Миллениум. Часть 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мать в халате и любовник с голым торсом! — победно улыбнулась я и воздела над головой фотоаппарат. — Кадры у нас просто бомба! Теперь она точно не отвертится!

Я подняла руку, и он хлопнул по моей ладони. Вот теперь можно прокатиться без лишних мыслей.

Забравшись на сиденье и надев шлем, я обратилась к Дену:

— Давай прямо сейчас отдадим пленку в печать? Не хочу затягивать. Где ближайший фотосалон, не помнишь?

— Возле вещевого на Московской точно есть, должен еще работать, — сказал Ден, выжимая газ, и мы неспеша покатили в сторону рынка.

Остановившись у киоска с вывеской Fuji, я достала из рюкзака контейнер для фотопленки и хотела уже перемотать и достать пленку, но Ден меня остановил.

— Малая, подожди, там кадры остались же?

Я кивнула, не понимая, куда он клонит.

— Давай тебя поснимаю на байке? Мало ли, продам… Так хоть память останется.

— Не продашь, — уверила его я, но предложение охотно приняла, и надев шлем, принялась позировать.

Шесть кадров, и пленка закончилась. Осторожно ее достав и спрятав в контейнер, я пошла в фотосалон. Как я и предполагала, из-за наплыва отдыхающих они будут готовы только послезавтра и то после обеда. За дополнительную плату девушка категорически отказалась ускориться.

Прежде, чем отправиться домой, я упросила Дена прокатить меня по трассе. Думаю, я это заслужила после шпионского подвига. Прокатившись до Ливадии, мы вернулись к нашему временному убежищу по нижней набережной.

Что мне сказать папе? Я ж ушла без предупреждения, надеюсь, он не сильно переживал.

Попросив позвать Марину, Ден остался ждать у калитки.

Во дворе папа снова что-то доказывал хозяйке, судя по ее спокойствию, ничего криминального не произошло. Заметив меня, он кивнул, но ничего не сказал. Как же противно быть мелкой и у всех отпрашиваться! Зато как приятно видеть в зеркале свое молоденькое прехорошенькое личико!

Войдя в комнату, я сообщила Марине, что ее ждет Ден. Сестра мгновенно запрыгнула в босоножки и убежала к милому. Только бы у них все сложилось! Сегодня для этого мы очень постарались.

Осталось пережить завтрашний день. Мне заранее стало дурно. Как бы я ни старалась бороться с подступающей паникой, ничего не получалось. За грудиной словно кошки скребли. И никаких видений, когда они так нужны! И карты ничего внятного не говорят.

Надо бы собрать вещи для ночевки: футболку, легкие шорты, зубную щетку и самое главное — не забыть карты, хотя они и так всегда со мной в рюкзаке. Да и папу не мешало бы предупредить. Посмотрев на часы, я поняла, что еще рано, но оставаться дома было невыносимо. Мне нужен был воздух.

Захватив рюкзак со всем необходимым, я выскользнула во двор и подошла к отцу, который оживленно жестикулируя, жаловался Людмиле Григорьевне на напор воды в душе. Хозяйка кивала, обмахиваясь газетой с таким видом, словно уже его убила, расчленила и закопала.

— Папуль, — коснулась я его плеча. — Можно я сегодня у Тани переночую? Она попросила, говорит, мама уехала, а ей одной страшно.

— Конечно, иди, только не шалите! — отпустил меня отец. — Вернешься когда?

— Завтра ближе к вечеру, — предупредила я и скрылась за калиткой.

Отлично. Никаких допросов, никаких лишних вопросов, люблю папу за это.

На улице меня увлек людской поток и понес на набережную.

Вечерняя Ялта кипела жизнью, шумела и сверкала огнями. Из динамиков летних кафе наперебой орали «Руки Вверх!», «Иванушки» и какой-то отвратительный шансон. Возле пирса толпились зазывалы на катера: «Экскурсия к Ласточкиному гнезду! Последний рейс на закате!» «Прогулки на катере на полшишечки». Не поверив своим ушам, я остановилась. Тьфу ты! «На полчасика». Курортники в цветастых шортах и сарафанах неторопливо прохаживались вдоль пальм, наслаждаясь мороженым в вафельных стаканчиках, и выглядели безмятежно-счастливыми и немного утомленными солнцем.

Я шла среди них, как зомби, чувствуя себя чужой на этом празднике жизни. Так отвратительно понимать, что ты одна знаешь то, что должно произойти завтра, а все вокруг радуются. Пир во время чумы!

Возле арки из живой изгороди у ресторана «Белый лев» — пафосного заведения, с колоннами и сидящими на пьедестале у входа львами из белого мрамора, стоял деревянный мольберт с объявлением. Я машинально зацепилась за него взглядом и остановилась.

«В ресторан „Белый лев“ требуется пианист. Классический репертуар, легкий джаз, салонная музыка. График вечерний, оплата достойная (по результатам прослушивания). Обращаться к администратору с 18:00 до 21:00».

Я перечитала объявление трижды. Папа! Вот он — шанс подработки. У него есть все, чтобы играть в таком солидном месте: образование, вкус, техника, внешность в конце концов. Публика здесь вроде тоже солидная. Думаю, музыка исцелит его душевные раны. Если папа сядет за этот белый рояль, виднеющийся сквозь распахнутые стеклянные двери, он преобразится. К нему вернется вера в себя и чувство собственного достоинства, которое так старательно уничтожалось нашей матерью. И конечно, появятся деньги, которые нам сейчас так необходимы. Завтра же скажу ему и прямо за ручку приведу сюда, если станет отнекиваться.

Но стоило вернуться к своим мыслям, как мимолетную радость смыла новая волна ледяного ужаса.