Миллениум. Часть 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дальше было проще: ветви располагались одна над другой, как ступеньки. Я встала на нижние, ухватилась за верхние. Шаг, подтянуться, нащупать опору. Другой шаг, подтянуться, нащупать опору. Я на месте. Глянув вниз, на Дена, я вцепилась в ствол. Высоко!

Снизу донесся едва слышный шепот будущего зятя:

— Только не смотри вниз!

Ладно, ладно, больше не буду, ведь цель прямо передо мной. Балкон проглядывал сквозь листву, как сцена из-за кулис. Все отлично видно: кашпо с цветами, стул, где любил курить отец… Я выдохнула. Получилось! Соседка не напала, балкон как на ладони, а меня в листве не видно.

Ден ходил вокруг дерева, то доставая сигарету из пачки, то отправляя ее обратно.

И тут ветка подо мной дрогнула. Едва удалось сдержать крик, я вцепилась в соседнюю, пальцы скользнули по гладкой коре, и на секунду показалось, что я не смогу удержаться. Сердце ухнуло в пятки, а в ушах зашумело так, что голос Дена прозвучал, как под водой.

— Эй, малая! Держись!

Глава 23

Подождем твою мать

Качнувшись и мысленно свернув себе шею, я ухватилась за ветку, обняла ее, усмиряя частящее сердце, переместилась к стволу и прижалась к нему. Еще не все. Теперь надо найти место, откуда хорошо простреливается фотоаппаратом балкон, нужно, чтобы листья не мешали. Но нужно быть осторожной, не хватало свалиться и покалечиться прямо под материным окном! Мысль об этом придала сил. А вот черта с два!

Вспомнив правило трех опор, я принялась перемешаться по веткам вокруг ствола. Стоп! Вот отличное место. Получится ли стоять с фотоаппаратом? Получилось, и я повесила его на руку, побалансировала. Идеально.

Вот наш балкон, который выходит из материной спальни, хоть сейчас могу рассмотреть, какой он внутри — в родительскую комнату нам заходить было запрещено. Но солнце развернулось и стекла начали зеркалить. Что ж, подождем твою мать.

А что, если Костик не курит, и мать от него шифруется? Она может неделями не курить, иначе я бы почувствовала. Обидно будет. Я глянула вниз, Ден показал двумя пальцами идущего человека и удалился на наш первый наблюдательный пункт.

Сколько времени прошло с момента, когда мать привела любовника? Минут сорок. Вряд ли они сразу упали на кровать, сначала — кино, вино и всякое такое. Так что куковать мне тут неизвестно сколько. Еще и воду не взяла, а пить хочется уже сейчас. Вдруг они до вечера не покажутся?

Через полчаса заныли ноги — все-таки поза неестественная, мышцы все время в напряжении, через час начало ломить поясницу и руки затекли, хоть я и хваталась за разные ветки, и меняла опоры. Еще и в горло пересохло, пить хотелось безумно, а солнце сместилось так, что жарило беспощадно, и, как и я норовило заглянуть в нашу квартиру.

Интересно, хорошо ли меня видно прохожим. Детский смех известил, что — превосходно: два пацана лет семи тыкали в меня пальцами и хохотали, а потом стали бросать камешки. Один угодил в окно придурошной соседки, она распахнула окно балкона и вылила на пацанят ведро воды — чуть Дена не окатила, который бежал меня спасать. А вот соседка с ротвейлером меня не заметила, потому что взрослые редко смотрят на небо, все больше — себе под ноги.

Когда я готова была сдаться и признать поражение, наш балкон распахнулся — я чуть не свалилась от неожиданности. Все-таки не зря мучилась!

А вот и Константин собственной персоной! Открыв окно, он сразу же отошел вглубь балкона, но бесстыжее солнце прорывалось в квартиру и высвечивало его, будто актера: безупречный торс с кубиками пресса, широкие плечи, рельефные бицепсы. Видно, что этот мужчина себя любит, заботится о себе. Потому выглядит он шикарно. Волосы его отросли и вьются, и масти он точно такой же, как Марина. Даже седины нет!

Прищурившись на солнце, он достал сигарету из пачки на подоконнике и закурил.

Моя душа сжалась от смеси липкого отвращения, злого азарта и желания отомстить. Вот значит, какова любовь всей твоей жизни, мама. Хорош, ничего не скажешь.

Сердце всё ещё бешено колотилось, но я точно знала, как действовать. Это будет неопровержимое доказательство маминой измены, идеальный кадр, ради которого стоило рисковать.

Затаив дыхание, я осторожно подняла «мыльницу» и поймала фигуру Константина в рамку видоискателя через просветы в кроне. В голове крутилась только одна мысль: лишь бы не подвёл фокус и не сработала вспышка. Я нажала на спуск. Тихий пластиковый щелчок затвора прозвучал для меня, как орудийный залп, но мамин благоверный на балконе даже не шелохнулся и тем более не заподозрил того, как он только что попал!

Сделав несколько снимков, я продолжала наблюдать держа фотик наготове.

Маменька нашла любовника себе под стать: такого же яркого и ровно такого же гнилого. Конечно, хорошо устроился! Непыльная высокооплачиваемая должность под крылышком заботливой состоятельной Наденьки. А для души яркая любовница в лице нашей мамаши. Наверняка он и студенток где-нибудь втихаря раком ставит. Точнее, они сами становятся. Мачо ведь!

Он снова поднес сигарету к губам, обернулся, и на балкон вышла маменька. Как и любовник, она не высовывалась, но солнце точно решило мне сегодня подыграть.

Щелк! И на пленке запечатлелась непревзойдённая Алла Аркадьевна, в шелковом халатике, томно уронившая голову на плечо любимого. Щелчок, еще один. Интересно, как она станет выкручиваться и станет ли?

Смотреть на милования матери с любовником было противно. Кадров сделано достаточно, потому я спрятала фотик в карман и посмотрела на заросли лавровишни, окружающие убежище Дена. Он ничего этого не видел.

Дождавшись, пока любовники скроются в квартире, я досчитала до двухсот и начала спускаться. Ден это заметил и подбежал меня снимать.

— Давай, мелкая, только без акробатики, — прошептал он.

Я легла на нижнюю ветку. Повисла на руках и спрыгнула, потирая горящие ладони.

— Жива? — тихо выдохнул парень. — Есть улов? Я видел, они окно открывали. А что там было?