Генерал медленно прошёлся вдоль стекла.
— А они опасны? Способности, я имею в виду.
Учёный на мгновение замялся.
— Некоторые из них опасны. У одного — пирокинез, который он не контролирует. Другой находясь в сознании не может рассчитать силу, и с лёгкостью переломает кости при рукопожатии. Четвёртый, видит в темноте. И слышит звуки на частотах, недоступных человеку.
— Вы их изолировали?
— Разумеется. Все находятся под наблюдением. Но мы не уверены, что изоляция поможет в долгосрочной перспективе.
— Почему?
— Потому что способности проявляются у всё большего числа людей. Мы просто не сможем собрать всех. И мы до сих пор не понимаем, как это происходит. Может, дело в генетике. А может, — он кивнул на стекло, — они все что-то недоговаривают. Хотя это вряд ли.
В комнате повисла тишина. Слышно было, как где-то за стеной гудит вентиляция.
— Что вы предлагаете? — тихо спросила женщина.
— Продолжать исследования. Это первое. Второе — срочно разработать законопроект о так называемых сверхлюдях. Нам нужно юридическое поле, чтобы понимать, как с ними работать. Как регистрировать, как изолировать, как использовать. Потому что, — учёный снова посмотрел за стекло, — если мы этого не сделаем, вскоре начнётся хаос. И тогда будет поздно.
Генерал кивнул.
Никто не возразил. Решение было принято. Наверное, каждый из стоявших у стекла понимал: мир уже изменился. И то, что они сейчас видели, — лишь начало.
Глава 16
Десять тысяч единиц камня. Сами по себе цифры пугающие. Я сидел на краю кровати, глядя в тёмный угол комнаты, и прокручивал в голове это число. Десять тысяч. И в каком смысле «единица»? Килограмм? Центнер? Или, не дай бог, тонна? Система, как всегда, молчала. Она вообще редко снисходила до пояснений. Пользуешься — и пользуйся, а уж как это всё работает — догадывайся сам. С одной стороны, удобно, что не нужно рыться в инструкциях. С другой — бесит. Потому что любое неверное решение может стоить энергии, времени, или чего похуже.
Я поднялся и подошёл к окну. За стеклом уже светало. Домен просыпался: шелестели яблони, где-то в кустах возился Гарт. Мир, сжавшийся до нескольких гектаров, казался спокойным, почти сонным. Но после вчерашнего сообщения о враждебных существах это спокойствие казалось обманчивым. Вот и сейчас — вроде бы всё тихо, а внутри неспокойно.
Как ни странно, идея, откуда можно этот самый камень достать, у меня уже есть. Грибная пещера. Другого источника в моих владениях просто не существует. Да, наверняка этот актив можно было бы использовать с большей выгодой — там, глядишь, и грибы чего-то стоят, и недра богатые, — но пока у меня нет такой возможности. Ни знаний, ни инструментов, ни людей. Так что грибы продолжают бесцельно расти, а сама пещера потихоньку пополняет казну энергией. Тоже, конечно, польза, но сейчас нужен именно камень.
Правды ради, я никогда камня не добывал и понятия не имею, как это делается. В теории — пришёл, отколол, увёз. На деле же всё наверняка сложнее. Какие-то породы мягче, какие-то тверже. Что-то трескается от удара, а что-то, наоборот, крошится. Плюс сама пещера. Кто знает, насколько там всё устойчиво? Стоит начать долбить стену — и обвалится свод, похоронив под собой и меня, и пещеру. Или, что более вероятно, я просто не смогу отличить нормальный камень от того, который рассыплется при строительстве. Да и таскать его — та ещё задачка. Грубо говоря, я даже не знаю, с какой стороны подступиться.
Надо бы посоветоваться с Друмом. У него всяко больше жизненного опыта, чем у меня. Возможно, у него есть какие-то идеи. В конце концов, он искатель. Постоянно ходит по разным локациям, живёт в этом мире и возможно хотя бы раз видел, как добывают камень. А может, и сам этим занимался. Скарлинги, насколько я понял, жили в пустошах, среди скал. Уж кто-кто, а он в камнях должен что-то понимать.
Я натянул куртку, сунул нож в ножны и вышел во двор. Гарт тут же выскочил из кустов, радостно виляя хвостом, и подбежал ко мне.
Я присел на корточки, и Гарт тут же ткнулся мокрым носом мне в ладонь. Хвост его ходил ходуном, а сам он нетерпеливо переминался с лапы на лапу, будто не виделись мы не несколько часов, а как минимум неделю.
— Ну и бодрый ты с самого утра, — усмехнулся я, потрепав его за ухом. — Всё бы тебе скакать.
Гарт в ответ радостно тявкнул, попытался ухватить меня за пальцы и лизнуть в лицо. Я мягко отстранил его, но погладил по голове.
И тут меня кольнуло чувство вины. Вчера, после всей этой беготни с ушкуями, я так и не позаботился о том, чтобы его покормить. За всеми делами и переживаниями просто вылетело из головы. А ведь он уже сутки как в Домене. Небось, проголодался.
— Слушай, приятель, — проговорил я, глядя в его блестящие глаза, — ты уж извини, что вчера не покормил. Замотался совсем.
Гарт, разумеется, не понял ни слова. Он снова тявкнул — коротко, звонко, — и облизал мою ладонь, будто говоря: «Да ладно, чего там, бывает».
— Ничего, — пообещал я, поднимаясь, — исправим. Ты теперь у нас кто? Охранник. Охотник. А раз так — и питаться должен достойно.
Мысль, конечно, здравая. Вот только чем его кормить? Этот вопрос застал меня врасплох. Когда я перемещался в Домен, даже подумать не мог, что щенок отправится со мной. Потому и о корме заранее не позаботился. Дома у меня, может, и был бы в холодильнике кусок колбасы, а здесь — ни мяса, ни собачьих консервов. Овощи он, поди, есть не станет. Или станет?
— Хотя, может, тебе и картошки хватит? — пробормотал я, с сомнением глядя на щенка. — Ну, на первое время...
— Не стоит беспокоиться, Владетель, — раздался голос за спиной.