— Я хорошо заплачу, сделай, чтоб она исчезла. Пусть он ее забудет, — я вздрогнула и вынырнула в реальность.
— Уберите руку, — приказала я, отдергивая ладонь. — Вас случайно не Алла зовут?
Она шарахнулась от меня, не ожидая такой реакции, и покачала головой.
— Нет, я — Любовь. Любовь Геннадиевна.
Мне стало смешно.
— Так почему ж вы, Любовь, так ненавидите свою потенциальную невестку? Что она вам сделала? Она искренне любит вашего Славика, что вам надо?
Любовь с вызовом уставилась на меня.
— Мне лучше знать, кто подойдет моему Славику. В нем столько моих сил, что я не допущу, чтоб он ушел от меня к какой-то пигалице! Бесприданнице без рода и племени. Он ее из детдома подобрал! Кто знает, какие там гены? Кого она ему родит? Алкашей? Проституток?
Она открыла сумочку, достала купюру и, потянувшись ко мне, вложила мне в ладонь.
— Я знаю, ты сможешь. Сделай так, чтобы ее не стало.
Не знаю, что на меня нашло, но я встала со стула, опершись на стол обеими руками, наклонилась к ней и прошипела, сама испугавшись своего голоса:
— Убирайтесь вон!
Женщина опешила и не сдвинулась с места.
— Не поняла? Что ты сказала? — ошалела от моей реакции Любовь Геннадиевна.
— Вон отсюда! — заорала я, бросая ей в лицо деньги. — Проваливайте со своими просьбами подальше! Я никогда не стану делать ничего подобного, вы меня услышали? Дверь вон там!
Погасив свечи, я собрала карты и сложила их в мешочек.
Побагровев от злости, женщина встала, громыхнув стулом и зло бросила мне на прощание:
— Малолетняя шарлатанка! Я разнесу по всей округе слух, что ты — бездарная малолетка, выманивающая деньги.
Виляя сухим задом, она вышла, так хлопнув дверью, что портрет Таниного отца зашатался на стене.
Вот она — мамина конкурентка по мерзости! Только в возрасте, и красотой уступает. И ситуации зеркальные, только у нас жених, а тут — невеста. Это ж и мать, возможно, так по бабкам ходит, чтоб нас со свету изжить? Хотя нет, мне кажется, у нее другие методы.
В комнату влетела испуганная Таня.
— Алена, что стряслось? Она так промчалась мимо, что меня чуть ветром не сдуло. Ты ей ничего не смогла сказать?
— Смогла.
— Что ж тогда сказала-то?
Я усмехнулась, вспоминая перекошенное лицо женщины.
— Пошла вон.
Таня раскрыла рот от удивления.
— Это ты мне или…?
— Это я ей сказала. Я выгнала ее, — абсолютно спокойно поведала я.
Таня почесала затылок и молча опустилась на стул.