Запиликал сигнал. Джуди выпростала руку из спального мешка и, пошарив по поверхности крыши, нащупала телефон, на экране которого высветилось: «Юрайя». Нажав на иконку отзыва, она выдавила:
– Слушаю.
– Детектив Фонтейн?
Не Юрайя. Судя по голосу – молодая женщина. Джуди настороженно приподнялась на локте.
– Да.
– Меня зовут Леона Франклин. Не знала, кому позвонить, но у нас тут возникла проблема. – Пауза. Вздох. – Примерно год назад мы с мужем купили дом на Джунипер-стрит.
Джуди еще раз посмотрела на экран телефона: номер Юрайи. Кто-то позаимствовал его мобильный? Включив громкую связь, она сказала:
– Мне кажется, вы не туда попали.
– Дослушайте. Мы купили дом у детектива Эшби. Вы с ним знакомы? Мы нашли его телефон и в списке контактов увидели перед вашей фамилией «детектив», вот и решили, что вы можете его знать.
– Он мой напарник.
– Дело в том, что он сейчас здесь. У нас дома. В винном погребе. Он полицейский, вот мы и не стали менять замки, а он, видимо, просто открыл дверь своим ключом и вошел.
Окончательно проснувшись, Джуди вскочила, подобрала пистолет и подхватила спальный мешок.
– Адрес какой? – спросила она на ходу, шагая к лестнице с крыши.
Женщина продиктовала ей номер дома.
– Постараюсь быть как можно скорее.
Войдя в квартиру, Джуди бросила спальник, натянула джинсы и ботинки, пристегнула кобуру с оружием к поясу, сунула телефон в задний карман и накинула куртку. Со шлемом под мышкой вылетела в коридор, заперла за собой дверь и запрыгала вниз по лестнице в гараж. Там она оседлала мотоцикл, застегнула шлем, завела мотор и нажала на кнопку пульта. Дверь гаража стала медленно подниматься.
Джуди выехала на улицу, выжала сцепление и, переключая педалью передачи, понеслась мимо темных витрин с неоновыми вывесками по указанному женщиной адресу.
Район, где раньше жил Юрайя, выглядел как визитная карточка Миннеаполиса: обрамленные деревьями улицы, аккуратные оштукатуренные дома. Увидев яркий свет в одном из них, Фонтейн поняла, что нашла искомое, и тут же убедилась в этом, заехав на дорожку, когда фара высветила номер над передней дверью.
Джуди заглушила мотоцикл, поставила его на подножку и повесила снятый шлем на руль, после чего подошла к дому и постучала. Ее встретила молодая пара: глубоко беременная женщина в цветастой ночной рубашке и мужчина в футболке и пижамных штанах.
Дом… беременная женщина… Символы нормальной жизни. Трудно, даже невозможно было представить себе, как Юрайя суетится здесь в субботу, занимаясь обыденными делами: красит стены, чинит крышу, косит траву на лужайке.
– Вы же знаете, его жена покончила с собой, – прошептала женщина.
У Джуди внутри что-то глухо оборвалось, и все тут же встало на свои места: пьянство, реакция на тело в озере…
– Он не мог здесь больше находиться и продал дом. Видели бы вы мистера Эшби, когда мы подписывали бумаги. Его словно выпотрошили. Мне пришлось выйти, потому что я расплакалась.
Джуди вдруг поняла, что они оба потеряли себя, хотя каждый по-своему. Юрайя некогда вел вполне благополучную семейную жизнь, а превратился в безутешного вдовца. Вот здесь его благополучная жизнь и происходила.
Женщина провела Джуди через гостиную и кухню, а потом остановилась перед серой дверью в подвал.
Опять подвал.
Джуди встала на верхнюю ступеньку с сильно бьющимся сердцем. А вдруг это обман? Вдруг ее заманили в ловушку? Пара показалась ей настоящей, но может ли она доверять себе, доверять полностью?
Положив руку на пистолет на поясе, она позвала Юрайю по имени, не спускаясь.
Он откликнулся откуда-то из глубин подвала:
– Джуди, это ты?