— Как я понимаю, по этим норам могут ходить только они?
— Да, в этом вся проблема. Поймать-то ушкуя не составит труда, но пока они сидят в своей локации, до них не добраться.
Я хотел было спросить, что тогда делать с огородом, если они так просто будут его разорять и тут же сваливать, как вдруг послышался писк. Мешок дёрнулся, и из-под него вылетело тельце ушкуя. Он проскочил между ног и умчался на улицу. Я поднял мешок, осмотрел — и обнаружил немаленькую дыру, которой раньше точно не было. Пока мы беседовали с медведем, этот самый ушкуй выгрыз себе путь на свободу.
— Вот засранец, — усмехнулся я. — Так не хочет быть нашим обедом.
Но уже через пару секунд со двора послышалась возня и писк. Мы с Друмом выбежали на улицу, и перед нами предстала интересная картина. По двору носился печально известный ушкуй, а за ним... щенок. Тот самый, которого я видел совсем недавно перед переносом в Домен. Сероватый, с висящими ушами, он преследовал овощного вора длинными, размашистыми прыжками. Пару раз он перекувырнулся через голову, но тут же вскакивал и продолжал погоню. Ушкуй визжал, петлял между кустов, пытался уйти к границе, но щенок всякий раз подрезал его, не давая добраться до леса. Наконец, настигнув, он накрыл зверька лапами, прижал к земле и, повернув морду, с довольным видом посмотрел на меня. Хвост его молотил по траве, как пропеллер.
Подойдя ближе, я присел рядом со щенком.
— Вот те раз, а ты здесь откуда, приятель? — удивлённо произнёс я.
В ответ щенок гордо тявкнул, продолжая часто дышать, высунув язык. Ушкуй под его лапами уже не сопротивлялся, только тихо попискивал, признавая поражение. Я потрепал щенка по голове. Шерсть была жёсткой, тёплой, кое-где в репейнике. Пёс тут же подался навстречу, норовя лизнуть руку. Я невольно улыбнулся.
В голове тем временем всё вставало на свои места. Значит, вот как работает перенос. В тот момент, когда я использовал навык, щенок был рядом — сидел в паре метров от меня. И его затянуло вместе со мной. Как пакеты с покупками, как одежду, как всё, что было в руках и карманах. Интересно, а есть ли ограничение на расстояние? На массу? И можно ли так перенести, например, человека? От этой мысли стало не по себе. Я ведь даже не до конца понимал, что произошло. Просто сработал навык — и вот мы оба здесь.
Щенок, почуяв, что я перестал его гладить, ткнулся мокрым носом в ладонь. Я снова потрепал его за ухом и посмотрел на ушкуя, лежащего под его лапами.
— Молодец, — сказал я. — Хороший мальчик.
Тот будто понял. Развернулся, подхватил ушкуя зубами за уши и, приподняв над землёй, повернулся ко мне. Я удивился. Умный пёсель. Я с благодарностью принял подарок, на этот раз держа зверька крепко за шкирку, чтобы снова не удрал.
К этому моменту к нам подошёл Друм. Он с интересом разглядывал щенка.
— А это ещё что за существо? — поинтересовался медведь, склонив голову.
— Это, друг мой, — усмехнулся я, — можно сказать, земной охранник, охотник, и просто хороший зверь.
— Охотник? — Друм приподнял бровь. — Выглядит не слишком внушительно.
Щенок, заметив наконец, кто стоит позади, замер. Потом, поджав хвост, метнулся ко мне и спрятался за мои ноги. Оттуда он глухо, нерешительно тявкнул на медведя, как бы спрашивая: «А этот большой и мохнатый — он не съест меня?»
— Не бойся, — я присел и успокаивающе провёл ладонью по его спине. — Он свой.
Друм лишь хмыкнул.
— Похоже, у меня появилась идея, как защитить огород от разорения, — сказал я, глядя на щенка.
Тот, высунувшись из-за моей ноги, снова вильнул хвостом. Будто понял, что речь о нём.
Мысль о том, что щенок останется с нами, уже не вызывала сомнений. Собака, по моему мнению, — отличное приобретение для Домена. Он уже показал себя: ловкий, быстрый, и довольно смышлёный. С вредителями справится, а этого пока достаточно. К тому же с ним банально веселее.
Раз уж он теперь будет жить с нами, надо бы дать ему кличку.
Я задумался, перебирая в голове варианты. Рекс? Банально, да и каждый второй дворовый пёс — Рекс. Полкан? Смешно, но старомодно. Шарик? Ну уж нет, этот не выглядит как Шарик. Щенок, словно почувствовав, что решается его судьба, высунулся из-за моей ноги и наклонил голову набок, внимательно глядя на меня.
— Он у вас из какого-то охотничьего рода? — поинтересовался Друм, разглядывая пса уже с меньшим скепсисом.
— Да кто его знает, — пожал я плечами. — Обычный дворянин.
— Хм-м... — Медведь задумчиво почесал подбородок. — Тогда, может, назовёте его Гарт?
— Гарт? — я покосился на Друма. — Что за имя?
— На рунном языке скарлингов это означает «следопыт» или «охотник». — Друм перевёл взгляд на щенка. — По-моему, ему подходит.
— Гарт... — проговорил я вслух, пробуя имя на вкус.