Деньги таяли на глазах. Тут правда задумаешься про объявление об оказании магических услуг, но опять же, людей будет смущать мой возраст. Одно дело, когда приходят по сарафанному радио, другое — когда незнакомый человек с улицы увидит подростка. Что угодно может быть. Папа обещал подумать, как он может помочь. Но как, когда он, кроме как играть и учить, ничего не умеет. Как нам выживать на съемной квартире, когда плата за нее равна папиной зарплате, вообще загадка. Ситуация, конечно, дрянь…
Погруженная в мысли, я не заметила, как добралась до назначенного места. Нужно позвонить, проверить дома ли цербер. Подойдя к таксофону, я набрала наш номер.
— Алло, — прозвучало в трубке, от знакомого голоса меня передернуло, и я принялась скрести трубку — пусть думает, что помехи. Однако думала она другое:
— Сева? Хватит названивать. И не стыдно тебе⁈ — Я продолжала скрести трубку. — Марина? Марина, двери моего дома всегда открыты для тебя, ты же знаешь.
Пара секунд, и она повесила трубку. Ей и в голову не пришло, что эти звонки — моих рук дело. И хорошо.
Достав из рюкзака часы, проверила, сколько еще ждать — Ден должен прикатить с минуты на минуту, потому я подошла ближе к дороге, где тащились в вечной пробке автомобили. Ден выехал на обочину и покатил свой мотик, японский, Honda VRX 400. За такой дадут долларов четыреста, которые за полгода улетят. Жалко такого красавца!
Он словно сошел со страниц модного журнала семидесятых. Этот байк точно с характером, как говорят, с душой. Даже звук его мотора отличается от других, он более глубокий и благородный. Как хороший коньяк, такой мотоцикл с годами становится только лучше. Ден всегда относился к нему не просто как к средству передвижения, и я отлично понимаю почему. Эта машина — состояние души, и каждый раз, садясь на него, даже простой грузчик или охранник чувствует себя рок-звездой
Как можно его продать? Продать своего друга? Оторвать от себя частичку души! Ден с ним — одно целое, даже представить не могу его без мотоцикла. Нет, этого допустить нельзя.
Ден достал из кофра второй шлем и протянул мне.
— Малая, возьми. Это обязательно. Знаешь, как надевать?
Я собрала волосы в хвост, взяла шлем и надела его, затянув ремень под подбородком. Покрутила головой, проверив, хорошо ли он сел. Как надевать его правильно, меня научил как раз Ден, но в прошлой жизни, потому сейчас он с удивлением следил, как легко я справляюсь.
— А ты молодец! — похвалил меня парень, седлая железного коня. — Усядешься? Помощь не нужна?
Покачав головой, я схватилась за его плечи, левой ногой нашла подножку и перенесла на нее вес, затем выпрямилась, ставя правую ногу рядом с левой. Уселась на сиденье, обхватив Дена двумя руками. Да простит меня сестра, что трогаю чужое.
— Погнали! — скомандовала я.
Ден завел мотор, и мы покатили к нашему двору почти как на самокате, Ден отталкивался ногами, я сидела сзади, желая вырваться на Ялтинскую трассу и прокатиться с ветерком. В городе гонять нельзя, и Ден отлично это понимал.
— Приехали.
Он остановился так, чтобы был виден наш балкон, но не мы с балкона.
— Идем в наблюдательный пункт.
Ден последовал за мной и завел мотоцикл в заросли лавровишни.
Моя шпионская лавочка, к счастью, была свободна, тут была очень удобная прореха между ветвей. Ден закурил, мечтательно рассматривая бегущие облака, быстро меняющие форму.
Дверь подъезда хлопнула, и мы одновременно, как по команде выглянули из-за куста.
— О, само зло во плоти! — прошептал Ден, роняя сигарету.
Я прицелилась фотоаппаратом, потом опомнилась — сфотографировав ее спину, я ничего не докажу.
— Ну, что, Шерлок? За дело? — подходя к байку, спросил Ден.
— За дело, — кивнула я, усаживаясь на сиденье. Теперь нужно на ходу удержать в руке фотоаппарат, а потом еще и сделать снимок. Да пребудет с нами удача!
Подождав, когда мать скроется за поворотом, Ден завел мотор и мы медленно поехали к углу дома, туда куда только что свернула мать. Спешить было нельзя — она нас заметит, медлить тоже — так мы рискуем потерять ее из вида. Спрятавшись за домом так, чтоб видеть, куда направилась мать, мы продолжили наблюдение. Она остановилась в паре метров от остановки, посматривая на часы. Минут через пять возле нее остановился хорошо мне знакомый серый «Опель».
Вышел Константин, открывая ей дверь. Успев сделать пару кадров и дождавшись, когда машина тронется, мы поехали следом. Ден старался держать дистанцию, чтоб его не заметили, время от времени теряясь в потоке машин. Скоро стало ясно, что любовники едут не в укромное место, а в институт — не совсем то, что я ожидала увидеть.
Константин высадил мать у входа, а сам свернул на задний двор, где обычно оставляют машины преподаватели.
Припарковавшись метрах в ста, так, чтоб в случае необходимости продолжить преследование, мы спешились.
— Ну вот и вся интрига, — разочарованно вздохнул Ден. — Ты вообще уверена, что они — любовники?