Ср. 1 Петр. V, 8). Да не найдетъ (въ тебѣ) жадности къ золоту, (да не найдетъ) у тебя скопленнаго въ большомъ количествѣ (acervos) серебра (или) идоловъ пороковъ, да не лишитъ тебя голоса свободы… Голосъ свободы — это когда ты можешь сказать: «Придетъ этого міра князь и во мнѣ не найдетъ ничего» (Іоан. XIV, 30). Итакъ, если ты увѣренъ въ томъ, что онъ ничего не найдетъ въ тебѣ, когда придетъ испытать (твои мысли и дѣла), то ты скажи то, что патріархъ Іаковъ сказалъ Лавану: Изслѣдуй, есть ли у меня что либо изъ твоего (Быт. XXXI, 32)[386]. По справедливости блаженъ Іаковъ, у котораго ничего изъ своего не могъ найти Лаванъ! Ибо Рахиль скрыла (принадлежащія ему) золотыя и серебреныя изображенія идоловъ.
241. Итакъ, если мудрость, вѣра, презрѣніе къ міру (этому), если любовь (gratia) твоя покроетъ твою невѣрность, (проявляющуюся въ нарушеніи заповѣдей), то ты будешь блаженъ, ибо ты не обращаещь вниманія на суету и неистовство ложныя (Пс. XXXIX, 5). Развѣ маловажно — лишить врага голоса, чтобы онъ не имѣлъ данныхъ къ обвиненію тебя, въ чемъ бы то ни было (ut arguendi te non possit habere auctoritatem)? Итакъ, кто чуждъ заботъ о суетномъ (non respicit in vanitates), тотъ и не можетъ быть смущенъ, а кто прилежитъ суетному, тотъ смущается, и притомъ совершенно тщетно. Что же иное, какъ не суетность — собирать богатства? Ибо исканіе тлѣннаго достаточно ужъ свидѣтельствуетъ о суетности (vanum est satis). Пусть ты соберешь богатства, но можешь ли ты знать (навѣрное), что тебѣ прйдется владѣть имъ?
242. Развѣ не суетно, что купецъ днемъ и ночью находится въ разъѣздахъ, чтобы накопить богатства (aggregare possit thesauri acervos), скупаетъ товары, безпокоится о цѣнѣ, чтобы не пришлось ему продать въ убытокъ, слѣдитъ за цѣнами разныхъ рынковъ (locorum), и вдругъ или зависть къ его широкой (famosae) торговлѣ понуждаетъ разбойниковъ (къ нападенію на него) или же самъ онъ, не дождавшись попутнаго вѣтра, нетерпѣливо пускается въ поиски за наживой (dum lucrum quaerit) и терпитъ кораблекрушеніе?
243. Не суетно ли также волнуется тотъ, который съ большимъ трудомъ собираетъ (сокровища), о которыхъ онъ не знаетъ, какому наслѣднику они достанутся? Часто то, что корыстолюбецъ собралъ съ особенной заботливостію, это роскошествующій наслѣдникъ (быстро) растрачиваетъ своей безумной (praecipiti) расточительностію; и (вотъ) долго накоплявшееся у безнравственнаго мота, слѣпого къ настоящему и непредусмотрительнаго въ отношеніи къ будущему, уплываетъ какъ бы въ какую бездну (qua dam absorbet voragine). Часто также желанный наслѣдникъ, почувствовавъ ненависть къ наслѣдству, при скоропостижной смерти, завѣщаетъ чужимъ доставшееся ему наслѣдство (aditae succesionis compendia).
244. Зачѣмъ ты напрасно ткешь паутину, которая (ты знаешь) и безполезна, и безплодна, и, точно ненужныя сѣти, оставляешь большія богатства. Вѣдь эти послѣднія, при всемъ изобиліи нисколько не полезны (для тебя), даже, напротивъ, (вредны, потому что) совлекаютъ съ тебя образъ Божій и облекаютъ въ земной? Если кто имѣетъ изображеніе тирана, то развѣ онъ не подлежитъ осужденію? Ты отлагаешь образъ вѣчнаго Царя (imperatoris) и принимаешь образъ смерти? Извергни же изъ города твоей души образъ діавола и прими образъ Христа. Пусть этотъ послѣдній сіяетъ въ тебѣ, въ твоемъ городѣ, т. е. пусть блистаетъ твоя душа, забывшая образы пороковъ, о которыхъ Давидъ говоритъ: «Господи, во градѣ твоемъ въ ничто ты обратишь образы ихъ» (Пс. LXXII, 20)[387]. Ибо когда Господь изобразитъ Іерусалимъ по своему образу, тогда погибнетъ всякій образъ враговъ.
ГЛАВА L
Левитамъ особенно должны быть чужды земныя страсти. Какими качествами должны они отличаться, согласно апостольскому требованію; какая требуется отъ нихъ чистота, насколько высоко ихъ званіе и каково ихъ служеніе, для котораго необходимо обладаніе главными добродѣтелями. Основныя добродѣтели были извѣстны и философамъ, но послѣдніе ошибались въ ихъ относительномъ достоинствѣ. Случается, что исполненіе чего либо, по существу согласнаго съ долгомъ, въ зависимости отъ обстоятельствъ, бываетъ предосудительнымъ. Отсюда опредѣляется, какихъ качествъ требуетъ званіе левитовъ; потомъ слѣдуетъ истолкованіе благословеній, данныхъ колѣну левіину Моисеемъ.
245. Если благовѣствованіемъ Господа даже народъ наставлялся и научался къ презрѣнію богатства, то насколько же больше вы, левиты, не должны быть обладаемы земными страстями, — вы, которыхъ удѣлъ есть Богъ? По крайней мѣрѣ, когда Моисей раздѣлялъ народу отцовъ земельныя владѣнія, то Господь отстранилъ левитовъ отъ участія въ земномъ владѣніи, потому что Онъ самъ былъ ихъ удѣломъ (Числ. XVIII, 23). Почему Давидъ говоритъ: «Господь есть часть наслѣдія моего и чаши моей» (Пс. XV, 5). Левитъ значитъ (apellatur) «онъ мой» или «онъ за меня»[388].
Велика же должность того, о которомъ Господь говоритъ: онъ мой, или подобно тому какъ Онъ сказалъ Петру о статирѣ, найденномъ во рту рыбы: «Дай имъ за меня и за себя»[389] (Мѳ. XVІІ, 27). Почему и Апостолъ, сказавъ, что епископу надлежитъ быть трезвеннымъ, цѣломудреннымъ, благочиннымъ, страннолюбивымъ, учительнымъ, некорыстолюбивымъ, несварливымъ, хорошо управляющимъ своимъ домомъ, прибавилъ: «діаконы такъ же должны быть степенны (graves)[390], не двоязычны, не пристрастны къ вину, не домогающіеся выгоды постыднымъ образомъ[391], хранящіе таинство вѣры въ чистой совѣсти. И такихъ надобно прежде испытывать, и, если они окажутся непорочными, то пусть служатъ» (Тим. III, 8—9)[392].
246. Мы видимъ, что требуется отъ насъ: чтобы служитель Господень воздерживался отъ вина и имѣлъ доброе свидѣтельство не только со стороны вѣрныхъ, но и отъ внѣшнихъ. И то хорошо, если общественное мнѣніе свидѣтельствуетъ (о добродѣтельности) и нашихъ поступковъ, и нашихъ дѣлъ, дабы (такимъ образомъ) не было нареканій (ne derogetur) на (наше) званіе, дабы (далѣе) тотъ, который видитъ служителя алтаря украшеннымъ соотвѣтственными добродѣтелями, прославилъ Творца и почтилъ Господа, Который имѣетъ такихъ рабовъ. Слава Богу (воздается) тамъ, гдѣ есть непорочное владѣніе, въ томъ домѣ, гдѣ (царствуетъ) добрый порядокъ (innocens familiae disciplina).
247. А что мнѣ сказать о цѣломудренности[393], когда допускается только одинъ союзъ и притомъ не повторяемый? Ибо уже въ самомъ супружествѣ лежитъ законъ неповторяемости его и воспрещенія вступать въ другой бракъ. Многимъ кажется страннымъ, что второбрачіе (iterati conjugii), (заключенное еще) до крещенія, служитъ препятствіемъ къ избранію и рукоположенію въ священнослужители (ordinationis praerogativam), когда всѣ грѣхи, разъ они смыты крещеніемъ, не вмѣняются уже въ вину человѣку. Но мы должны знать, что крещеніемъ можетъ быть прощена вина, но не можетъ быть уничтоженъ законъ. Въ супружествѣ же — не вина, а законъ. То, что относится ко грѣху, это въ крещеніи отпускается, но что касается закона, это не оставляется. (Иначе) какимъ образомъ можетъ увѣщевать (къ храненію) вдовства тотъ, кто самъ виновенъ въ многобрачіи (conjugia frequentaverit)?
248. Что служеніе должно соблюдать чистымъ и непорочнымъ, не оскверняемымъ какимъ либо супружескимъ сожитіемъ, этого развѣ не знаете вы, которые приняли благодать служенія, будучи непорочными тѣломъ, цѣломудренными и даже чуждыми самаго супружескаго общенія? Мнѣ не безызвѣстно, что во многихъ удаленныхъ (отъ нашего наблюденія) мѣстахъ (нѣкоторые) зачинали дѣтей тогда, когда они отправляли свою должность и даже священнодѣйствовали, причемъ даже пытаются защитить это ветхозавѣтной практикой, гдѣ богослуженіе отправлялось (той или другой чредой) чрезъ (извѣстный) промежутокъ времени. Но вѣдь (тамъ зато) долженъ былъ оставаться чистымъ въ теченіе двухъ или трехъ дней даже народъ, чтобы чистымъ онъ могъ приступить къ жертвоприношенію, — какъ (объ этомъ) мы читаемъ въ ветхомъ завѣтѣ (Исх. XIX, 10); при этомъ (заповѣдь о чистотѣ была настолько строга), что необходимо было вымыть даже одежды. Итакъ, если во образѣ такая строгость (observantia), то какова же она должна быть въ (самой) истинѣ? Познай же, священникъ, а также и левитъ, что значитъ измыть одежды свои, дабы съ чистымъ тѣломъ ты могъ совершать таинства (celebrandis exhibeas sacramentis). Если народъ, не вымывшій своихъ одеждъ, не допускался къ жертвѣ, то какъ же ты съ своей нечистой душой и тѣломъ осмѣливаешься молиться за другихъ и раздавать имъ (св. тайны)?
249. Велико служеніе левитовъ, о которыхъ говоритъ Господь: «Вотъ я избираю левитовъ изъ среды сыновъ израилевыхъ, вмѣсто всякаго первороднаго, разверзающаго утробу (vulvam) среди сыновъ израилевыхъ; выкупомъ за нихъ будутъ эти, и будутъ мнѣ левитами. Ибо я освятилъ себѣ первороднаго въ землѣ египетской» (Числ. ІІІ, 12–13)[394]. Мы видимъ что левиты не поставляются наравнѣ съ прочими, но выше другихъ, такъ какъ они избираются изъ всѣхъ и освящаются; они опредѣляются Бргу, какъ начатокъ плодовъ и какъ первенцы, въ которыхъ и обѣты исполняются, и подается (est) отпущеніе грѣховъ. «Не исчисляй ихъ, сказалъ (Господь Моисею), вмѣстѣ съ сынами Израиля; но поручи левитамъ скинію свидѣтельства и всѣ сосуды ея и все, что при ней; пусть они носятъ скинію: и всѣ сосуды ея и сами служатъ въ ней и около скиніи пусть ставятъ станъ свой. И когда надобно переносить скинію, пусть поднимаютъ ее левиты, а когда надо остановиться лагеремъ, то опять пусть ставятъ скинію сами левиты. Если же приступитъ кто либо изъ постороннихъ, то пусть умретъ смертію» (Числ. I, 49–51).
250. Итакъ, ты избранъ изъ всего сонма (numero) сыновъ израилевыхъ и между священными плодами признанъ за первороднаго; ты приставленъ къ скиніи, чтобы защищать (praetendere) станъ святости и вѣры, къ которому, если приблизится непосвященный (alienigena), то умретъ смертію; ты назначенъ охранять (operias)[395] ковчегъ завѣта. Ибо не всѣ созерцаютъ высоту (alta) таинствъ, довѣренныхъ левитамъ (qui operiuntur a levitis); пусть же не видятъ ихъ тѣ, кто не долженъ видѣть, и пусть не принимаютъ тѣ, кто не можетъ ихъ сохранить. И Моисей видѣлъ обрѣзаніе духовное, однако не открылъ его, а предписалъ обрѣзаніе рукотворенное (in signo). Видѣлъ онъ (также) опрѣсноки истины и чистоты, видѣлъ страданіе Господне, но скрылъ опрѣснокъ истины подъ опрѣсноками матеріальными и жертву (passionem) Господню подъ жертвой агнца и тельца. И благочестивые левиты сохранили таинство подъ покровомъ своей вѣры; неужели же ты не считаешь за великое то, что довѣрено тебѣ? Прежде всего ты созерцаешь тайны (alta) Божіи, что относится къ мудрости, затѣмъ ты являешься стражемъ народа въ томъ, что касается справедливости; ты защищаешь станъ и скинію, что свидѣтельствуетъ о мужествѣ; (наконецъ), самому тебѣ надлежитъ быть воздержаннымъ и трезвеннымъ, что является признакомъ умѣренности.
251. Эти роды добродѣтелей считаютея основными даже внѣшними; только они (добродѣтель) общежитія поставили выше, чѣмъ добродѣтель мудрости (sed communitatis superiorem ordinem quam sapientiae judicaverunt)[396]; между тѣмъ мудрость есть основаніе (дѣятельности), а справедливость-дѣятельность (opus), κоторой не можетъ быть, разъ нѣть основанія; основаніе же есть Христосъ (I Кор. ІІІ, ІІ).
252. Итакъ, первая (добродѣтель) — вѣра, которая, по словамъ Соломона, подражающаго своему родителю, относится къ мудрости: «Начало мудрости — страхъ Господень» (Пр. IX, 10). И законъ говоритъ: «Возлюби Господа Бога твоего, возлюби ближняго твоего» (Вт. VI, 5)[397]. Хорошо, конечно, если ты и любовь и силы (officium) твои посвящаешь (conferas) людскому обществу (in societatem humani generis), однако будетъ лучше (primum illud decorum est), если ты посвятишь (deputes) Богу то,[398] что имѣешь самаго цѣннаго, т. е. твой умъ, выше котораго нѣтъ у тебя ничего. Когда ты исполнишь (такимъ образомъ) свой долгъ въ отношеніи къ твоему создателю, тогда ты можешь посвятить твои силы (opera) на дѣла благотворенія и помощь людямъ; ты можешь помогать (opem feras) имъ въ ихъ нуждахъ или деньгами или своимъ служеніемъ или другимъ какимъ либо образомъ, чему въ вашемъ служеніи представляется широкая возможность: деньгами, чтобы помочь, займомъ, чтобы освободить отъ обязательства, исполненіемъ вашего долга (officii), чтобы ты сохранилъ въ цѣлости то, потерять которое боится ввѣрившій это твоему попеченію.
253. Слѣдуетъ также сохранять залогъ и возвращать (взятое взаймы). Но иногда, въ зависимости отъ времени и обстоятельствъ, должно поступить какъ разъ наоборотъ[399]; (т. е.), не возвращать того, что ты получилъ. Такъ, напр., если кто либо требуетъ обратно свои деньги затѣмъ, чтобы помогать варварамъ въ ущербъ отечеству (contra patriam), (заявляя себя так. обр.) явнымъ врагомъ (родины)[400], или, если ты возвращаешь такому, у котораго все равно отнимутъ данное тобою (cum adsit qui extorqueat), если ты возвращаешь безумному, который не въ состояніи сохранить (то, что ты отдашь ему), или, если ты не откажешься возвратить помѣшанному заложенный тебѣ мечъ, которымъ онъ лишитъ себя жизни, то (во всѣхъ этихъ случаяхъ) развѣ ты не поступишь вопреки обязанности? Или если ты принимаешь завѣдомо краденое, скрывая правду (ut fraudetur) отъ того, кто потерялъ, то развѣ это не будетъ нарушеніемъ долга?
254. Иногда преступно бываетъ исполнять данное обѣщаніе[401] или соблюсти клятву, какъ (это можно видѣть) на примѣрѣ Ирода, который, въ виду того, что поклялся дочери Иродіадѣ дать ей все, что только она ни попроситъ, убійство Іоанна предпочелъ нарушенію даннаго слова (Мѳ. XIV, 7 и сл.). Что также скажу я объ Іеффаѣ, который принесъ въ жертву свою дочь, которая первая попалась навстрѣчу ему, побѣдоносно (возвращавшемуся съ войны). Правда, этимъ онъ исполнилъ данный имъ обѣтъ принести Богу то, что первое попадется ему навстрѣчу (Суд. XI, 39), (однако) лучше бы было ему ничего не обѣщать, чѣмъ обѣщанное выполнить (цѣною) дѣтоубійства.
255. Вамъ вѣдомо, какая требуется осмотрительность (quanti consilii), чтобы предвидѣть (это). Вотъ почему въ левиты избирается такой, который охранялъ бы святилище[402], не измѣнялъ бы (своему) рѣшенію (ne iallatur consilio), не оставлялъ бы вѣры, не боялся смерти, не допускалъ бы ни въ чемъ невоздержанности, чтобы въ самой внѣшности его сказывалась степенность; ему слѣдуетъ обуздывать не только духъ (свой), но и глаза, дабы не нарушить цѣломудреннаго лица (frontem sobrietatis) при случайной встрѣчѣ, потому что: «кто посмотритъ на женщину съ вожделѣніемъ, уже прелюбодѣйствовалъ съ нею въ серддѣ своемъ» (Мѳ. V, 27). Вѣдь любодѣйствовать можно не только тѣломъ (facti colluvione), но и взглядомъ (aspectus intentione).
[377] Migne convitium; Krab.: convitiis.
[378] Въ Вульгатѣ, какъ и русской "за обижающихъ васъ (рго lacdentibus)", соотвѣтственно греческому: έπηρεαζόντων.
[379] Въ греческой библіи здѣсь повелительная форма (къ Авессѣ): καί ούτως καταράσθω, οτι κύριος είπεν αύτφ καταρασθαΐ τον Λαυίδ. Вульгата: Dimittite eum ut maledicat; Domnus enim praecepit ei ut malidiceret David. Въ русской такъ же, какъ въ Вульгатѣ.
[380] Греческая, Библія: άφετε αύτδν καταρασθαι, οτι είπεν αυτω Κύριος. Εϊ πως ί'δοι Κύριος έν ιη ταπεινώσει μου, καί Ιπιστρέψει μοι άγαθά άντί της κατάρας αύτοϋ ty j ήμερα ταύτ. Тоже и въ Вульгатѣ, равно какъ и въ русской библіи: Оставьте его, пусть злословитъ, ибо Господь повелѣль ему. Можетъ быть Господь призритъ на уничиженіе мое и воздастъ мнѣ Господь благостію за теперешнее его злословіе.
[381] По русски конецъ: "дабы я зналъ, какой вѣкъ мой", у св. Амвросія: ut sciam quid desid mihi, т. e тексть св. отца совпадаетъ съ текстомъ греческимъ: ίνα γνώ τί δστερώ Ιγώ. Тоже и въ Вульгатѣ: ut sciam quis desit mihi.
[382] Migne: unusquique; Krab.: unusquisque.
[383] Греческій текстъ: Απαρχή Χριστός. Εϊπειτα οί Χριστού έν τή παρουσία αοτού. Εϊτα τό τέλος. Въ русской: Первенецъ Христосъ, потомъ сущіе Христовы въ пришествіе Его. А затѣмъ конецъ (Побѣд.). Вульгата: Primitiae Christus; deinde ii qui sunt Christi, qui in adventu ejus crediderunt, deinde finis.
[384] Migne: requiescet; Krab.: requiescit.
[385] Здѣсь идетъ рѣчь о томъ, что если ветхозавѣтная скинія была тѣнью грядущихъ благъ, грядущей истины, если, съ другой стороны, сама истина въ небесныхъ, то образъ этой истины явленъ въ церкви. Церковь уже не тѣнь только, но она еще и не истина, она — образъ, пріявшій элементы ветхозавѣтной тѣни, однако просвѣтленные небесной истиной.
[386] У Миня этотъ текстъ почему-то не напечатанъ курсивомъ, т. е. не считается священнымъ текстомъ; у Krab. наоборотъ. Разстановка у Миня: Si quid tuorum apud me est; Krab. siquid tuorum est apud me.
[387] Въ греческой Библіи: Κύριε, εν τή πόλει σου τήν εικόνα αύτών έξουδενώσεις, т. е. не образы ихъ, какъ у св. Амвросія, а образъ. Вульгата въ этомъ случаѣ не разнствуетъ отъ библіи греческой. Въ русской Библіи этотъ стихъ переданъ такъ: Ты, Господи, пробудивъ ихъ, уничтожишь мечты ихъ.
[388] Подобное же истолкованіе имени левитъ св. Амвросій даетъ, напр., въ книгѣ De Cain et Abel., II, 3, 11: Levites significatur «susceptus pro me» vel «ipse mihi levis». Можетъ быть, въ такомъ словопроизводствѣ св. отецъ основывался на слѣдующихъ словахъ Ліи, жены Іакова: Έν τφ νύν καιρωι προς έμού έσται ό άνήρ μου (Быт. XXIX, 34), какъ въ русской библіи сказано: теперь то прилѣпится ко мнѣ мужъ мой, — что весьма правдоподобно; ибо Левій, дѣйствительно, можно производить отъ глагола привязываться, обязываться Ср. въ той же книгѣ св. Амвросія «о Каинѣ и Авелѣ» (II, 3, 11): Ipse ergo qui pro salute universorum expectatus advenit pro me utero editus virginali, pro me oblatus, pro me gustavit mortem, pro me resurrexit, in quo omnium hominum suscepta redemptio, adsumpta est resurrectio, ipse est verus Levites, ut nos Levitas faceret adhaerere deo etc.
[389] Migne: Dabis eis pro me et pro me. Krab.: Dabis eis pro me et te; cp. греч.: Λος αοτοΐς άντί έμοϋ καί σοϋ.
[390] Вмѣсто graves (ср. греч. σεμνούς) въ Вульгатѣ стоитъ pudicos.
[391] Намъ кажется что выраженіе: «не корыстолюбивы» русскаго перевода Новаго Завѣта не достаточно точно передаетъ греческое: μή αισχροκερδείς.
[392] 9 стихъ ни у Миня, ни у Крабингера въ священный текстъ почему то не внесенъ.
[393] Ср. Cic. De off. I, 34, 122: Maxume autem haec aetas a libidinibus arcenda est etc.
[394] Текстъ св. Амвросія нѣсколько разнится отъ текстовъ греческаго и Вулыаты, а равно и русскаго. Греческій: καί ίδού έγω εϊληφα τούς λευίτας… καί έσονται οί Λευΐται, Έμοί γάρ παν πρωτότοκον έν γή Αίγύπτου, ήγίασα έμοί παν πρωτότοκον έν Ισραήλ. Вульгата и русскій текстъ 13-й стихъ передаютъ одинаково съ греческимъ, въ изложеніи же 12 стиха разнятся отъ текста LXX, именно, въ Вульгатѣ читаемъ: Ego tuli levitas a filiis Israel pro omni primogenito, qui aperit yuivam in filiis Israel, eruntque Levitae mei; русскій текстъ: Вотъ я взялъ левитовъ изъ сыновъ израилевыхъ вмѣсто всѣхъ первенцевъ, разверзающихъ ложесна изъ сыновъ израилевыхъ (они будутъ въ замѣнъ ихъ). Левиты должны быть Мои. Так. обр. ни въ Вульгатѣ, ни въ русской (еврейской) библіяхъ нѣтъ словъ: выкупомъ за нихъ будутъ эти, хотя эти слова есть у LXX.
[395] Собственно «скрывать» отъ непосвященныхъ.
[396] Если св. Амвросій имѣетъ въ виду Cic. De off. 1, 43,153: Placet igitur aptiora esse natura ea officia, quae ex communitate, quam ea, quae ex cognitione ducuntur, то онъ, пожалуй, неправъ, такъ какъ Цицеронъ не мудрость поставлялъ ниже справедливости, а благоразуміе, — prudentiam, quam Graeci φρόνησή dicant, — которое вѣдаетъ, къ чему должно стремиться и чего избѣгать. Подъ мудростію же, — Princepsque omnium virtutum illa sapientia, quam σοφίαν Graeci vocant, разумѣлъ знаніе всѣхъ божескихъ и человѣческихъ вещей, что онъ считалъ первѣйшею добродѣтелію. Если же онъ имѣетъ въ виду — I, 44, 157: Itaque nisi ea virtus, quae constat etc., затѣмъ I, 44, 158: Ergo omne officium, quod ad conjunctionem hominum etc. и, наконецъ, III, 6, 28: Haec enim una virtus omnium est domina et regina virtutum, — то, онъ, конечно, правъ.
[397] Такого текста въ законѣ нѣтъ. Очевидно, онъ составленъ изъ двухъ отдѣльныхъ изреченій закона, — Втор. VI, 5 и затѣмъ Левитъ XIX, 18: «не мсти и не имѣй злобы на сыновъ народа твоего, но люби ближняго твоего, какъ самого себя». Ср. также Мѳ. XXII, 35—40 и Лук. X, 27.
[398] Cic. De off. L 45, 160: In ipsa autem communitate sunt gradus officiorum, ex quibus quid cuique praestet intellegi possit, ut prima dis immortalibus etc.
[399] Cic. De off. I, 1Q, 31: Sed incidunt saepe tempora, cum ea, quae maxime videntur digna esse justo homine eoque, quem virum bonum dicimus commutantur fiuntque contraria etc.
[400] Ibidem, III, 25, 95.
[401] Ibidem, 32: Potest enim accidere promissum aliquod et conventum etc.
[402] Sacramentum custodire, — sacrarii, это особая должность, которая сохранилась въ рим. церкви и доселѣ. На востокѣ ей соотвѣтствовала должность діаконовъ, скевофилаксовъ, паромонарей. — Подъ sacramentum здѣсь разумѣются или катакомбы, гдѣ погребались тѣла мучениковъ (оттуда custos martyrum), или церкви, которыя тоже строились на гробахъ мучениковъ, или, наконецъ, самый алтарь.