Миллениум. Часть 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Из помещения повеяло прохладой и сыростью, как из подвала.

— Предупреждаю, света нет, — пробурчала Людмила Григорьевна, — газа тоже. Вон, — она кивнула на самострой, — судимся. Совсем страх потерял, видите? Два года меня не было, приезжаю, а тут это! Вот и поотключали всё, только вода есть, зато круглосуточно.

Пригибаясь, мы друг за другом вошли в узкую кухню. Советский гарнитур, довольно бодрый, даже с навесными шкафами, лепился к серой стене. Узкое прямоугольное окошко тянулось на протяжении всей кухни; оно было так высоко, что и не выглянуть. До потолков тут метра четыре.

— Тут туалет, — хозяйка распахнула дверь.

Душевая кабина, белый и относительно чистый унитаз, современный кафель.

— А как ваши квартиранты питаются? — поинтересовался папа с недовольством, заглядывая в чёрную комнату.

— Как? В столовой или в кулинарии. Андрей на работе ест. А вы хотите даром и всё включено? — обрубила женщина.

Папа сдержался, промолчал, и мы вошли в спальню. В открытую дверь проникал свет из кухни, но его было недостаточно, чтобы осветить просторную — квадратов тридцать — комнату. Вдоль стен стояли четыре кровати, у каждой — разнокалиберные тумбочки, представительницы разных поколений: от, наверное, пятидесятых и до наших дней. Две кровати разделял древний перекошенный шкаф. Пораженная изысканностью интерьера, я напоролась на угол исполинского стола прямо у двери и зашипела. Единственным плюсом была прохлада.

Глядя на обескураженного отца, я боялась, что он прямо сейчас убежит и пошлёт хозяйку в пешее эротическое путешествие.

— Пятьдесят гривен? — спросил он, и голос его сочился ядом.

— Да! — кивнула хозяйка.

— Ладно, потерпим, за такие-то деньги.

Он отсчитал полтинник и протянул ей.

— Вот.

Она пересчитала деньги, и брови её взлетели на лоб.

— За одного пятьдесят! — возмутилась она.

— Женщина, это немыслимо — терпеть такие лишения за свои деньги, причём немалые!

Ну всё. Мне показалось, что я слышу свист фанеры над своей головой. Отец схватил меня за руку и потянул за собой.

— Алёна, идём в Васильевку, в ту комнату за семьдесят. Да, далеко, зато там есть где готовить.

И тут до меня дошло, что мой отец, которого я считала неприспособленным к жизни, таким образом сбивает цену! Да грамотно как: дал подержать денежки, забрал их, а хозяйка наживку уже заглотнула. Тем более сезона остался месяц, все официанты, бармены, строители пристроены; она рискует остаться вообще без денег.

— Ладно, сорок пять с человека! — испуганно крикнула она нам в спины.

— Семьдесят, — остановился папа, показывая, что он готов к диалогу.

Сторговались на семидесяти восьми. Папа спросил, так и не вернув ей деньги:

— Когда можно заезжать?

Людмила Григорьевна аж раскраснелась от азарта.

— Хоть сегодня. И да, забыла сказать: курить только во дворе и подальше от моего окна, вот под окном того чёрта, — она кивнула на самострой, — хоть резину жгите. Оплата сразу при заселении; если съезжаете раньше, ничего не возвращаю.

— Понятно, — буркнул папа и поспешил выйти за калитку.

Будет обидно, если мы снимем комнату, отдадим деньги, а он взбрыкнёт, и придётся съезжать. Тогда точно уже не найдём ничего, и придётся спать на пляже.

Выйдя за калитку, папа вострубил, как разъярённый слон:

— Она издевается? Одни требования! Хоть что-то бы сделала для людей, раз деньги берёт. За свой склеп она имеет почти учительскую зарплату! Алёна, это, конечно, ужасно, я не знаю, как мы выдержим. И эта женщина меня раздражает!