Просто по заданным параметрам это получился не щит, а пузырь. Внутри были кровать с госпожой Обри, я и Айрен, а вот госпожу Дейру я не сразу разглядела. Её попросту приплющило к стене, и она там пыхтела, растопырив руки и ноги – несомненно, красотулечные, коль скоро женщина преподавала на факультете красоты.
– Эм, – сказал Айрен, – а кто же её теперь нейтрализует и схватит? Мы же внутри.
– Уф, – раздражённо ответила я. – Я что смогла, то и сделала, между прочим! Мог бы спасибо сказать.
– Если ты задушишь мою подозреваемую, это уже не на спасибо тянет, а на долгое судебное разбирательство, – проворчал Айрен. – Сдуй пузырь. Или втяни ее внутрь.
– Ну да, а вдруг она начнёт духами вонять? – заартачилась я. – Сейчас, погоди, я вызову кого-нибудь на подмогу…
– Так никто не сможет войти, мы заблокированы! Попробуй высвободить меня, я её скручу.
В это время придавленная госпожа Дейра немного пришла в себя и что-то промычала.
– Не подпускайте её ко мне! Не впускайте её сюда! И себя к ней не выпускайте, она чокнутая, – просипела Людевинн Обри. – Она пришла меня добить!
– Фффто ты мелефффф, – прошелестела Дейра. – Я принефффла феве афтифффот!
– Я же говорю! Травить меня пришла! – завопила Людевинн.
Сейчас она походила на старую, несчастную женщину… и всё ещё немножко на ящера. Мне её было жалко. Небось никто не хочет стареть! Хотя если честно, меня больше пугала немощность, чем морщинки или поплывший овал лица. Вот слабой и больной плохо быть, надо в здоровье вкладываться. А лицо как-нибудь законопачу, в случае, если всё будет плохо…
– У нас тут скоро кончится воздух, – заявил Айрен. – И тогда кончится уже вообще вся история.
– Этого мы допустить не можем, – сказала я. – Ладно. Подойди к ней поближе, я сейчас сниму защиту.
Кое-как мы выполнили это задание. Мешали возмущённые крики с одной стороны – госпожи Обри и с другой – врача, который пытался проникнуть в заблокированную палату. И само помещение мешало, оно было тесноватым для этого безобразия. А больше всего мешала мне собственная энергичность! Именно из-за неё что-то переклинило, и пузырь, на редкость крепкий, не отменялся, не лопался, не протыкался и не делился на части.
– Айрен! Я не могу! У меня слишком много сил! Я бодрая, полна энергии и могу держать пузырь сколько угодно, а вот отменить его не получается! – пожаловалась я напарнику.
– И что ты прикажешь делать? Контрзаклинание делать поздно, а со своим защитным куполом лучше, чем его хозяин, никто не справится.
– Пыфыфу, – прошепелявила что-то непонятное Дейра. – Фыфыпуй! Пфу… Пофелуй её! Фто-то фолвно фбить её зафыкленнофть на фаффите!
– Ещё бы хоть чуточку понятно было, – проворчала я.
– Она говорит, что ты зациклилась на защите, и тебя надо отвлечь, – перевела госпожа Обри.
– Как хорошо вы её понимаете, – удивился Айрен.
– Ещё бы! Мы столько лет дружили, пока она не стала на мне эксперименты свои ставить, – буркнула больная.
– Фелуй! Фя вавохнуфь фуф!
Айрен посмотрел на меня, будто видел впервые, а затем поцеловал. В тот же миг и до меня дошло, чего хотела госпожа Дейра. По счастью, это помогло мне расслабиться, и я тут же отпустила защиту. Но Айрен так увлёкся, а Дейра могла удрать!
– Айрен, у нас тут дело, – пробормотала я, – к тому же на нас смотрят…
– Ну и пускай смотрят, – сказал Айрен.
– Сначала уберите отсюда мою бывшую подругу, а потом продолжайте, – сердито заявила Людевинн.
Кроссемир нехотя отстранился от меня и взял госпожу Дейру, уже коварно подошедшую к госпоже Обри, сзади за локти.
– Что бы вы ни делали, перестаньте, – сказал он. – Ваши эксперименты над несчастной жертвой закончены!
– Я просто сделаю её менее жертвой и ещё менее – несчастной, – сказала госпожа Дейра. – Посмотрите сами: у меня нет никаких зелий, ядов или смертельно-ароматных духов.
– Посмотрим, а пока просто отойдите. Если не желаете зла госпоже Обри, то просто дайте вас обыскать, – сказал Айрен. – И расскажите, что же всё-таки произошло!