Джеймс опять покосился на Сэма, сомневаясь, не лучше ли держаться за его руку, а не за наволочку. Но глаза увлечённо обгрызающего ногти Сэма были вытаращены, а щеки белые от страха.
Это было неправильно.
Но Кристен в упор не замечала сигналов тревоги.
Она вела историю дальше, тень от её собранных в хвост волос покачивалась за их спинами — одна среди из извивающихся на дальней стене змей.
— И вот, однажды маленький Тимми О'Доннелл решил, что он отважнее всех прочих городских детей, и решил, что разберётся со всеми этими слухами. Он собирался подкрасться к этому дому в ночь Хэллоуина, когда мистер Говард расплачивается душами и посмотреть, не застанет ли старика за делом.
И Тимми тайком пробрался через заросли. К заднему окну. Возможно, к вон тому заднему окну… — Кристен глазами указала на заколоченное окно за спиной.
— И он заглянул туда. И увидел…
Она затаила дыхание. Пускай предвкушение усилится. А теперь пик славы рассказчицы.
— ТЫКВЫ-ФОНАРИ!
Она выкрикнула это слово, как невероятную жуть. И Джеймс подскочил, даже чуточку обмочившись, хотя ничего жуткого тут не было.
Джеймс опустил наволочку ниже, прикрывая мокрое пятно между ног.
Дин с подозрением глянул на него, но промолчал.
— Тыквы-фонари! — повторила Кристен. — Все поставлены в круг, лицом к центру этой самой комнаты, словно все они смотрели ПРЯМО ТУДА, предвкушая что-то, вроде… ритуала.
Ну, Тимми увидел всё, что хотел. И он повернулся, чтобы сбежать, но было уже поздно. Пара здоровенных ручищ ухватила Тимми за глотку и бешеные глаза Старого Психа Говарда, словно возникшего из ниоткуда, уставились на него.
И он уволок Тимми в дом. Положил его на пол, в окружении свечей. Возможно… да, возможно, ИМЕННО там, где ты сидишь, Сэм, если бы я угадывала.
И Сэм сглотнул. Еле-еле. Ногтей у него практически не осталось.
— И Старый Псих Говард держал Тимми, пока из ближайшей двери… да, возможно, из вон ТОЙ двери… не выступила миссис Говард. А в руках она несла ТОПОР!
Может, это произошло по воле судьбы. А может, у божеств Хэллоуина было чувство юмора, но в тот момент по задней стене дома зацарапала ветка, тонкие прутики проскрежетали, словно гвозди по двухэтажной классной доске. Сухой октябрьский воздух пронзил визг, как будто человеческий.
Джеймсу потребовалось вся отвага, чтобы сразу же не броситься прочь из дома.
Кристен, сама похожая на дьявола, только осклабилась, упиваясь усилившейся атмосферой. Она подмигнула темноте, как один заговорщик другому. Про визг никто не упомянул.
— И что же Тимми? Само собой, он молил его пощадить. Голосил Говардам, что если его просто отпустят, то он ни единой душе не расскажет, что видел. Но Старый Псих Говард даже не слушал. Просто придерживал Тимми за плечи. Сдвинул ему подбородок так, чтобы горло стало открытым и беззащитным.
Кристен схватила Дина, чтобы изобразить эту сцену. Подняла ему голову и запрокинула назад. Выставив его горло так, чтобы все видели.
Джеймс заметил, как рука Кристен, незаметно, потихоньку, скользнула в её собственную наволочку.
О нет. Кристен собиралась зайти слишком далеко. Опять.
Джеймс собрался было крикнуть, предупредить.
Хотел сказать Дину, что всё это уже не игра.
Но оказался слишком медленным.
Слишком тихим.
Слишком напуганным.
— И миссис Говард замахнулась. Аккуратно прицелилась. И рубанула топором…