Я не мертва: читать начало книги онлайн

– Я знаю, кто вы такие. Оставьте мою дочь в покое, – отрезала женщина. – Лола не хочет с вами говорить. Она ничего не знает.

– Насколько мы понимаем, она была подругой Далилы Мастерс.

– Они не дружили. Лоле было запрещено ходить куда-нибудь с этой девочкой. Далила плохо на нее влияла, и последние несколько месяцев они не общались.

– В чем именно заключалось дурное влияние? – спросила Джуди.

– Она пила, курила, употребляла наркотики. И это только то, о чем я знаю. Вы детективы, вот и разбирайтесь.

Дверь захлопнулась.

Когда они шли по дорожке к машине, Фонтейн оглянулась на особняк.

– Лола дома. Только что колыхнулись занавески на втором этаже.

– Она напугана, – вздохнул Юрайя. – Давай немного подождем, дадим ей время, а потом попробуем снова. Не хочется вызывать девочку в участок. Будет лучше, если она поговорит с нами добровольно.

Вернувшись в отдел, остаток дня они перепроверяли контакты и версии и закончили поздно, когда все давно уже разошлись по домам.

Дом.

Не то место, куда спешил Юрайя, – разве квартира может когда-нибудь стать настоящим домом? Он жил в центре не так уж долго и, несмотря приведенные им самим аргументы в пользу этого района, по-прежнему удивлялся, как его туда занесло. Задним умом он понимал, что просто побоялся хранить воспоминания. Юрайя упаковал все вещи, продал прежний дом и переехал, надеясь оставить боль позади. Однако теперь это решение казалось ошибкой, которая только усилила горе и чувство утраты.

Глава 13

Юрайе всегда нравилась высотка «Эмерсон» – здание в центре, некогда самое высокое в Миннеаполисе, – однако он и не представлял, что будет в нем жить. Ар-деко, лепнина, итальянский мрамор, африканское черное дерево, кованый чугун, позолоченные дверные ручки – при этом само здание напоминало очертаниями стелу памятника Вашингтону, и с каждым этажом квартиры становились все меньше и меньше.

После аварии на подстанции и скачка преступности в городе гостиничные номера в «Эмерсоне» переделали в квартиры. Конверсия отелей в обычное жилье стала частью затеянной мэром кампании «Оставайтесь в городе»: власти исходили из того, что в центре больше полиции и, следовательно, безопаснее. С этим Юрайя не спорил, однако пока план работал так себе. Несмотря на доступные цены, половина квартир в бывшем отеле стояли пустыми.

Он помнил, как бывал в центре Миннеаполиса ребенком. Родители велели ему не отходить от них ни на шаг и крепко держали за руку. Их нервозность передавалась ему, но он никогда не боялся: наоборот, испытывал радостное волнение. Тип на углу, разговаривающий сам с собой; мужик, с рычанием и лаем ползущий по улице на четвереньках; проститутки, бездомные – в этом чужом мире было интересно все. Здесь все разительно отличалось от его родного города, казавшегося скучным, консервативным, безопасным. Теперь Юрайя, конечно, знал, что безопасных мест не существует, но в детстве город казался ему антикварной версией Америки прошлого.

Когда к ним приезжали родственники, его родители считали себя обязанными свозить гостей в центр Миннеаполиса – порочное сердце города с его преступностью, грязью, сексом и наркотиками. И Принсом.

А потом пришел черед квартала Е – его просто стерли с лица земли. Бездомные, бродяги, наркоши, шлюхи, попрошайки, уличные музыканты, хиппи, грязные панки – городские власти выгнали всех, а на освободившемся месте появились дешевый универмаг, кинотеатр, куда никто не ходил, и парковка, где никто не парковался. И поэтому бесчинства после блэкаутов на самом деле представляли собой откат к прошлому, если не исправление былой ошибки. Юрайя никогда бы не сказал такого вслух, но втайне немного радовался, что город вернул себе прежний характер. Джентрификация в обратную сторону.

Теперь центр стал ему домом, а гигантское здание, закрывавшее небо в его детстве, – местом жительства. Было одновременно и странно, и утешительно размышлять о том, не предчувствовал ли он свое будущее во время тех поездок в Миннеаполис с родителями много лет назад.

Через десять часов после их с Джуди свидания с Далилой Мастерс в секционном зале Эшби вышел на антресольный этаж своего дома через вращающуюся дверь надземного перехода. Вестибюль этажом ниже был пуст, и неудивительно: в этот поздний час торговцы и зазывалы уже убрали свои тележки и разошлись.

День выдался безумный и длинный, и когда детектив вошел в здание, у него возникло ощущение временно́го сдвига – словно с утра прошла целая неделя.

Проигнорировав лифт, Юрайя поднялся на семнадцатый этаж пешком. С каждым днем у него получалось все быстрее и быстрее.

Коридор встретил его запахами карри и чеснока, свидетельствуя, что за закрытыми дверями все-таки идет жизнь. Войдя в тесную квартирку, Эшби повесил костюм на вешалку и надел затертые джинсы и заношенную футболку, достал из холодильника пиво и контейнер с жареными бататами навынос, уселся на диван, скрючившись над лежащим на журнальном столике ноутбуком, и стал жевать холодную еду, запивая пивом. Вбив «Далила Мастерс» в строку поиска, он нашел профиль утопленницы.

Как и в большинстве страничек девушек такого возраста, лента пестрела селфи и фото с подружками. Детектива интересовали в первую очередь групповые снимки. Большинство персонажей были помечены, и он придвинул к себе блокнот.

У Далилы оказалось чуть меньше трехсот друзей, и Юрайя начал с того, что открывал их странички одну за одной, записывая имена тех, кто заслуживал визита полиции.

На страничках некоторых одноклассников обнаруживался интерес к насилию – таких он тоже заносил в перечень. В разделе «семья» значились родители и младший брат Далилы, а также другие родственники. Выбор фильмов и музыки ничем не выделялся на фоне ровесников. Много фото животных, в основном кошек, но и собак тоже. И, как и следовало ожидать, соболезнования родным и комментарии, адресованные непосредственно Далиле.

Юрайя прочитал их все, обращая особое внимание на имена, которые повторялись несколько раз. Чаще всего мелькало лицо девушки, с которой им не удалось поговорить, – Лолы Холт. Несмотря на уверения ее матери, что одноклассницы больше не дружат, девочки, судя по всему, где-то зависали вместе незадолго до смерти Далилы.

Он сделал себе заметку связаться с Женевьевой Мастерс и получить доступ к страничке дочери, чтобы прочитать личные сообщения. Если мать не сможет дать его сразу, придется получить ордер.

Покончив с Мастерс, он потянулся к крышке ноутбука, чтобы закрыть ее.

Юрайя не любил социальные сети: у него не было ни времени, ни желания рассказывать о своей жизни как старым друзьям, так и новым, а уж тем более полузнакомым или вообще незнакомым людям. К тому же в силу профессии детективу следовало соблюдать осторожность.